отец и мать Иона Мугуряну:
— Отдай нам хотя бы куски изрезанного тела. И нам, и волам очень жаль Иона Мугуряну и тяжело пережить такое горе.
Открыл боярин погреб, а отец Иона Мугуряну взял чан с кусками разрубленного тела и вынес во двор и поставил перед волами. Волы подули раз, другой, третий на разрубленные куски тела, и Ион Мугуряну стал медленно, медленно воскресать. Ожил Ион Мугуряну, но сразу же обернулся в красивого коня. И приказал Ион Мугуряну отцу своему отвести его на базар и продавать лишь тому, кто осыпет его золотом с ног до головы.
Так и сделал отец, как приказал Ион Мугуряну.
Собравшиеся вокруг чудесного коня богатые купцы не могли налюбоваться им, но никто не мог его купить, потому что не имел столько золота.
Только богатей Тэвэлук, как увидел коня, сразу осыпал его золотом и купил.
Привел Тэвэлук коня домой и поставил в конюшню, а сам поспешил поскорей в дом и говорит жене:
— Слушай жена, если бы ты видела, какого дивного коня я купил сейчас.
А жена ему отвечает:
— Не буду я есть, не буду я пить, пока не увижу.
Пошла она на конюшню коня посмотреть. Оглядела его со всех сторон, даже на копыта взглянула и, возвратившись в дом, говорит своему мужу:
— Это Ион Мугуряну конем обернулся. Коли ты его не уничтожишь, не жить нам на свете
А Тэвэлук ей отвечает:
— Если это правда, то до утра и пепла от него не останется.
Этот разговор слышала служанка Тэвэлука. Чуть погодя отправилась она на конюшню поглядеть на коня и, увидев, как он красив, сказала:
— Гляди, какой чудесный конь, а они говорят, что до утра пепел его развеют.
Услыхал конь эти слова и спрашивает ее:
— Что ты сказала, девушка?
— Боярин и боярыня между собой говорят, что до утра пепел твой развеют.
Тогда конь вырвал из гривы два волоска, дал девушке и говорит:
— Возьми эти два волоска и, если меня убьют, посади один из них у одного угла дома, а другой — у другого.
Ночью Тэвэлук убил коня, сжег его, а пепел развеял. Утром, когда он проснулся, то увидел, что по углам дома из волос, посаженных работницей, выросли две красивые ветвистые яблони.
Увидел эти яблони Тэвэлук, поспешил в дом сообщить жене, а та ему говорит:
— Не буду я есть, не буду я пить, пока не увижу их своими глазами, потому что это Ион Мугуряну яблонями обернулся.
Вышла она во двор, посмотрела на деревья, а когда возвратилась в дом, сказала мужу:
— Посмотри-ка туда, где гуще листва на дереве: там его глаза. Это Ион Мугуряну превратился в деревья. Он следит за нами, и коли ты его не уничтожишь — ждать нам смерти неминучей.
Тогда Тэвэлук говорит ей:
— Не беспокойся жена, коли это правда, то до утра и пепла от него не останется.
А работница слышала весь этот разговор и, выйдя во двор, подошла к деревьям и говорит:
— Погляди-ка, какие ветвистые и красивые яблони, а боярин сказал, что до утра от них и пепла не останется.
Как услышали яблони эти слова, сорвали они два яблока, протянули их работнице и сказали:
— Возьми эти два яблока, и, как только нас спилят, брось их в сад боярина.
На следующую ночь Тэвэлук спилил оба дерева, сжег их и пепел развеял.
Проснулся Тэвэлук утром и видит, что из яблок, брошенных работницей, откуда ни возьмись, вырос в саду прекрасный монастырь. Как увидел Тэвэлук этот монастырь, поспешил опять к жене и рассказал ей, а она ему в ответ:
— Не буду я есть, не буду я пить, пока не пойду и не погляжу. Это никак опять Ион Мугуряну монастырем обернулся.
Выбежала она из дома в сад, подошла к монастырю, обошла его несколько раз, оглядела хорошенько, даже внутрь заглянула и, возвратившись домой, сказала мужу:
— Я видела человеческие глаза в лампадке, глаза Иона Мугуряну. Это он, и никто иной обернулся монастырем и следит за нами. Если его не уничтожишь, не жить нам на свете.
— Не беспокойся жена, коли так, то я до утра уничтожу монастырь и пепел его развею.
И на этот раз работница оказалась в доме и подслушала их разговор; побежала она в сад и, подойдя к монастырю, сказала:
— Какой монастырь красивый, а боярин говорит, будто до утра уничтожит его и пепел развеет.
Услыхал монастырь слова работницы, вырвал две доски, протянул их ей и говорит:
— Возьми эти две доски и, как только меня подожгут, быстро беги к Днестру и брось их в воду.
Ночью Тэвэлук сжег монастырь и пепел его развеял.
На другой день утром, когда Тэвэлук и его жена проснулись и увидели, что на этот раз Ион Мугуряну нигде не объявился, радости их не было конца. Не ожидая больше преследований со стороны Мугуряну, они в полдень пошли к Днестру, купаться.
Подошел Тэвэлук с женой к берегу Днестра, а возле самого берега плывут две красивые-красивые утки.
Понравились очень боярыне эти две утки, и говорит она Тэвэлуку:
— Слушай, муженек! Разденься быстренько и поймай мне этих уточек. Уж очень они мне по душе пришлись.
Снял с себя Тэвэлук меч волшебный, разделся и пустился вплавь за утками. Утки спокойно продолжали плавать, подпустили к себе Тэвэлука близко-близко, но только он протянул руку, как они мигом отплыли. Снова Тэвэлук погнался за ними, и опять утки подпустили его близко-близко, а как только он протянул к ним руку, мигом отплыли от него. Так продолжалось долго, утки подпускали к себе Тэвэлука, потом удалялись, пока не завлекли его на самое глубокое место. А как достиг Тэвэлук глубины, одна утка взметнулась в воздух и быстро полетела к берегу. Только она опустилась на землю, как превратилась в Иона Мугуряну. Взял витязь волшебный меч в руки и говорит:
— Не умер Ион Мугуряну — жив он еще!
Зарубил Ион Мугуряну Тэвэлука и дочь боярина и тела их бросил в Днестр. Потом возвратился в усадьбу Тэвэлука и женился на работнице. И стали они жить-поживать, добро наживать, лихо забывать.
Вскоре родился у них ребенок, и устроили они пир на весь мир. И я там был, даже вино пил, по усам текло, а в рот не попало.
БЫЛЬ-НЕБЫЛИЦА О ДВУХ ДЕВИЦАХ
Жили-были
