Здесь молодой человек понял, что сейчас в вагоне находится филиал дурдома и что голландец знает о чём говорит. Создающие в общем-то серьёзное впечатление сёстры, зашипели словно змеи и набросились с кулаками теперь уже на «интеллигента». Стас на это принялся страдальчески блокировать удары, причитая в процессе, что откуда он мог знать о такой подставе и что задание выглядело исключительно перспективным.
Юра и Хубертус переглянулись, вздохнули и пришли к немому соглашению, что происходящий идиотизм можно только переждать. Сидящий в кресле «Я», по-видимому, пришёл к такому же выводу, отчего качать авторитетом не стал.
Благо запала потасовки хватило всего на минуту, за которую отбивающегося от совсем нешуточных ударов Стаса оттеснили почти до Юриной позиции.
Пинг, Женя, Коля и Марина наблюдали за ситуацией с молчаливым интересом: товарищи явно не так представляли встречу с заморскими командами. Юра же, который привык общаться с шебутными гоблинами, воспринимал происходящее донельзя спокойно. Ну подумаешь, Шмыга и Садист опять решили намять бока Карасю. Ну как же не намять, когда посреди совещания тот достаёт из своего пространственного хранилища обглоданную фазанью ногу и начинает задумчиво хрустеть тонкими птичьими костями. Практика научила, что проще две минуты подождать, чем пять минут разнимать, а потом ещё десять успокаивать.
— Так вот, — дождавшись пока запал сестёр выдохнется, как ни в чём не бывало продолжил молодой человек.
Тон его был при этом до того буднично-серьёзным, что присутствующие, а в особенности четвёрка «Детей капитана Гранта», как-то сразу собрались и подтянулись.
— Так вот, как вы, я надеюсь, поняли из сказанного, если мы не хотим оказаться на респе, нам всем придётся не только позабыть разногласия, но и поработать максимально слаженно и с полной отдачей сил.
— Это всё бесполезно, — покачал головой Хубертус, — такие вещи проходятся не на умениях, их проходят на специально подобранных комплектах расходников. Скажу больше, я более чем уверен, что это «чёрная дыра».
— В смысле «черная дыра»? — не понял Юра.
— А, извините, это принятый в Инвирусе сленг. Инвирус — так называется наш город. «Черной дырой» называют инсты, затраты на прохождение которых многократно превышают выгоды за прохождение. Я утверждаю это даже при том, что Лабиринт сам по себе славится хорошими наградами.
— Выходит эта тётка нас подставила… — нахмурившись, обратился к Юре гопник.
— Нет, — покачал головой молодой человек, — Администраторы так грубо не работают, — произнёс он. — Если Ниферата выдала нам золотой билет, значит шанс пройти есть. Да взять хотя бы вот этого парня, с его настойчивыми предложениями перекинуться в карты за нужные расходники, — подбородком указал попаданец на развалившегося в кресле робота.
— Ты думаешь мы выиграем? — поинтересовался на это Женя.
— Не знаю, — пожал плечами Юра, — но мне кажется, что главный момент в прохождении «Парадного входа» как раз и заключается в этой игре, — произнеся это, попаданец повернулся к «Я».
Автоматон на его вопросительный взгляд развёл руками, вероятно пытаясь этим жестом изобразить невинную и обворожительную улыбку.
Сидящий за столом Женя обратился к автоматону:
— «Я», тут упомянули некое объединение команд, которые ехали в лабиринт на подобном поезде, им предлагалась игра?
— Нет, — задумчиво подняв свои глаза-катафоты на лакированный деревянный потолок, с уловимой неохотой ответил робот. — Игра предлагается лишь в случае, если рейд состоит из четырёх и менее команд. Если их больше, считается, что есть шанс справиться имеющимися силами.
— Бинго! — громко щелкнув пальцами, «проснулся» Пинг.
Юра же, который радость китайца не разделял, вернул внимание на всё ещё стоящих в начале вагона людей. Странно, но члены вспомогательных команд выглядели настороженными, если не сказать испуганными и испуг этот не был связан с ним или Они.
— Вам выдал билет лично Администратор? — дрогнувшим голосом спросил Стас.
— Да, а что? — не понял общей настороженности Юра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так вы не знаете? — потухшим голосом спросил «интеллигент» и тут же раскрыл суть происходящего:
— Все, кто встречается с Администраторами обязательно умирают. Точнее отправляются на точку воскрешения. Это проверено, верная примета…
Ища объяснения и поддержки, Юра встретился глазами с лидером «Роттердама», который производил впечатление довольно взвешенного человека. Однако белокурый голландец выглядел предельно серьёзным.
Со стороны стола сначала прыснули, а после вагон наполнил самоотверженный ржач Коли. Женя улыбался как-то застенчиво, словно приметил за серьёзным коллегой какую странность, Марина улыбалась счастливо и даже Пинг, который этим утром убеждал всех, что встреча с Админом есть плохая примета и тот поддержал общее веселье.
— Рыжего бы сюда, он бы оценил. Марин, а что твой хахаль давно не заявлялся? — веселился гопник.
— Он не мой хахаль, — надулась целительница.
— Да я шучу, не обижайся…
Здесь Юра внезапно понял, что первое — проблема командного взаимодействия решена, а второе — он банально от всего этого устал. И вообще, он не железный, а самый, что ни на есть из плоти и крови. А если учесть, что эта плоть и кровь этой ночью почти не спала, а до этого не один день бегала по лесам, полям и огородам…
Повернувшись к «Я», молодой человек кивнул на членов «Роттердама» и «Детей капитана гранта», после чего, сам того не замечая, приказным тоном произнес:
— Введи их в курс дела по поводу игры.
Развернувшись после, он направился в сторону спального вагона.
— Юр, ты куда? — без особого удивления поинтересовался Женя.
— Пойду посплю пару часов, — обернувшись, ответил попаданец. — Как встану, сыграем. Хотя, можете начать и без меня.
Демонесса, встав с кресла и кинув на присутствующих грустный взгляд, направилась следом.
Стоило Юре и Они исчезнуть за дверью спального вагона, как проснулся Колючий.
Это, а они там случаем не трахаться будут, а? — с искренним интересом поинтересовался «панк».
Прошли секунды, как он снова оказался на полу, а красавицы-сестры самоотверженно били его ногами.
***
В дверь стучали громко и настойчиво, ровно так, чтобы пробиться через крепкий сон заблудшего. И вот дилемма, пусть спали попаданцы в это мире исключительно крепко, возможность заводить внутренний будильник у них не отобрали. Дай себе твёрдую установку проснуться через два часа и скорее всего проснёшься, если ты, конечно, не Юра Сидорович. У Юры, при всех его последних достижениях, дела с подобным «будильником» обстояли плохо. Ну и ладно, что париться, когда можно попросить товарища.
— Я проснулся, — потянувшись на оказавшейся внезапно жёсткой кровати и скинув с себя тонкое шерстяное покрывало, крикнул молодой человек в сторону двери.
Услышав отклик, Они перестала барабанить в дверь и не став заходить внутрь, удалилась: Юрин чуткий слух уловил её удаляющиеся в сторону вагона-ресторана шаги.
Прозевавшись и выполнив пару простых упражнений на растяжку, Юра подумал, что неплохо бы было отправить поспать и остальных участников экспедиции, ведь если полученная информация верна, в Лабиринт они прибудут поздней ночью и до прибытия этого осталось что-то около восьми часов. Весьма немного, ведь кроме отдыха необходимо обсудить с другими командами тактику прохождения «Парадного входа», а также их навыки и снаряжение.
«Ах да, нам же ещё предстоит игра», — вспомнил молодой человек, после чего принялся вытягивать из памяти свои знания о местном покере, облачаясь в процессе в снятую перед сном броню.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Знания оказались внезапно подробными, пусть даже, как упоминалось ранее, в данную азартную игру Юра ни разу не играл. Тут же, следом, в памяти всплыли реплики и замечания товарищей, которые пытались втолковать ему правила игры ещё в «Башне 12 испытаний». Из реплик следовало, что покером в классическом смысле данная карточная игра не является, но зовётся таковой из-за необходимости собирать выигрышные сеты. А вот они в свою очередь очень похожи на покерные и даже имеют схожие с покером названия.
