Сёма вздохнул, прижался щекой к прохладному металлу ещё раз пристально вглядываясь в заросли. Ничего не увидев он резко повернулся и с оружием на изготовку пошёл наружу. Выйдя на улицу, держа оружие наперевес, он прямиком направился к кустам, которые его так тревожили. Шагал решительно, как будто по своим делам, но сердце бешено колотилось в висках. Стремительно преодолев открытое пространство он вошёл в заросли. Там было пусто, на небольшом удалении был остаток стены в человеческий рост. Сёма направился к нему. За ним тоже ничего не было. Он внимательно огляделся. Лес как лес, развалины как развалины. Ничего необычного.
Он стал склоняться к мысли, что ему всё почудилось, и он наверное выглядел очень глупо, прячась с оружием и вглядываясь в лес. Подумалось, хорошо ещё что он не разбудил своих товарищей. С этими мыслями он направился обратно, когда его вдруг прошиб холодный пот. Он даже не сразу понял почему. Сначала его прошиб пот, а только потом он увидел это.
Но голом участке земли был отпечаток ботинка. Очень явный, чёткий, можно было даже прочитать название фирмы производителя. Когда они пришли сюда, то шли с другой стороны, и он точно помнил, что в эти кусты никто не удалялся. Только он, сейчас, когда пошёл проверять. Он поставил свою ногу рядом. Его ботинок тоже очень хорошо отпечатался. Но его отпечаток был заметно меньше и с другим рисунком.
Как странно работает психика. В дикой природе, чем крупнее животное, тем более опасным воспринимается. Многие даже пытаются специально увеличиться в размерах. Вздыбить шерсть, распушить перья, разложить крылья, или просто встать на задние лапы, чтоб казаться больше.
Эти же инстинкты, видно, до сих пор, сидят и в человеке. След был больше Сёминого, и он стал над ним доминировать. Сёма ощутил угрозу. Обладатель этого большого следа был опасен. Потому что большой след говорит о больших габаритах того, кто его оставил. Большие габариты, большая сила. Большая сила, большая опасность.
Где-то в душе, Сёма понимал, что размер следа ни о чём не говорит. По крайней мере о том, насколько опасен человек. Человек может быть с маленьким размером обуви, но очень опасным, а может быть с большим и совершенно безопасным. А может у него обувь не по размеру, и на саамам деле нога меньше Сёминой. Тогда его можно не бояться, так выходит по этой логике?
Всё это было полной чушью. Как пример была Лиана. Вообще девчонка, но он был уверен, что никого опаснее неё в своей жизни не встречал. Но это умом. А инстинкты делали своё дело. Вся одежда промокла от пота, сердце бешено колотилось, все чувства обострились.
Это же старый след, мелькнула спасительная мысль. Место обжитое, здесь периодически кто-то бывает. Разумеется, тут есть следы. Если поискать, то наверняка найдётся множество. Но он знал, что это самообман. След был свежий.
Он конечно не следопыт, но след совсем не повреждён, плюс звуки, которые он слышал. Теперь он уже не сомневался, что звуки были, и даже уже видел в своём воображении, как тут стоял некто, потом стал отходить, хрустнул веткой. Сёма сделал пару шагов и увидел сломанную пополам небольшую ветку. Он наклонился, след не отпечатался, но листва была примята, когда на ветку наступили и она хрустнула. Именно эта ветка и привела Сёму сюда, сообщила ему о том, что за ними следят. А ведь за ними действительно следили.
Сжав потными руками винтовку, Сёма осторожно двинулся вдоль корпуса десантного корабля, внимательно вглядываясь и ловя каждый звук. Обойдя всё по периметру и ничего не найдя, он зашёл внутрь, нашёл позицию, с которой хорошо просматривалось место перед входом, а его было почти не видно, залёг в засаду и стал ждать.
Время тянулось очень медленно. В обычной ситуации, если бы он был не на препаратах, он бы наверняка уснул. Даже если бы спать совершенно не хотелось. Ещё один парадокс. Люди часто засыпают в ситуациях, когда, казалось бы, им совершенно не до сна. На посту, ожидая посадку на рейс, в засаде. Почему? Мозг не выдерживает длительной концентрации? Или работают какие-то другие механизмы. Так прошло наверное около часа, которые ему показались вечностью. Вдруг раздался голос.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сёма, не стреляй, это мы!
— Пароль! — крикнул он в ответ.
— Какой к чёрту пароль, ты сдурел что ли? — Лиана показалась из зарослей, — у тебя всё в порядке.
— Да, просто бдю.
— Молодец. Как добрались? — Она подошла уже вплотную, когда из кустов показались девчонки и Валера. И если Лиана была бодрячком и даже почти не запыхалась, остальные еле волочили ноги. Лица у всех были красные как свёкла, языки практически висели на плече, ноги заплетались. Самым последним, издевательски бодрым шагом, показался гружёный шагоход.
— Нормально, а вы?
Лиана повернулась к ребятам.
— Ну что, дохляки? Я же говорила справитесь. Полчаса на отдых.
— Ну зачем так орать? — в проёме показалась Василиса, она потягивалась и сладко зевала, слегка демонстративно. За ней не спеша шёл Сан Саныч.
В этот момент Сёма подумал, что все, кого он хотел найти и собрать вместе находятся здесь. Это его несколько согрело. Но тут он кое-что вспомнил, махнул Лиане и пошёл к зарослям. Она без вопросов последовала за ним. Подойдя к следу он остановился, Лиана сразу увидела то, зачем он её привёл и присела на корточки.
— Этот твой, — указала она на тот отпечаток, который Сёма поставил рядом, — а это чужой! Ты его видел?
— Нет, слышал хрустнула ветка, по моему вот эта, потом какие то шорохи, я засел у пробоины и стал выслеживать. Потом решил проверить, нашёл след, обошёл всё по кругу, но ничего не обнаружил.
— Молодец! Быстро учишься. Только выходить было необязательно, нужно было сидеть в укрытии. Ты был лёгкой мишенью. Тебе повезло, что тот, кто следил за вами, уже ушёл.
— Я боялся что вы можете попасть в засаду.
— Спасибо, но у нас было больше шансов справиться, чем у тебя. Но, всё равно, другой бы на твоём месте или ничего не заметил, или не придал значения, или не нашёл след. Ты сделал много.
— Думаешь след не старый?
— Нет, очень свежий. Я думаю что ты всё правильно восстановил — и ветка, и след, и то, что он ушёл. Ты всё понял.
— Есть мысли, кто это мог быть?
— Пока нет. Обувь типовая армейская. Тут в такой многие ходят. Это могут быть и охотники, и добытчики, и ваши выживальщики, хотя и вряд ли.
— Что будем делать?
— Ты иди подежурь в лагере, никому ничего не говори, а я прогуляюсь.
— Может вместе?
— Нет, лучше я одна. Так и быстрее будет и присматривать за ними кому-то надо.
В лагере в это время шла процедура знакомства, периодически слышался смех и время от времени разговор переходил на шёпот, а потом взрыв хохота.
— Похоже нас обсуждают, что мы сразу уединились, — сказала Лиана.
— Это тебя не скомпрометирует?
— Мы с тобой столько времени вместе провели, что пять минут в кустах уже погоды не сделают, — она улыбнулась и пошла, внимательно глядя по сторонам и под ноги.
Сёма подумал, что она идёт и как будто в самом деле читает книгу. Видит то, что другие не замечают. Возможно, он тоже становится более наблюдательным. Только самому это кажется не заметным. Ты видишь или слышишь что-то, и это воспринимается естественно, и даже странно, что другие этого не видят. Мы, наверное, для неё как слепые котята. Но я уже начинаю прозревать. Похвала Лианы подняла ему настроение, и он пошёл в лагерь в гораздо более приподнятом настроении, чем уходил.
Когда он вышел на открытое место, все вдруг замолчали и уставились на него.
— Ты чего такой довольный? — спросили Василиса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Все прыснули от смеха. Да, не оставалось сомнений, о чём они здесь говорили.
— А где Лиана? — спросила Крис сдерживаясь.
— Отошла по делам, скоро будет. Я советую вновь прибывшим отдохнуть, мы скоро выступаем, — и, подойдя к большому камню, демонстративно уселся на него, положив винтовку на колени и глядя в лес.
— Какой серьёзный! Ему видно не до шуток. Ну ладно, вы как хотите, а я и правда прилягу, пока есть возможность, — сказала Сюз, и направилась внутрь корабля. За ней последовали Крис и Валера.
