Глава 31
Артём.
Не понял, что это за фигня? Что с ней происходит?
Могу предположить, что она тоже меня узнала. В том, что это была она, теперь никаких сомнений уже не осталось.
Опять тот же крышеснос. Та же химия, та же страсть, те же искры. Она целовала меня также жадно, распутно и также возбуждающе прижималась. Я узнал её реакции, её поцелуи, её губы, её запах, язык её тела. И, кстати, про язык — тот же пирсинг.
Так, ну, допустим, она тоже меня узнала, и что? Почему такая реакция? К чему эти слёзы? И что это за внезапное решение поехать к бывшему? Бред какой-то!
Я ничего не понимал, и это меня невероятно бесило. Не любил, когда чего-то не понимаю. Нужно непременно разобраться, что с ней, блин, происходит.
Да, знаю, должен отпустить, так будет правильно. Но чуть попозже, пока просто не могу. А сейчас нужно выяснить, куда же она всё-таки поехала.
Вот же зацепила меня, зараза такая!
Анна.
Вспомнила про Полину. Блин! Стало стыдно, что совсем забыла про подругу. Написала ей смс, что уехала, без объяснений. Не могла сейчас ни с кем разговаривать. В такси уставилась в окно, на пролетающие ночные огни города, и чувствовала жуткую зияющую пустоту внутри.
К счастью, поездка по пустому городу ночью не заняла много времени. Домой влетела, отчаянно сердясь на саму себя. Ударила ногой ни в чём не повинный пуф, стоящий в прихожей. Прошла в комнату и принялась лупить кулаками диванные подушки, чтобы хоть немного дать выход гневу, бушевавшему в груди. Лучше выплеснуть так, чем дать ему пожирать меня изнутри.
Отчаяние, стыд, злость, боль от такого безобразного прощания с Артёмом, и снова стыд, стыд, стыд. Проплакала полночи.
Весь понедельник я места себе не находила. Целый день провела в самокопании и самоуничижении. Периодически плакала. Если честно, я уже и сама не понимала, из-за чего именно. Попыталась разобраться в себе и своих эмоциях, но толку было мало. Похоже, пора к психологу.
Узнал ли меня Артём? Ох, представляю, что он теперь обо мне думает, если узнал!
Так, ладно, максимум, он решит, что я потаскушка и перестанет со мной общаться. Сердце сжалось. Неужели меня так расстраивает то, что я стану ему больше неинтересна? Я ведь не так давно с ним знакома, откуда такая зацикленность?
А ещё мне было ужасно стыдно перед Артёмом, на этот раз уже за своё бегство, а особенно за ту причину, которую я ему озвучила. В тот момент мне это казалось хорошей идеей, ведь иначе он бы меня не отпустил. Но сейчас…
Осознание, что именно я натворила, пришло с запозданием. Боже мой! Да, что у меня в голове? Я закрыла лицо руками. Какую глупость я совершила! Как можно быть такой дурой?
Вот примерно в таких переживаниях я и провела весь день. А ведь у меня был ещё один повод переживать — работа.
Артём, сказал мне идти во вторник в офис и ничего не бояться. Обещал всё решить. Не знаю, может, другое место для меня нашёл. Но ведь это было до того, как. А сейчас? Ох…
Ж… по всем фронтам.
Во вторник утром я поднималась по ступенькам нашего офисного здания, жутко нервничая, даже колени подкашивались.
Я совершенно не знала, что меня ждёт. И не понимала, как мне себя вести. Полная неясность и неопределённость.
Артём, скорее всего, со мной даже не заговорит, он ведь думает, что я поехала к Игорю! И правильно сделает, кстати. Надо же было так лажануться!
Насчёт же работы — надеюсь, когда я приду, то будет какая-то ясность.
В лифте нервное напряжение уже достигло пика. Ноги тряслись, руки дрожали. Я вытерла влажные ладони о куртку. Двери открылись и на нетвёрдых ногах я вышла из кабины и направилась в наш «аквариум».
Первое, на что сразу обратила внимание — Артёма ещё не было. Второе — весь офис гудел. Это они по поводу меня, что ли? Тугой узел сжался в животе. Я повесила куртку и прошла на своё место. Но никто не обращал на меня внимания. Похоже, обсуждали всё же не моё увольнение, иначе при моём появлении все бы сразу замолчали.
По инерции взяв кружку, направилась к кулеру.
— Да я вам говорю, что не знаю ничего! — заверяла народ Лиля. — Но вроде как убрали его!
— Кто? Кого? — спросила подошедшая только передо мной Наташка.
— Главного!
Я чуть не выронила кружку из рук.
— Да ладно! Как убрали? Его разве можно убрать? Кто убрал? — не поняла она.
— Хозяева, — шёпотом ответила Галина Петровна из бухгалтерии.
— Так они же в Европе, — растерялась Наташа.
— Ну, вот, как-то убрали, не знаю я. Таблички нет на его кабинете, — тоже шёпотом поделилась Лиля.
— Так ты из-за таблички только решила? — удивился Серёжа. — Мало ли, может, он её поменять решил.
— Не только. Там все документы в приёмной перерыты. Видно, что искали что-то. Охрана странная. Не говорят ничего, кто в приёмной шарил, хотя они-то точно знают, я сразу спросила. Темнят. Но я с Пашкой же дружу из охраны, — подмигнула она. — Вот он мне и сказал, по секрету… — тут она сделала театральную паузу.
