выложил на зеленом сукне пирамиду. Разбил не глядя и задумчиво уставился на полученную комбинацию. Вот такой же хаос фактов и в деле о заказном убийстве Леонида Петровского. С деталями разобрались. Кто его заказал и кто сообщник заказчика. Но главный вопрос открыт. Кто исполнитель?
Снегин ударил кием в биток. Первый шар закатился в лузу. «А хороший кий», – подумал Снегин. И легко закатил второй.
«Надо посчитать. Сколько нужно времени, чтобы доехать на лошади от конефермы до лежки киллера? А от лежки до санатория? От санатория до конефермы? Какое расстояние от конефермы до железнодорожной станции, если напрямую?»
Он представил себе карту и мысленно проложил маршрут. Наметил точки на зеленом сукне. Прицелился.
«Время… Есть еще тайник, где лежало оружие. Как его везти на позицию, чтобы никто ничего не заподозрил? А потом из тайника в санаторий. А главное, зачем его туда везти?»
Увлекшись расчетами, он легко закатывал шары в лузы. Пока не услышал:
– Партия.
Снегин вздрогнул и обернулся. В дверях стоял полковник.
– Понимаешь, я тут кий забыл, – смущенно сказал он.
– Извините, – Снегин тоже смутился и протянул ему кий. – Это ваше.
– Ты зачем дурака-то валял? Ты профи, что ли? Катала?
– Я спортсмен, – слегка обиделся Снегин. – Вообще-то я в снукер играю, но начинал на русском бильярде. На к. м.с. собираюсь сдавать.
– Партию с кия взять можешь?
– Это несложно.
– Покажи.
– Вы меня извините, товарищ полковник, но мне с вами играть неинтересно.
– А поучить? Дурак я старый. А еще начальник криминальной полиции. Должен был догадаться. Я его, понимаешь, провоцирую, а у него даже бровь не дрогнет. Никакого желания выиграть. Ну, поучи меня тогда, как надо.
– Хорошо. Только, товарищ полковник, вы не обижайтесь, но абриколь – это простой удар. А сложные я вам сейчас покажу…
Час пролетел незаметно. Снегин опомнился, когда зазвонил его телефон. Это была Марьяна Ильинична.
– Я выполнила вашу просьбу, Евгений.
– Все согласились пройти медосмотр?
– Нет. Но мне обещали привезти справку.
– Кто?
Ответ он выслушал молча.
– Снегин, вот ты где! Обыскался! Извините, товарищ полковник, я не знал, что вы поручили Евгению Юрьевичу другое задание, – непосредственный начальник Снегина с иронией посмотрел на бильярдный стол. – Я так понимаю, киллера Евгений Юрьевич уже нашел.
– Да. – Снегин, волнуясь, положил на зеленое сукно кий. – Это Алена Петренко. Мне только что позвонили. Она уехала в санаторий, сказала, что к больному ребенку. Я постарался не спугнуть. Надо брать ее.
– Ты соображаешь, что говоришь?! Кто позвонил?! Какие доказательства?!
– Она отказалась пройти медкомиссию. Сказала, что Саша заболел. А ребенок здоров, я сам его сегодня видел. Петренко сказала своей хозяйке, что справку от гинеколога привезет потом.
– А при чем тут гинеколог? – полковник вытер вспотевший от волнения лоб.
– Да не рожала она. Саша не ее сын. Надо взять анализ ДНК у обоих, вот и все. А дальше я вам расскажу. И откуда в мусорном контейнере на конеферме появились дорогие продукты, и где Середа.
Полковник грозно посмотрел на начальника уголовного розыска:
– Что стоишь? В машину, живо!
– Вот смотрите, – Снегин расставил на бильярдном столе шары. – Луза – это ворота конефермы. Вот этот шар – сарай, где лежит прошлогоднее сено. Я туда заглянул. Оно в катушках. Возможно, что тайник в одной из катушек, отсюда и сухие травинки на автомате. Этот шар – мусорные баки. Этот – конюшня. Этот – коттедж, где находится рецепция. Петренко звонила Саше, а у мальчика на ее голос странная реакция: истерика. Я думаю, что Сашина мать погибла. Он видел ее мертвую, отсюда и психологический шок, после которого ребенок перестал говорить. Я не знаю, где именно подобрала его Алена Петренко. Но Саша ей зачем-то был нужен. Прекрасное прикрытие, мать-одиночку не будут так тщательно проверять на границе. Но Саша помнит свою настоящую мать. Петренко достаточно позвонить мальчику, чтобы появился предлог уехать с работы. У Саши на слово «мама» – паника и слезы, сам видел. Далее – оружие. Петренко давали дорогие продукты. Которые дважды оказались в мусорном баке. Она выходила отсюда, – Снегин тронул кием бильярдный шар, – шла сюда, – он перевел кий на второй. – Выбрасывала продукты, которые ей мешали, и бежала в сарай, где доставала из тайника автомат, который клала в рюкзак. Рюкзак я засек, он вполне подходит. На ресепшен лежит, под вешалкой, большой, вместительный. Приклад складной, да и с оружием Петренко прекрасно умеет обращаться. Разобрать-собрать. Из сарая – на конюшню, это соседнее здание. После этого Петренко ехала на точку. Охранник Вася ведь не обратил внимания на женщину верхом на лошади. Всадницы давно уже примелькались, я сам их видел.
– Ну а почему дважды? – спросил майор.
У них было совещание о том, как дальше работать с задержанной. Алена Петренко пока молчала. Для наглядности Снегин выбрал комнату отдыха и расставил на бильярдном столе комбинацию, пытаясь все грамотно объяснить.
– Она убила Середу. Ей нужен был псевдокиллер. Стрелки перевести. Я сразу заметил нестыковки. По виду Петренко скромница. А мне о ней говорили как о женщине легкого поведения. С разбегу в койку. Гулевая и дворничиха именно так охарактеризовали Алену Петренко. Еще одна нестыковка: мол, Алена проводила с ребенком много времени. Так на конеферме думали. По словам Марьяны Ильиничны, ее хозяйки, Алена – хорошая мать. А детский психолог говорит: наскоками. Прибежала и тут же убежала. Не уделяет ребенку достаточно внимания. Плохая мать. Я думаю, что детскому психологу виднее. И где Петренко была в то время, когда все на работе думали, будто она с ребенком? Вот потому ей и нужен был Саша. Идеальное алиби. Я сначала подумал: сплетни. Ничего подобного. Середу она обработала лихо. Думаю, и Саша свою роль тут сыграл. Петренко выманила Середу на станцию, возможно, дала ему какое-то поручение. Я, мол, не могу в Москву съездить, Сашу надо забрать. Далее трюк со звонком, продукты в дорогу. Которые опять оказались в мусорном баке. Середа пошел на станцию пешком, Петренко же оседлала лошадь и опередила его. Где-то она Середу подкараулила и застрелила. Труп спрятала. Я посмотрел на карте. Там есть заброшенный дом, у леса. Труп Середы надо поискать там.
– Поищем. Тогда и Петренко заговорит. Если ты, Женя, прав.
– Можно было, конечно, начать со сравнительного анализа ДНК. Но на это время уйдет. Бумажки всякие надо собирать. Петренко могла уйти. Она мне показалась напряженной во время нашего последнего разговора. Нервы ни у кого не железные. Не знаю, есть ли у нее еще оружие. Я многого не знаю, – честно признался Снегин. – Это лишь версия.
И он легонько ударил в биток, который коснулся
