Кажется, ей требовалось собраться с мыслями.
Читать по лицу Латифы у меня не выходило никогда. На смене верлиса прятала эмоции за маской уверенной, спокойной и деловитой профессионалки своего дела. Аура медсестры, выстоявшей тяжелую смену, вроде нынешней, частенько демонстрировала сильную усталость и какую-то вселенскую грусть.
– Ее еще оперируют, – наконец-то выдохнула Латифа, и в полной тишине ординаторской тихий голос ее прозвучал раскатом грома в сонном городе. – Все вроде сделали, стабилизировали. Но через три часа начала задыхаться. Оказалось, вдохнула стеклянную крошку. Очень-очень много мелких стекол. Они попали в дыхательные пути и… В общем… В общем… ждем.
Верпантера дернулся в кресле, вскочил, пробежался по ординаторской и вновь посмотрел на нас с Риком.
– Вы ведь воскрешатели? Оба? – в его вопросе читалась невысказанная просьба.
Рик пожал плечами, тяжело вздохнул и с трудом выдавил:
– Прости, парень. Я бы с радостью. Но наша энергия на исходе. Мы и жука сейчас не воскресим.
– Возьмите мою! – воскликнул оборотень. Подскочил, упал перед нами на колени, словно предлагая немедленно откачать столько жизненной силы, сколько нужно.
– Ты тоже не вариант, – нехотя помотал головой Рик. – Слишком измотан, да и нервное истощение не за горами. И сам пострадаешь и ее не спасешь. Нам нужен кто-то свежий. Не убитый переживаниями и, желательно, не попавший в аварию. И, скорее всего, даже не один и не два… Увы.
– Сейчас! – истерично вскрикнул верпантера и метнулся к двери.
Латифа отскочила от нее как ошпаренная, и парень пулей вылетел в коридор.
Мы едва успели обменяться встревоженными взглядами, как в кабинет вбежали четыре очень смуглых молодых оборотня, верпантеры.
Сразу за ними вернулся и парень «ромашки».
– Вот! Доноры! – заорал он так, словно опять докрикивался до другого конца перекрестья. – Они в аварию не попадали!
Мог и не говорить, мы догадались бы сами.
Темно-коричневые волосы ребят слегка вздыбились, но все еще подчинялись недавней укладке. Не рассыпались по плечам густыми лохмами, как водилось у оборотней, а лежали ровными прядями.
Строгие отглаженные костюмы, с иголочки, все как один черные, выдавали гостей на свадьбе.
– Ждали, в кафе, – коротко объяснил парень «ромашки».
Оборотни загалдели так, что я с трудом разбирала отдельные фразы.
«Нас… берите!» «Я ее одноклассник!» «Мы дружим с детства» «Мы хотим помочь!» – посыпалось на нас с Риком с четырех сторон.
Василиск поднял руку, и ребята стихли.
Рик обернулся ко мне.
– Я смогу взять у них энергию. Но только с твоей помощью. Это под силу лишь двум воскрешателям. Причем не любым. Связанным энергетически…Одному мне никак… Иначе… – он осекся и уставился в окно. На лице василиска заходили желваки.
Вагр скрипнул зубами. Я понимала – чешуйчатые вспоминали сестру дракона и жену Маллеса тоже. Первым вздохнул Рик и немного ссутулился, следом испустил тяжелый вздох Вагр и что-то пробормотал. «Надо перестать думать о прошлом…» или вроде того.
Василиск метнул в дракона удивленный взгляд. Вагр пожал плечами и отмахнулся.
Рик снова повернулся ко мне. Глаза его сияли, и в них я прочла вопрос прежде, чем он слетел с губ василиска:
– Ты согласна, Сами? Попытаемся?
Парень «ромашки» тоже сосредоточился на мне.
Троица верпантер из кафе наперебой затараторила.
«Мы ведь хотим!» «Соглашайтесь» «Пожалуйста» «Ну давайте же…»…
Впрочем, ничего этого и не требовалось. Я медлила лишь потому, что не очень понимала – как должна действовать, что предпринять.
Василиск догадался первым, слабо улыбнулся.
– Тебе ничего не придется делать, – сказал очень спокойно, решительно. – Просто чувствуй и не отторгай чужую силу.
Я глубоко вдохнула и кивнула, давая знать, что готова.
Рик посуровел, подошел к «донорам», наклонился и… синяя энергия потекла из глаз верпантер в глаза Рика.
Недолго я наблюдала за невероятной сценой, и вдруг в тело начал вливаться мощный поток энергии. Я ощутила такую силу, что, казалось, смогу воскресить не одну – сотни, тысячи пациенток.
Тело словно окутал голубой кокон, начал медленно менять цвет на розовый. Цвет моей, личной энергии воскрешения.
Все в ординаторской напряженно следили за нами с Риком – почти не шевелились, не произносили ни звука.
Только родственники больных, медсестры и санитары в коридоре нарушали воцарившуюся тишину.
Пушш… Зашипел, закипая энергочайник. Фрр… сработала кнопка выключения.
– Откуда ты знаешь, что я тоже воскрешатель? Я сама только недавно это поняла, – не сдержалась я, спросила у парня «ромашки». И только тогда, запоздало сообразила, что за все время он так и не представился, а мы не спросили. Сейчас было не до церемоний.
– Я вижу особенности ауры. Немного. После клинической смерти, – сообщил верпантера так, словно говорил о чем-то совершенно обыденном, рядовом. Вроде похода в кино или прогулки по лесу.
Обмен энергиями прервался резко, внезапно. Немного ошарашенные, бледные «доноры» присели на диван, и передыхали, как после долгих тренировок.
Рик схватил меня за руку и скомандовал Латифе:
– Веди! И побыстрее! Судя по тому, что ты рассказала, время не терпит.
По дороге Рик окликнул Магританну – она, вместе с Шейманом и еще тремя санитарами-верберами выводила родственников из коридора в приемный.
– В ординаторской четверо ребят. Поставь им капельницы с питательным раствором. Обязательно с тем, который пронизан энергией жизни! – скомандовал василиск.
Маргонка кивнула и заторопилась выполнять поручение. Если ее и удивило, что Рик распорядился «прокачать» самым мощным питательным раствором не пациентов, а их близких, то Магританна не подала вида.
Смена близилась к концу.
Врачи расходились по домам, больные и их родственники тоже. По крайней мере, те, кто не остался в стационаре.
