Читаем без скачивания Лекарство против морщин - Александр Афанасьев

в отличие от Ткачука начинал оперативником, причем оперативником он начинал в СССР. Ленинградская станция, начало восьмидесятых годов. Фарца, спекулянты, инженеры, спортсмены, которые возят контрабанду. Ленинград – это не Москва, порт и граница рядом. Если хочешь выжить – надо понимать людей. С полуслова, с полувзгляда. Иначе нарвешься на нож…

Там он, работая под прикрытием торгового атташе – не только научился понимать людей, но и впервые понял, что такое большие деньги. Русские за подержанные джинсы, которые можно нагрузить в Финляндии целый багажник дипломатического Вольво, не подлежащего проверке – готовы были платить пять цен и продать Родину вдобавок.

Потому он сразу понял, кто перед ним. Русские – он их насквозь видел.

Молодой – из мажоров, из хорошей семьи, смотрит уверенно. Но не амир. В русских хороших семьях – родиться может кто угодно. Один из его старых знакомых по Ленинграду еще в восьмидесятые стал самым настоящим хиппи, уйдя из МГИМО и послав родителей на…

А вот женщина…

Красивая – у русских много красивых молодых женщин, просто они не умеют и не имеют возможности следить за собой, потому превращаются в уродин очень быстро. Вот и ответ на загадку, над которой они бились – анализ текстов сообщений какие они получали – почему то раз за разом давал результат, что их писала женщина. Это нервировало и заставляло перепроверять все еще раз – специалисты по Ближнему Востоку никак не могли поверить в то, что женщина могла писать что-то подобное. Но в этой паре, похоже, главная – она. Для русских это характерно, хотя для арабов – немыслимо.

– Вы получили наше послание?

Наше…

Удивительно, но факт.

Ван Зант сделал мягкий жест рукой

– Давайте, поговорим на открытом воздухе.

На открытом воздухе – было намного сложнее сделать запись разговора: подслушивающие устройства плохо пишут в закрытых помещениях. А еще – так они становились видны снайперам, прикрывавшим их.

Их контактеры – не возражали, и они вышли на улицу, под палящее солнце. Ван Зант сделал вид, что поправляет платок, который накрутил на голову наподобие чалмы – но на деле он активировал вставленный в ухо передатчик

– Сэр, вижу вас на час…

Ван Зант поднял правую руку выше головы, делая вид, что поправляет что-то.

– Правая.

– Окей – пробормотал Ван Зант про себя.

***

Такие случаи тоже бывают. Мы искали подходящее место для того чтобы разместиться – и стоит ли удивляться тому, что и прикрывавшие встречу американские снайперы – тоже выбрали это же самое место.

Испанский Патруль – выглядел для них безобидно, да еще и Айказ – молодец, конечно – нацепил на дверь табличку с названием несуществующей строительной фирмы. Умно сделано– служебная машина вызывает намного меньше подозрений, чем просто машина – подсознательно ты думаешь что человек за рулем на работе. Потому – они встали буквально в шаге от нас, не обратив особого внимания…

***

– Получили – сказал Ван Зант, чувствуя, как медленно течет по коже капля пота – признаться, мы несколько… обескуражены вашим предложением. Никто нам ничего подобного не предлагал.

– Вам нужен управляемый конфликт в России или нет? – занервничал парень. – Есть много других кому мы можем предложить.

– Кому интересно?

– Хотя бы Катару.

– Катар, если вы знаете, находится под наблюдением, президент США назвал его страной, спонсирующей терроризм. Все платежи Катара находятся под особым наблюдением, и первое же перечисление станет для вас последним. Хотите, чтобы за вами охотились как за Бен Ладеном? Нет? Мы союзники США, у нас даже договор о статусе наибольшего благоприятствования есть. Это значит, что мы сможем просто заниматься бизнесом…

***

Мустафа и его телохранители подъехали через полчаса, когда разговор уже шел. И – надо было предполагать, что он нарушит все наши телефонные договоренности – все и сразу.

Я наблюдал за происходящим в монокуляр – и не видно его. Я не знал, что в том джипе, который встал всего в паре десятков метров от нас – не просто группа наблюдения, а снайпер…

***

– Миллион долларов за акцию. Плюс расходы в пределах полумиллиона.

Ван Зант удивился, хотя и не показал этого. Интересно, этот парень что, российского телевидения насмотрелся? ЦРУ находится на государственном финансировании, над ними находятся два комитета по разведке – Конгресса и Сената. У них есть бюджет, который постоянно контролируется. Он как это себе представляет? Казначейство проводит перечисление на левый счет миллиона долларов с пометкой «за теракт в России»?

– Так дела не делаются, – сказал он, – так мы ни с кем не работаем.

– О чем мы тогда говорим?

– Мы говорим о том, что казначейством США заблокированы по разным основаниям счета на сумму свыше ста миллиардов долларов США. Немало их принадлежит арабским держателям. Каждый день в мире проводится огромное количество платежей, и банки в последнее время все строже подходят к проблеме идентификации клиентов и средств. Но если, к примеру, у вас есть влиятельные друзья в США – наподобие нас, – то банки уже не так строги, понимаете?

– О каких суммах идет речь?

Во-о-от. Вот то, что он искал. Вот с ней то и надо договариваться. Этот идиот, который не удосужился даже арабский толком выучить, но прекрасно понимает, что такое миллион долларов – он тут не главный. Главная – она. С ней и надо говорить.

Ван Зант еще со времени работы в России знал – как и на Востоке, в России женщины – главные. Если хочешь чего-то на самом деле добиться – говори с женщиной. В России есть даже термин такой – podkabluchnik.

– О больших. Миллионы… десятки миллионов… Суммы не проблема на самом деле, проблема в том, что это должно выглядеть пристойно и – откуда все-таки деньги. Если это деньги кокаиновых боссов, это неприемлемо в любом случае. Рано или поздно это все равно всплывет. Если это деньги из российского бюджета, скажем, или из какого-то другого… то это другой разговор.

– Кокаиновых не будет.

– Рад это слышать. Кстати, приятно познакомиться, мисс…

И тут – кто-то что-то закричал… и Марио Ван Зант, волк стреляный и травленный, с тремя десятками лет опыта в подполье – упал на землю прежде, чем осознал, в чем дело, а вот Вильям Ткачук, ученый и кабинетный аналитик – такой реакции не имел и словил пулю. Хассан Хасани – выхватил пистолет быстрее, чем все остальные и послал две пули в мутного русского переговорщика, который стоял напротив – а потом получил пулю и сам и упал, обливаясь кровью. Никто не понимал, что