Читаем без скачивания Переворот - Николай Андреев

В тоннели уходили все новые и новые роты солдат. Обратно возвращались единицы. Врачи и санитары трудились без устали. Наконец, поступил долгожданный доклад, что заряды на реакторе нейтрализованы. Теперь можно всерьез браться за пятый этаж. На остальных уровнях штурмовики события не форсировали. Защитникам не хватало сил на достойный отпор, и они медленно сдавали позиции.

Тасконцы дорого заплатили за прорыв на секретный ярус. Десантников встретил дружный залп скорострельных лазерных пушек. Первый взвод был попросту выкошен. Впрочем, неудача не остановила солдат. Перепрыгивая через тела погибших товарищей, бойцы устремились вглубь убежища. Битва рассыпалась на отдельные жестокие стычки.

С дикими воплями и обезумевшими глазами аланцы буквально бросались на штурмовиков. Получив ранение и истекая кровью, фанатики сбивали тасконцев с ног, пытаясь вцепиться им в горло. Разжать мертвую хватку удавалось с большим трудом. В некоторых залах и кабинетах сторонники Великого Координатора отключили свет. Густая плотная мгла, редкие вспышки фонарей, сверкающие лазерные лучи и яростные крики врагов. Напряжение нарастало с каждой минутой.

Этаж представлял собой сложный лабиринт с несколькими потайными дверьми. Попытки защитников выйти в тыл наступающим частям успехом не увенчались. Тасконцы уже были знакомы с подобной тактикой и значительных разрывов между подразделениями не допускали. Не обращая внимания на потери, десантники упорно пробивались к цели.

Между тем, расположившиеся возле тоннеля земляне готовились вступить в сражение. После долгих сомнений генерал Байлот разрешил им участвовать в операции. Аргус прекрасно понимал, что без вмешательства воинов Света правителя не одолеть. Друзья экипировались точно так же, как и штурмовики. Тяжелый бронежилет, прочный шлем с низко опущенным забралом, лазерный карабин. Рядом с Храбровым стояла Олис. Она не спорила и не возражала. Аланка знала — переубедить мужа невозможно.

Вскоре один из командиров батальонов сообщил о захвате лаборатории. Судя по голографической схеме бункера, тасконцам принадлежало уже восемьдесят процентов помещений пятого яруса. К сожалению, найти личные апартаменты диктатора до сих пор не удалось. Что-то явно не увязывалось.

— Нам пора, — негромко вымолвил Пол.

— Пожалуй, — согласился Байлот, глядя на чертежи Кроула. — Верхние уровни проверены очень тщательно. На них Великого Координатора нет. Боюсь, мы где-то ошиблись.

— А если мерзавец переоделся в простого солдата и хочет незаметно покинуть убежище? — предположил Крис. — Ведь его внешний облик никому не известен.

— Не исключено, — пожал плечами генерал. — Хотя… Почему бы тирану не сделать это заранее. Он давно мог затеряться среди миллиардного населения планеты.

— Надо внимательно обследовать стены убежища, — проговорил Жак. — В резиденции много тайников и секретных ответвлений.

— Действуйте, — кивнул головой Аргус.

Олесь поцеловал жену, надел шлем и уверенно зашагал в тоннель. Следом за русичем двинулись восемь десантников. Каждому из землян в качестве сопровождения дали по отделению солдат. Храброву предстояло осмотреть северную стену, де Креньян взял на себя южную, а Саттон — западную. У восточной еще шел бой, и потому отряд Стюарта перемещался по центральной части бункера, являясь резервом всех трех групп. Для обнаружения пустот штурмовикам выдали специальные приборы.

Ухватившись за трос, Олесь начал неторопливо спускаться в шахту. Угол наклона оказался достаточно велик и порой, чтобы не упасть и не скатиться вниз, приходилось прикладывать немало усилий. Крошечные светильники разогнать темноту были не в состоянии, и в тоннеле царил полумрак. Через пару минут русич достиг убежища. В толстой бетонной преграде зияло огромное рваное отверстие с шероховатыми неровными краями. Взрывчатки тасконцы не пожалели.

Храбров выбрался из шахты и огляделся по сторонам. Сразу видно, прорыв десантников на первый ярус застал аланцев врасплох. Мощный взрыв произвел гигантские разрушения. Обвалившиеся стены, рухнувшие перегородки, разбитые компьютеры и голографы, сломанная мебель. Метрах в трех от Олеся на полу, присыпанная кусками стекла и пластика, лежала оторванная человеческая нога. Какого-то беднягу буквально разорвало на куски.

Пройдя вперед, русич наткнулся на два трупа. Штурмовики безжалостно расстреляли попавшихся на пути сотрудников резиденции. Впрочем, чем дальше продвигался отряд, тем больше попадалось мертвых тел. Сопротивление защитников постепенно нарастало, и убитые тасконцы и аланцы валялись уже вперемешку. Кошмарное зрелище. Количество жертв не поддавалось подсчету.

Вскоре группа пересекла огромный зал и вышла к лестнице. Здесь дежурили четверо солдат. Спрятавшись за баррикадами из шкафов, они держали в прицеле все ближайшие коридоры. Противник не раз преподносил десантникам неприятные сюрпризы. Отряд Храброва бойцы пропустили беспрепятственно.

Первый пролет, второй, третий. На четвертом этаже ступени заканчивались. Особая мера предосторожности. Великий Координатор строил бункер по очень сложному проекту. Сквозных шахт через все уровни попросту не существовало. Олесь повернул на северо-восток. Именно там располагалась вторая лестница.

Сломить сопротивление защитников на этом ярусе пока не удалось. В шлеме то и дело слышались резкие отрывистые команды офицеров. Где-то впереди штурмовики отражали контратаку врага. Судя по репликам, аланцы пытались прорваться на пятый этаж. Шансов у них было немного, но данное обстоятельство фанатиков не останавливало. Они старались выполнить приказ вождя любой ценой.

В одном из коридоров землянин невольно замер. Всюду, куда бы Олесь не бросал взгляд, лежали тела погибших десантников. Женщины и мужчины, зрелые воины и совсем юнцы, опытные ветераны и «зеленые» новобранцы. Система обороны убежища поражала насыщенностью и разнообразием. Скорострельные орудия, мины-ловушки, вмонтированные в стены направленные заряды.

Смерть настигала тасконцев даже в кабинетах. Двери автоматически закрывались, и в помещении распылялось ядовитое вещество. На полу, на столах и в креслах валялись люди с посиневшими лицами, выпученными глазами, сжимающими пальцами собственное горло. Похоронная служба работала медленно, и солдатам приходилось постоянно перешагивать через трупы. Обожженные бронежилеты, разбитые шлемы, оторванные конечности, лужи запекшейся крови.

Неожиданно в нос ударил тошнотворный запах горелой человеческой плоти. Вскоре штурмовики увидели ужасающую картину. Шестеро бойцов угодили в западню. В узком проходе на несчастных выплеснулась раскаленная горючая смесь. Шансов спастись у десантников не было. Полностью обугленные тела, оплавленное оружие, почерневшие стены.

В тренажерном зале резиденции тасконцы развернули госпиталь. Сюда доставляли раненых с нижних этажей. Двадцать врачей и санитаров непрерывно суетились возле стонущих и кричащих людей. Какой-то лейтенант с залитым кровью лицом находился в шоковом состоянии и хриплым голосом продолжал отдавать команды.

Вскоре группа Храброва вышла к небольшой металлической лестнице. В случае опасности она закрывалась специальным люком, а сверху укладывался ковер. Маскировка идеальная. Если бы не помощь Кроула штурмовики долго бы искали путь на пятый уровень. Миновав охрану, русич быстро спустился вниз. Чтобы знать обстановку, Олесь переключил передатчик на другую волну. Каждый ярус работал на своей частоте. Это значительно облегчало ведение переговоров. Выдержав паузу и оценив ситуацию, Храбров произнес:

— Приступаем. Первая четверка идет от начала стены, я вместе со второй — от середины. Так мы сократим время поиска.

Отделение разделилось, и солдаты зашагали в разные стороны. У двери, ведущей в коридор, лежали мертвые десантники. Чуть дальше под потолком висели на проводах разбитые лазерные пушки. Русич двигался не спеша, держа оружие наготове и внимательно осматривая бункер. Надо отметить, что резиденция Великого Координатора особой роскошью не отличалась. Идеально отполированный каменный пол, светло-зеленые светящиеся стены, пластиковые и металлические двери.

В обстановке кабинетов тоже присутствовал определенный аскетизм. Темные прямоугольные столы, несколько жестких стульев, стандартные компьютеры, голографы, массивные сейфы. Строгие правила секретности действовали даже здесь. Олесь не видел ни картин, ни цветов, ни мозаичных панно. Убежище скорее напоминало научно-исследовательский институт, совмещенный с казармой, чем дворец могущественного правителя звездного государства.

Складывалось впечатление, что диктатор не нуждался во внешних атрибутах абсолютной власти. Ни огромных залов, ни колоннад, ни сверкающих драгоценностями вельмож. Особняки высокородных чанкокцев выглядели гораздо богаче и респектабельнее. Странный парадокс.