Рогмар улыбнулся уголком губ, пристально наблюдая за моей мимикой.
– И что же?
– Я… ты… – сглотнув ком в пересохшем от волнения горле, крепко зажмурилась.
«Хватит мямлить! Ты – сиана, или где?!»
Решительно выдохнув, выпалила:
– В общем, я – твоя истинная.
Звенящая тишина заполнила комнату, а потом Рогмар мило улыбнулся и спросил:
– И что? Тебя это так взволновало?
Я даже задохнулась от спокойствия некоторых.
– Как это «и что»!? Да такой вариант вообще не должен был возникнуть! Фурии и гарпии априори не могут быть чьими-то конкретными истинными парами! Наша особенность в том и заключается, что мы подходим все… м… – на секунду я запнулась. До меня только дошло, что Ильяс не выглядит удивлённым. Моя новость вообще не вызвала в драконе никакого эмоционального отклика. И это значит… – Ты что? Ты знал?
– О чём? – наивно хлопнул своими длиннющими ресницами советник драконов. – О гарпиях и фуриях? Точнее об этой их особенности? Знал, конечно. Мне…
– Нет, – резко оборвала трёп Рогмара, почему-то злясь на его наигранное спокойствие. – Прекрати паясничать. Ты знал, что мы с тобой – пара?!
Ильяс устало вздохнул, откинулся на подушку и посмотрел на потолочную лепнину. Но только на минуту. Как только она истекла, всё внимание дракона было обращено на меня.
– Узнал недавно. Когда мы с тобой раскладывали камни-артефакты для нечисти Палбрума.
Я затаила дыхание, потеряно замерев.
Рогмару моя реакция не понравилась.
Дракон коснулся моего локтя.
– Ну, чего ты? Ну, истинные… ну, и что?
– В смысле «что»!? – Даже не знаю, что меня взбесило больше: скорая зависимость от мужчины… весьма властного мужчины, надо заметить! Или то, что этот мужчины вдруг принялся обезличивать нашу связь!
Я так запуталась в себе и своих чувствах, что сумела только открывать и закрывать рот.
Мужская ладонь накрыла мои пальчики, практически обжигая меня своим теплом.
– Я понял, Лорин, что для тебя независимость – очень важная часть личности. Видимо, это у фурий в крови… поэтому я не стал ничего говорить о нашей парности. Не захотел давить на тебя. – Ильяс поморщился. – Конечно, это непросто, учитывая заскоки моей расы. Знаешь ли, того или кого дракон считает своим… – Ильяс резко замолчал, опустив взгляд на наши руки. – Не важно… Желания моего дракона, как и мои собственные, теперь стали не важны. Главное, что я могу находиться рядом с тобой… и то, что ты меня не спешишь прогонять. Знаешь, я понял, что… что так люблю тебя, что…
Я не выдержала и накрыла губы Ильяса свободной ладошкой.
Рогмар напрягся, по-своему воспринимая мой жест. Может, подумал, что я испугалась. А может вообще решил, что я сейчас быстро всё исправлю и прогоню его прочь. Не знаю. Чужие мысли – потёмки.
На самом же деле я просто хотела остановить этот поток непонятно откуда взявшейся у дракона неуверенности. Рогмар перестал верить в свои силы?!
На моих глазах происходило что-то невероятное! Знаток женской красоты, владелец второго по величине гарема (пусть и в недавнем прошлом!), дракон, который при нашей первой встречи нагло предложил меня пополнить ряды его постельных грелок – этот титан боится!? Боится заявить на меня законные права?! Не стал говорить, что я – его истинная, и теперь наши судьбы связаны?!
Невероятно!! Таким Рогмара я никогда не ожидала увидеть.
Крепкие пальцы Ильяса накрыли мои, заставляя опустить ладонь на свою грудь.
– Только не прогоняй, Лорин… Если ты в силу своей расы не сумеешь почувствовать нашу связь, обещаю стать тебе другом и лучшим советником!
Горящее во взгляде мужчины обещание окончательно добило меня.
Я бросилась вперёд, чтобы обнять Рогмара за шею.
Дракон с жадностью прижал меня к себе, часто вдыхая запах моих волос.
– Не знаю, что это, – быстро зашептала я, с удовольствием вжимаясь в тело сильного мужчины. – Связь или… или что-то другое, но я чувствую… чувствую к тебе особое отношение. А ещё меня страшно разозлил твой поступок! Вот зачем ты бросился меня ловить, когда я…
Говорить, что я справилась бы прекрасно и сама, язык не повернулся. Зато ладошкой по крепкому плечу дракона стукнула.
Рука сразу заныла.
Ильяс, будто почувствовав это, затащил меня к себе на колени, коснулся ноющей руки и поцеловал каждый пальчик на ней, жарко следя за моей реакцией на его заботу.
А реакция была! Как такое скрыть возможно?! На эти волшебные секунды я вообще забыла, как дышать.
Рогмар потянулся вперёд.
Наши губы почти соприкоснулись…
Со стороны софы раздалось виноватое покашливание.
С кряхтением господин Норин покинул мягкий диванчик.
– Виноват… очень уж надо мне выйти… Вижу, лечение идёт полным ходом. – Почтенный тролль покраснел, как мальчишка. – Но от физической активности всё равно прошу воздержаться пару суток… Всё, высокие лэры! Меня нет!
Дверь за лекарем, пятившимся до самого выхода, закрылась.
Мы переглянулись с Ильясом и, не сговариваясь, захохотали.
Глава 49. Выше облаков
Ещё три дня Рогмар пролежал в моей постели, восстанавливаясь после выгорания. Магия медленно, но верно возвращалась под моим неусыпным контролем, запуская процесс регенерации потоков и работу самого резерва.
На эти дни никто из моих помощников меня не беспокоил. Кроме Есении, конечно. Десница исправно несла на себе крест своей должности, несмотря ни на беременность, ни на беспокойного мужа, которого с большим усилием еле-еле получилось отправить обратно в его академию.
– Стайлсёночек, – миленько щебетала Киселёва, безукоризненно пользуясь женскими хитростями, – ты – ректор. Топай к своим студентам. Я каждый вечер буду к тебе перемещаться. Ева только вчера выслала персонально для меня целый ящик портальных шариков. Давай… Не мешай мне работать.
Навык работы библиотекаря позволил Есении проявить себя во всей красе в структурировании кадров. Десница детально изучила быт и политические устои фурий прошлого и, после качественного анализа выявила, что можно позаимствовать у наших предков, а что необходимо «красиво» дополнить. Так у меня появилась целая толпа подчинённых. Сиане больше не требовалось тащить на своих плечах всю тяжесть власти. Мне достался контроль и демонстрация силы.
– Но это в ближайшем будущем, когда ты освободишься… – хитро улыбнулась Еся, зыркнула в сторону спящего Рогмара и быстро удалилась, едва различимо хихикая себе под нос.
Присматривать за советником драконов мне безумно понравилось.
Ильяс не был капризным. Выполнял предписание лекаря-тролля без единого нарекания.
– Из твоих рук я выпью даже яду, – как-то признался дракон, когда я поила его горьким отваром, восстанавливающим резерв.
Это было приятно, но жутко смущало.
После тех ночных признаний я места себе не находила. Особенно удручал почти поцелуй, которому помешал случиться воспитанный господин Норин. Почему удручал? Да потому что «почти»! Поцелуй, как недосказанность, повис фантомом между нами, создав какой-то барьер неловкости, что ли.
Я призналась, что чувствую особое отношение к дракону, и, видимо, Рогмар принял такое признание как недостаточное, чтобы перейти к активным действиям.
Ильяс жадно слушал всё, что бы я ему ни говорила, но больше не порывался даже случайно меня коснуться! Это ставило в тупик и в некотором роде даже злило.
«Он ждёт встречного шага от меня? Особенного знака для ухаживаний?» – как девочка, совсем не балованная вниманием мужчин, я терялась от поведения дракона.
На третий день, когда советник благополучно встал и покинул мои покои, я просидела на софе полдня, пока мне в затылок не прилетела затрещина.
– Эй! – возмутилась я, подскакивая с места.
– Я тебя уже пять минут дозваться не могу, – скривилась Еся, пока её противный креантин с диким хохотом кружил возле меня в образе фиолетовой жабы. – Вот… пришлось Жалика привлекать к твоей летаргии. О чём думаешь, красота?
