Читаем без скачивания Наемники Судьбы - Юлия Федотова

– Значит, это не Долина Забвения? – на всякий случай уточнил он.

– Какая еще долина, – отмахнулась Энка. – Не видишь, это Чернолесье. То же самое место. Просто Хельги куда-то спровадил магический поток… Да вставай ты, олух! Слишком тяжело тебя на ручках носить! – Последние слова были адресованы Рагнару.

Быстро уйти не удалось. Пока-а еще все проморгались, очухались, поприставали с вопросами. К счастью, Заслон тоже не спешил возвращаться на прежнее место.

Но вот наконец все собрались и не очень уверенным шагом побрели по самой обыкновенной лесной тропинке, усыпанной громко шуршащей листвой. И она, притом менее чем через два часа, вывела их на опушку. Путники едва не погибли, когда до спасения оставались считаные шаги!

– Ну, – объявила Энка, окидывая взором расстелившийся перед ними бескрайний степной простор с холмиками атаханских курганов и цепью пересохших бочагов, – с прибытием в родимый Инферн!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

– Итак, – объявила Энка, – добро пожаловать в родимый Инферн!

– А вот и сюрприз по случаю возвращения! – в тон ей подхватил Хельги.

Он кивнул вправо, на ближайший курган. Вершину его венчал ряд коротких копий, врытых древками в землю, – такие были в ходу у атаханских кочевников. И с каждого пустыми, расклеванными глазницами жутко взирали на зачарованный лес головы албасты. Спутанные пепельные космы развевались на ветру, как степной ковыль.

– Именно «добро пожаловать»! – вздохнула Меридит.

Ильза попятилась за спину Хельги, страшным шепотом спросила:

– Ой, а кто это?

Она с ужасом, отвращением и состраданием разглядывала гадкие, изуродованные физиономии несчастных.

– Албасты, – ответила диса. – Надо полагать, в бочагах наловили. Немудрено, что пересохли.

– А за что их так?

– Нелюди, – пожала плечами Меридит. – Они, конечно, погань та еще! Помните дуру из притока Менглен? Три ночи мне спать не давала, зараза! Кошмары насылала! Но все равно такого обращения они не заслуживают.

Воспоминание о «дуре из притока» развеселило Энку.

– Это она тебя к Хельги приревновала!

Хельги вскипел:

– Ты опять?! При чем тут я? Разве не помнишь, Меридит тогда приспичило на ночь глядя мыть голову. Напустила в воду волос, вот албасты и вцепилась.

– Конечно, конечно! – дурашливо закивала Энка. – Дозвольте извиниться!

Хельги плюнул с досады.

– Ты могла бы вести себя посерьезнее. Кругом такие дела творятся трагические, а ты веселишься!

Но Энка не согласилась.

– Я все последние дни была серьезна, как мэтр Перегрин. Больше не могу, натура не позволяет.

– А что было потом с той албасты, что тебе спать мешала? – заинтересовался Рагнар.

– Ничего. Выудила и обрила наголо. Мечом.

Энка тут же посерьезнела.

– Да уж, это ты умеешь! Дурное дело нехитрое.

Орвуд раздраженно тряхнул бородой. Способность его спутников в самые критические моменты болтать о пустяках выводила гнома из себя.

– Мы до завтра языком чесать станем или все-таки пойдем Мир спасать?

– До ночи, – очень спокойно ответил Хельги. Тон вопроса его абсолютно не смутил. – Посидим в кустиках, подождем темноты, подумаем, что делать дальше. Лично я представления не имею, как именно спасают Мир. И от чего.

– Как – от чего? От Инферна! – брякнул Рагнар, не подумав. – Изничтожить его…

Хельги перебил:

– То есть ты предлагаешь уничтожить Староземье? А жалеть потом не будешь? Все-таки свое, родное.

Энка поудобнее угнездилась под кустом и сказала мечтательно:

– Я думаю, нам должен явиться кто-то мудрый и указать верный путь. В книгах всегда так бывает.

– Вряд ли о реальной жизни можно судить по твоим дурацким бульварным романам! – презрительно фыркнула Меридит.

– И никакие они не бульварные! Это хорошая литература. Классика.

– Бульварные, бульварные! Дамские бульварные романы, тупые и сентиментальные. Просто не представляю, как разумное существо может читать все эти «Невесты гоблина» или «Златые крылья любви». От одних названий тошнит!

Энка осведомилась коварно:

– А сама ты что в последний раз читала? Вспомни!

– «Кровавый поцелуй»! – ответила диса гордо.

– Вот именно! Сама читаешь романы, а меня оговариваешь!

– Дура необразованная! Это не роман, а очерки по истории вампиризма! – заявила Меридит победно. Но торжествовала она недолго.

– Ага! – завопила сильфида, подпрыгнув от радости. – Выходит, это ты накликала на нас вампиров! Начиталась, думала про них – и накликала. А на меня свалила. Еще и пьяницей обзывала!

Как обычно, последнее слово в споре осталось за Энкой. Меридит плюнула с досады и замолчала.

До темноты путники просидели в кустах. Никто мудрый им не явился, зато после долгих препирательств и брани удалось согласовать примерный план действий. Решили и дальше следовать на запад. По расчетам Хельги, это направление должно было вывести их к Трегерату или Кансалону. В крайнем случае к Корр-Тангу, если в последние дни они все же сбились с курса. В городе можно будет разведать, что творится в Староземье. Если повезет встретить кого-то вроде Багоры, можно будет вновь начать слежку. Или вмешаются наконец Силы Судьбы и пошлют подсказку.

Самая главная трудность состояла сейчас в том, как пройти через степь, миновать огромное открытое пространство, на котором почти негде спрятаться. Если совершить переход днем, наверняка станешь добычей кочевников. Головы нелюдей пойдут на амулеты, людей если не убьют, то продадут в рабство, в Сехал или Аполидий. С другой стороны, ночь в степи – то время, когда умные существа сидят под надежной защитой круга и не высовываются. Албасты – далеко не единственные и не самые опасные обитатели атаханских просторов. Курганы, например, – настоящий магнит для нежити. К тому же здесь нет законов против некромантии.

– Из двух зол надо выбирать меньшее! – выдала Энка очередную порцию народной мудрости.

Нечеловеческим большинством голосов меньшим злом были признаны ночные опасности.

Ильзе, при всем ее дремучем невежестве, было хорошо известно: на юге всегда теплю. Этим он и отличается от севера.

Оказалось, ничего подобного! Ильза еще в жизни так не мерзла! Ледяной ветер гулял по осенней степи, пронизывал насквозь худые одежды путников. Согреться было нечем – все теплые вещи остались брошенными в Чернолесье. Стоило заикнуться о костре, девицы начинали рычать, а Хельги сообщал, что существуют гораздо более простые и безболезненные способы самоубийства, и предлагал каждый раз новый. Специально он их изобретал, что ли? В конце концов даже Энка сказала:

– Хельги, у тебя какой-то извращенный ум.