Прошло довольно много времени, прежде чем что-то произошло. Они то и дело поглядывали на пустые цепи, в которые был закован Джоаб, и на темные полосы на стене. Деркон завершил первый этап заклинания, его светлые глаза с отсутствующим выражением смотрели прямо, не мигая. Хогсон наклонился к нему, что-то неразборчиво бормоча, как бы стараясь передать изнуренному человеку остаток своей энергии. Несколько других узников предприняли ту же попытку.
Чудовище возникло неожиданно; не задерживаясь в дверном проходе, оно ринулось прямо на Хогсона, который находился за чертой, проведенной прямо напротив двери. Этот демон имел багрово-красное туловище, толстый хвост и островерхий череп, украшенный ветвистыми рогами; налитые кровью глаза сверкали, из пасти торчали темные клыки.
Очутившись на середине заговоренного круга, демон вдруг издал вопль, от которого зазвенело в ушах, и всей тяжестью навалился на невидимую стену, жутко клацая клыками и ощерив огромную пасть.
Деркон произнес одно слово; он сделал это спокойно, не волнуясь.
Чудовище завыло, его шкура потемнела и стала сжиматься, как будто ее пожирало невидимое пламя. Судорога свела его морду в страшную гримасу — демон впился клыками в собственную плоть. В следующее мгновение возникла яркая вспышка, и все исчезло.
В камере раздался общий вздох облегчения. Минутой позже они уже могли улыбаться.
— Сработало… — выдохнул кто-то.
Деркон повернулся к Хогсону и кивнул головой, каким-то странным образом этот кивок напомнил вежливый поклон.
— Неплохо для белого мага. Честно говоря, я не надеялся на многое.
— Я сам не был ни в чем уверен, — ответил Хогсон.
— Веселенький спектакль, — заметил один из двух узников, находившихся слева от него.
— Теперь у нас есть действующая ловушка для демонов, — отозвался другой.
— Какое-то время мы выживем здесь, — сказал Хогсон, — теперь нужно сообразить, как выбраться отсюда, и составить план действия на тот случай, если мы окажемся на свободе.
— Я просто хочу выбраться отсюда, забыть обо всем и вернуться домой, — признался Вейн, один из узников, прикованных к скамье. — Я использовал оба известных мне заклинания, чтобы избавиться от наручников и кандалов. Ни одно из них не сработало здесь.
Его сосед слева, по имени Гальт, кивнул в знак согласия.
— Недели напролет я подтачивал самое слабое звено в моей цепи, также как и все вы, потому что больше ничего не действует, — сказал он, — кое-что у меня получилось, но похоже, что пройдет еще не одна неделя, прежде чем цепь перетрется. Полагаю, не у кого из вас не возникло лучшей идеи?
— Мне ничего не приходит в голову, — вздохнул Одил.
— Кажется, ничего не остается, как прибегнуть к механическому воздействию, — сказал Деркон, — нужно продолжать пилить цепи, пока не подвернется что-то лучшее. Но представим, что нам повезло или что мы, в конце концов, перепилили цепи. Что дальше? У Хогсона есть неплохая идея. Так что же, будем продолжать попытки с заклинаниями или предпримем еще что-то?
Чародей Лорман — самый старший из них — долго молчал в своем темном углу. Наконец он заговорил, и голос его был слаб.
— Да, мы должны пытаться перепилить эти цепи. Волны энергии Туалуа непредсказуемы и ослабляют действие магии. В то же время мы не должны забывать о заклинаниях, так как иногда он отдыхает, и могут возникнуть благоприятные периоды, когда все пройдет как надо. Все дело в неудачном расположении нашей камеры по отношению к его Яме. Сила Туалуа направлена прямо на нас и проникает сюда прежде, чем возникают вихревые эффекты. В Замке есть места, свободные от его влияния — например, длинная галерея неподалеку от Ямы.
— Откуда тебе это известно, — спросил Деркон.
— Сила, блокирующая наши чары, не повлияла на мою способность распознавать обстановку на других уровнях, — ответил старый колдун. — Это то, что я смог рассмотреть — и нечто большее.
— Почему же ты сразу не рассказал об этом?
— А какой от этого толк? Я не могу предсказать, когда прервется волна Силы или как долго продлится ее воздействие.
— Если бы тебе удалось предсказать, когда возникнет перерыв, мы бы могли, наконец, попытать счастья с заклинаниями, — сказал Хогсон.
— И что дальше? Еще раньше я почувствовал, что мы обречены в любом случае.
— Ты говоришь в прошедшем времени, — заметил Деркон.
— Да.
— Значит позже что-то вселило в тебя надежду?
— Твоя способность проникать в суть явлений превосходит нашу, Лорман, — сказал Хогсон. — Расскажи об этом.
Старый чародей поднял голову. Желтые глаза, казалось, ничего не видели перед собой.
— Существует Большое заклинание — великое деяние старых времен — каким-то образом оно хранит это место.
— Заклинание Туалуа? — спросил Вейн.
Лорман медленно покачал головой.
— Нет, не его. Возможно, это сделал Джелерак. Не могу сказать. Я не понимаю сути Заклинания. Я просто чувствую его присутствие. Оно пришло из глубокой старины и каким-то образом связывает это место.
— Каким же образом это поможет нам, если ты не знаешь, как оно действует?
— Понимание его сути не имеет значения. Что вы станете делать, если цепи спадут с вас сию минуту?
— Пойдем домой, — ответил Вейн.
— Выйдете за ворота? Будете добираться пешком? А вы представляете, сколько стражей, рабов, зомби и демонов населяют это место. Но даже если вам посчастливится миновать их, как вы думаете пересечь Очарованную землю?
— Однажды я это уже сделал, — сказал Вейн.
— Сейчас ты ослаб.
— Это правда. Извини меня. Продолжай. Каким образом нам поможет Большое Заклинание?
— Заклинание не поможет. Но его отсутствие может оказаться полезным.
— Снять заклинание, в котором ты не уверен — то самое, которое поддерживает состояние этого места? — спросил Деркон.
— Именно так.
— Но в случае удачи мы также можем погибнуть.
— А может и нет. Очевидно одно: если мы будем бездействовать, то пропадем наверняка.
— Что же нам предпринять? — спросил Хогсон. — Как мы можем снять заклинание, не зная его природы?
— Простым заклинанием мощной направленности. Если мы доберемся до галереи и объединим наши усилия…
— А что конкретно мы направим против Большого заклинания? — спросил Хогсон.
— Мы используем единственный мощный поток энергии, который нам доступен здесь — Силу самого Туалуа.
— Предположим, нам это удалось, — сказал Деркон, — и Большое заклинание исчезнет, каким может быть конечный результат?
