— Значит понятно, что я должна тебе сделать — сказала девушка раздеваясь.
— Понята, значит услугу ты мне должна не будешь… — грустно и одновременно с предвкушением сказал Женя.
— Ты понял неправильно, — произнесла Света снимая остатки одежды. — Я очень ценю то, что ты для меня сделал. Услугу я тебе буду должна. А одновременно я готова тебе позволить сделать с собой сегодня все. И в ротик, и в попку, и куда угодно. Сегодня я твоя, Женя! — с этими словами девушка начла расстегивать на парне штаны.
Потом, когда Света ушла Женя произнес саркастически: «Но я — сильный! Я завязал! Больше — никакой Темы! Я ее ненавижу!» — и начал звонить Соланж.
Глава 41. Катя-Соланж
Катя принимала ванну, когда зазвонил телефон, лежащий рядом на тумбочке. В ванную она брала с собой только один аппарат, тот в котором она была «Екатерина». Остальные — точно подождут. Увидев определившийся номер, девушка чуть не уронила телефон в воду. На экране определилось «Женя 37». Да еще и по телеграмму звонок?! Хотя Женя всегда звонил с нового телефонного номера, Катя имела странную причуду сохранять все его телефонные номера. Обычно они не повторялись, а вот сегодня произошло чудо. Неужели Женя стал ей больше доверять? Наконец-то. Девушка сняла трубку и произнесла:
— Здравствуй Женя. Все материалы я собрала. Готова все рассказать и показать. Когда в гости за ними приедешь?
— Здравствуй, Катя! Увы, я сейчас не могу заехать. Как только разберусь с этим делом, по которому мне нужна информация, так приеду обязательно. А пока-что скинь мне их на почту. Адрес я тебе напишу, только сотри потом это сообщение.
Вот это новости! Женя же никогда не давал ей свою электронную почту. Всегда информацию забирал лично. В другом случае Катя, возможно бы, даже порадовалась этому знаку доверия, но не сейчас. Женя слишком долго у нее не был. Как он вообще живет? Не загнулся бы от тематического голода. Пришлось добавить в свой голос побольше строгости, одновременно включив видео связь. Пусть увидит кое-что интересное.
— Женя, так не пойдет. Ты помнишь, о чем мы с тобой договаривались? Что как только узнаю то, что тебя интересует, ты приедешь ко мне. Ты слишком долго у меня не был. Так-что будь любезен, найди время ко мне приехать — тогда все материалы и получишь.
Вот так вот! Пусть теперь знает, как свои обещания нарушать. Голос на том конце стал хриплый от волнения и одновременно какой-то робкий, извиняющийся.
— Ты права, Катя, я обещал… Но один мальчик попал в очень скверную историю. Возможно в чем-то даже более скверную, чем я когда-то. Как раз для того, чтобы попытаться помочь мне и нужны эти материалы. Не обижайся, пожалуйста, не сердись. Просто это очень для меня важно! Ну, хочешь я поклянусь, что сразу как передам материалы позвоню тебе. И ты права, я слишком долго у тебя не был, а ты действительно мне нужна. Пожалуйста, Катя!
— Ну что ж, Женя, я готова пойти тебе на встречу. Я перешлю тебе материалы на почту, если ты действительно поклянешься позвонить мне чтобы договориться о встрече, как только закончишь с этим делом. Но! Факт остается фактом, обещание ты мне нарушил. И вообще, с визитом ко мне затягиваешь. Вредишь себе. А я, Женя, так уж теперь устроена, что не могу о тебе не заботиться, хочешь ты этого или не хочешь. А раз обещание нарушил, то у меня есть дополнительное условие. Во время визита ко мне первая сессия пойдет на моих условиях. Сценарий ее составляю я. Согласен?
На том конце провода как умерли. Стояла оглушительная тишина. Катя знала, что сейчас испытывает Женя. Страх… Страх от потери контроля над ситуацией. Страх, от того, что он вынужден будет доверять немного больше. Конечно, жестоко так поступать с Женей, но что делать? Без доверия нет ни нормальных отношений, ни самой жизни. Впрочем, стоит немного подсластит пилюлю.
— Милый мой сладкий Богомольчик. Пойми, пожалуйста, я знаю чего ты хочешь и то, что ты любишь, пожалуй даже больше чем ты сам. Я в свое время доверилась тебе и не прогадала. Теперь тебе пришло время довериться мне. Я тебя не обижу так, как тебе не понравится. Просто самка богомола хочет съесть своего мальчика. Просто строгая госпожа Соланж хочет выдрать и изнасиловать своего любимого нижнего, и позаботиться о нем. Просто Екатерина соскучилась по своему Жене. Тебе будет хорошо, я обещаю. Ну же?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хорошо, Катя, пусть будет как ты настаиваешь.
И вот на четвертый день снова звонок от Жени.
— Катя, я разделался с делами. Спасибо тебе за информацию, она помогла. Я готов приехать в любое время.
На часах уже скоро девятнадцать… Ехать ему более четырех часов, но девушка говорит:
— Или сегодня или завтра не позже десяти утра. И на все выходные. Как минимум.
— А сегодня не поздно будет? Да и в выходные, наверное, самая работа.
— Мне — не поздно. Поужинаем и ляжем спать, а завтра с утра уже… А работа всегда есть. Обойдутся без меня.
— Тогда я выезжаю.
Поужинать и лечь спать конечно же не получилось. Катя соскучилась, а за последние годы она отвыкла ограничивать себя в желаниях. Отобрав у приехавшего в начале двенадцати Жени букет и пакет, она отправила его с дороги в ванную комнату, куда вскоре отправилась и сама, а там, в джакузи, куда девушка пришла уже обнаженной, уселась на бортик, призывно раздвинув ноги и спросила:
— И чего мы ждем?
И вот язычок желанного мужчины порхает по ее курку, иногда дразня, останавливаясь и проникая вовнутрь, крепкие руки ласкают ягодицы, а Катя легонько царапает мужские плечи. Она знает, что Женя хотел бы глубоких, кровавых царапин и это она ему несомненно устроит, но не сейчас. Впереди еще пара дней вместе как минимум, а смотреть все время на расцарапанную спину ей было бы неприятно.
Может быть Женин язык и не самый умелый на свете (сколько обладателей языков были готовы на все, чтобы делать то, чем сейчас занимался Женя), но явно самый желанный. Как же она соскучилась! Еще немного и она кончит, но нет, этого сейчас ей не надо. Катя отталкивает мужчину от себя, буквально швыряя его в бассейн и бросаясь на него.
И вот поверженный мужчина лежит полупогруженный в воду, а на нем хрупкая женщина, которая целует мужчину то в губы, то в шею, ухватив за вихры. Несколько минут и она отодвигается, и вводит в себя его член, усмехается, выкручивает соски так, что Женя кричит, и склонившись над ним, обхватывает его тело своими бедрами. Медленные движения, с рукой на шее у гостя, постепенно переходят в бешеную скачку. Вскоре Катя начинает стонать и на короткое время замирает.
Что ж, ей уже хорошо. Только так быстро… Видимо, она слишком соскучилась. Но ничего, будет еще и ночь, и суббота, и воскресение. Он же обещал. А может и дольше останется — но это вряд ли. Теперь пора позаботиться и о мужчине. Катя склоняется над ним, тесно-тесно прижимается, чтобы ее грудь терлась о его тело, покусывает его плечи. Рука с шеи убрана, она прижимает тело любовника все сильнее… Меж укусов шепчет:
— Мой! Съем!
Женя не может больше продлевать удовольствие. Сладостная боль от укусов, пока еще не до крови, движения Кати, доводящие его до безумия и он изливается в ее лоно. Именно так, ибо презерватива на нем нет. Впрочем, у мужчины давно не было по настоящему небезопасного секса, а женщина сама хорошо знала, что делала. Если честно, она с удовольствием бы родила от Жени ребенка — но только когда он станет полностью ее.
Соскочив с члена любовника отстранилась, залезла обратно на бортик, капризно расставила ноги и сказала:
— Промой! Что уже промыл? Не верю. Языком проверь. Что действительно чисто? Ну теперь одевайся и пошли ужин. Если что — это была не сессия. Это было как бы тебе уже сказать…
— Да уж я догадался, — усмехнулся Женя, — это была прелюдия к сессии, верно?
— Можно сказать и так, — с этими словами рука Кати змеей метнулась вперед и схватив мужскую мошонку сжала ее, вызвав болезненный стон. — Но ты пошути тут у меня. Я глядишь и когти выпущу… А может я просто соскучилась по своему нехорошему мальчику.
