class="p1">— Звёздному Дракону, — улыбка Фелисити, а это, сомнений больше не было, была она, померкла. — Вы хоть представляете, чем вы рисковали, нарушив данное ему обещание?
— Утереть нос Звездуну, потому что мы таки сумели преодолеть его проклятие? — с вызовом предположила я.
— Зря ты так, Диана, — вздохнула Фелисити. — Всё, что Звезду…, гммм, Звёздный Дракон делал, он делал не потому, что хотел вам навредить, а потому что не мог поступить иначе. И как результат, вы уже нейтрализовали два креста из трёх…
— Что, правда? Но когда и как? — переспросила я, одновременно и воодушевленная, и не смеющая поверить в услышанное, и не особо удивленная, потому что когда и как был нейтрализован один из крестов я догадывалась.
— Мы нейтрализовали два креста из трёх?! Но почему нам об этом никто не сказал? Мы имеем полное право знать о подобных вещах! — возмутился Рауль.
— Возможно, потому что до сегодняшнего вечера говорить ещё было нечего? — Фелисити укоризненно приподняла правую бровь, многозначительно посмотрев на сына. — Как ты думаешь? Или ты забыл уже, что связанные с крестом события не подлежат изменению или устранению, что их просто нужно полностью пережить, каждый раз делая правильный выбор? В вашем случае, вы каждый раз выбирали быть вместе, не взирая, не задумываясь над последствиями. Как бы и кто бы вас не искушал. Какие бы препятствия перед вами не стояли. Насколько бы невыполнимой не казалась задача. И каждый раз вы делали это не ради себя, но ради друг друга, как истинные Тубан. И потому шаг за шагом, выбор за выбором вы сумели нейтрализовать оппозицию12 Урана к Венере и оппозицию Сатурна к Луне, и одну за другой заставили все четыре квадратуры работать на вас13. Столь же умело вы разделались с крестом, образованным Солнцем, Юпитером, Меркурием и Ураном. Однако крест, образованный Марсом, Плутоном, Венерой и Нептуном всё ещё довлеет над вами. Именно он заставил вас сегодня ночью принять опрометчивое решение и чуть не стоил вам вашего будущего.
Рауль, который до сих пор, как впрочем и я, стоял в позе полной боевой готовности, наконец-то, расслабился и опёрся о косяк двери. Я последовала его примеру и опёрлась о косяк со своей стороны двери. — Но мы просто в очередной раз выбрали друг друга, как истинные Тубан! — недоуменно возразил он. И я была с ним полностью солидарна, что и подтвердила многократным кивком головы.
— Сын, не путай, пожалуйста, божий дар с яичницей! — фыркнула Фелисити. — Вы оба прекрасно знали, что данный ваш выбор неправильный! Вернее, несвоевременный! Вы ведь чувствовали это? Не поверю, что не чувствовали! И именно в этом вся разница! В правильном выборе и неправильном!
Судя по выражению лица мужа, он думал о том же, что и я. Мы определенно много что чувствовали, но однозначно и точно не то, что совершаем неправильный выбор.
Я и Рауль дружно наморщили лоб.
Посмотрев на наши откровенно недоумевающие лица, Фелисити вздохнула. — Так уж вышло, что ваше счастье и совместное будущее завязаны не только на благополучии вашего родного, но и этого мира, — назидательно, но не поучительно, а скорее с сочувствием в голосе, произнесла она. — Иначе говоря, крест сейчас довлеет не только над вами, но и над обоими мирами. Это не ваша вина. И вы об этом не просили. Но здесь уже ничего не попишешь. Что случилось, то случилось. До тех пор, пока вы не исполните своё предназначение, вы принадлежите не себе. По этой причине, любой ваш неправильный или же просто поспешный выбор может привести к тому, что вы станете слабее, а ваши враги — сильнее. Я надеюсь, мне не надо вам рассказывать к каким катаклизмам и катастрофам может привести крест, образованный Марсом, Плутоном, Венерой и Нептуном в масштабах даже не одной, а целых двух реальностей, которые к тому же связаны между собой?
Я и Рауль дружно отрицательно замотали головой, мол, нет, нам объяснять не надо.
— Ну что? Теперь вам стало более понятно, чем мог обернуться этот ваш поспешный… гммм… выбор? — Фелисити ещё раз вздохнула. Очень устало и печально так вздохнула.
— Да, так понятней, — ещё более грустно, чем его мать вздохнул Рауль.
И я тоже вздохнула. И тоже очень и очень грустно. Потому что и мне тоже было понятно. Моя брачная ночь в очередной раз откладывается на неопределенное время. А ещё мне стало интересно, а в наших ли интересах действовала Яга Пантелеевна, когда сделала так, чтобы нам с Раулем никто не смог помешать призвать на свои головы Армагеддон, как минимум, мирового масштаба, как максимум, двухмирового?
Мысль эту, не мудрствуя лукаво, я тут же и озвучила.
— Я уверен, что Яга Пантелеевна хотела как лучше! — вступился за свою бывшую госпожу и повелительницу Рауль. — Сами посудите, ну откуда ей знать об оппозициях и квадратурах? Она ведь живёт не в астрологическом мире как мы, а в сказочном. В этом мире, максимум, на что обращают внимание это на восход и заход Солнца, а также на фазы луны. А о существовании астрологии и, тем более, синастрии в этом мире никто слыхом не слыхивал.
— Ты, вероятней всего, прав, мой дорогой, — задумчиво улыбнулась сыну Фелисити.
— Может, конечно, и прав, — согласилась я, не став с пеной у рта настаивать на правоте своего предположения. — Но я всё же покумекаю совместно с Баюном и остальной нашей бандой, как воспользоваться не только помощью Яги Пантелеевны, но и её вероломством, если оное всё же имеет место быть…
— Думаю, я тоже кое-чем смогу помочь, подстраховать так точно! — неожиданно предложила Фелисити и протянула мне серебряный колокольчик, материализовавшийся в её руке просто из воздуха. — Вот держи, Диана. Позови меня с его помощью, как только соберешь военный совет и вы приступите к корректировке ваших планов.
— А мне? — обиженным голосом поинтересовался Рауль. — Я тоже хочу колокольчик, с помощью которого я мог бы тебя позвать!
— Рауль, я всегда с тобой, — улыбнулась ему мать.
— Ничего подобного! — упрямо и даже несколько капризно возразил мой супруг. — И даже более того, ты ушла, не предупредив! Ничего не объяснив! Мы с отцом столько раз тебя призывали! Но ты ни разу не соизволила явиться к нам! Даже на мгновение!
— Милый, я не могла! — грустные глаза ангелицы наполнились слезами.
— Допустим! — кивнул Рауль, сузившиеся, метающие молнии глаза которого, впрочем, говорили, что он ни на йоту не поверил в правдивость её оправдания. — Допустим, ты не могла явиться! Но подать знак ты могла! Могла! — припечатал он, едва только Фелисити попыталась
