Леон, кое-как поднявшись, стоял на коленях и наблюдал за происходящим. Алисия, чуть ускорившись, сделала пару плавных поворотов и ушла в сторону. Словно танцуя, она отошла от противника и, выгнувшись назад, почти встав на мостик, увернулась от замаха меча. Ворон опять начал атаковать, нанося удары сбоку и сверху. Он делал это стремительно и профессионально, переходя между атаками так, что не оставлял провалов в обороне. Но Алисия не атаковала сама. Она кружилась, уворачивалась и дразнила, подходя на близкую дистанцию. Поворот, полуприсяд, поворот, наклон.
Скорость битвы была столь высока, что уловить, кто на самом деле побеждает, становилось невозможным. Но поражало Леона другое. То, что даже на секунду отвлекло его от значимости битвы. А именно нереальная красота этого смертельного танца. Алисия и Ворон словно вальсировали друг с другом, он наносил рубящие и колющие удары то с разворота, то делая выпад и переводя его в удар апперкотом, а девочка легко увиливала, кружась и выгибаясь, как гимнастка. Скорость битвы увеличивалась. Движения и фигуры сливались в единое целое. Черное и белое. Вспышки молний. Шум дождя. Удары грома. Леону показалось, что слышит музыку, и тут он увидел…
Девочка отскочила от противника на пару метров и, словно потеряв сознание, начала падать назад. Леон хотел броситься к ней, но остановился. Девушка не была ранена. Она перешла в нападение. Полупрозрачные крылья наполнились туманным светом, а глаза вспыхнули яркими огнями. Алисия рванулась вперед. В ее руках возник сделанный из энергии длинный меч, похожий на катану. Темп боя изменился, будто медленная симфоническая музыка сменилась быстрым жестким металлом. Она атаковала резкими выпадами, прыгая, нанося рубящие удары сверху. Один, второй, уход в сторону. Снова серия ударов. Ворон парировал их, но уже не столь уверенно, и медленно отступал в сторону. Дождь так и не прекратился.
Бой продолжался. Черный силуэт Ворона ускользал от атак белого Ангела, но казалось, что финал вот-вот наступит. Одна из молний ударила в нескольких метрах от Леона, и тот от неожиданности потерял равновесие и снова упал на землю. Он вдруг увидел, как оба противника разошлись и собирают силы для последнего прыжка.
Они двинулись одновременно. Девочка и черный воин со всех ног бросились друг на друга. Еще одна молния сверкнула прямо между ними. Столкновение. Звук грома наконец достигает парка и накрывает все звуки. Ворон медленно отходит от девочки, что стоит, опустив меч. Он ранен — видно по походке. Алисия замерла.
Мы победили — хотел сказать Леон, но вдруг увидел, как его сестра качнулась. Меч выпал из рук и на лету рассыпался искрами. Девочка рухнула на колени.
— Не-е-е-е-ет! — Леон, уже не сдерживая себя, хромая, рванул к сестре.
Время словно остановилось для него. Он добежал до Алисии. В правом плече торчал нож. Девочка тяжело дышала, а ее крылья осыпались и, словно листва, лежали в лужах.
— Я в порядке, — сказала она и улыбнулась. По ее щеке текла слеза боли.
— Давай я отдам ему часы? — быстро прошептал Леон.
— Нет, нельзя… — тяжело дыша, ответила девочка. — Они разрушат будущее. Я видела… там лишь хаос… Я всех подвела…
Глава 46
а побеждает всегда любовь...
Кровь текла по руке девушки. Алисия крепко сжала губы и, тяжело дыша, попробовала встать. Не удалось. Леон вдруг отчетливо почувствовал, что она лишь хрупкая девочка, на которой висит груз силы, и ее боль такая же, как и у всех. Ворон пришел в себя и снова приближался к ним. Парень не думал о том, кому нужны эти часы. Пусть они принесут тысячи смертей, пусть рухнут десятки миров — неважно. Алисия не должна погибнуть.
Полный решимости, Леон встал между девочкой и воином.
— Вот твои часы, — произнес он и уже хотел их снять, как вдруг услышал собачий лай. Он оглянулся и увидел, как с колеса обозрения, из той самой кабинки, выбирались Грег, Джек и кто-то еще.
Старик с псом спешили к друзьям, оглядываясь по сторонам, потрясенные тем, где оказались. Позади них неспешно шла женщина, немного опустив голову. Кто она такая, парень не знал, но кем бы она ни была, ее появление словно откинуло Ворона на несколько шагов назад, даже меч упал из его рук. Дождь, шедший все это время, не прекращался, делая парк болотом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Подбежавший к девочке мопс быстро оценил ранение и, бросив на Грега многозначительный взгляд, отступил в сторону. Волшебник присел и резко вырвал нож, а затем, достав бинт из кармана, стал перевязывать рану. Алисия выдохнула, сдерживая боль.
— Кто это с вами? — спросила она. — Черт возьми, как же больно…
— Его любовь, — ответил Грег. — То прошлое, которое невозможно забыть и от которого нельзя отказаться.
— Что? Его? Но что она сможет сделать? — удивился Леон.
— Все, — ответила Алисия и поморщилась, когда волшебник затянул бинт. — Она любит его, а это много значит. Это очень большая сила. Это эфир.
— Что такое эфир?
Алисия посмотрела на пса, опустила глаз, а потом, снова подняв их и улыбнувшись так, как могла только та самая девочка из подвала, сказала:
— Эфир — это любовь.
— Бессмыслица, — вмешался пес, но получил от Алисии знак замолчать.
Тем временем Мелани неспешной походкой дошла Ворона и остановилась в нескольких шагах от него. Из-за дождя не было слышно, о чем они говорят, если, конечно они разговаривали. Леон несколько секунд соображал, какой же силой обладает Ворон, раз ему подчинялись погода и закон притяжения. Но вскоре прогнал эту мысль. Битва была окончена. Это стало понятно само собой.. Странно, не так, как в большинстве сражений. Не было проигравшего, да и кто победил, тоже не ясно.
— Она прощает его, — тихо сказала Алисия, по-прежнему сидя на земле.
— Ты слышишь их? — Леон удивленно посмотрел на сестру.
— Нет, но мне не надо слышать, чтобы понять. — Девочка таинственно улыбнулась.
— Как она может простить? Он же тиран! — возмутился Джек и оглянулся на Грега, в надежде на его поддержку, но тот лишь стоял, молча наблюдая за парой.
— Может ли она простить? — повторила Алисия. — Только она и может, только ей дано это право. Я вижу, что происходит с их душами. Тает лед. Черный, с угольной пылью.
Женщина прижалась к воину, стоявшему в полной броне, и, положив голову на его грудь, крепко обняла. Дождь прекратился, и тучи, словно по приказу, начинали оттягиваться, обнажая холодное ночное небо. Ворон достал прибор, похожий на мобильный телефон, и нажал кнопку. Они медленно исчезли. Платформа с парком тем временем оказалась уже на прежнем месте.
***
Через час друзья сидели в том самом кафе, в котором когда-то Леон ждал родителей, пили пиво и закусывали. Покинув место битвы, они решили, что надо обсудить случившееся, и парень предложил сделать это здесь.
Сначала Грег поведал историю о том, как с помощью дневника они поняли, что некогда Ворон любил одну девушку, а потом и то, как встретили ее и уговорили пойти с ними. Волшебник умолчал факт, что мир, в котором они встретили Мелани, был родным миром Джека. Почему он так сделал, и сам не знал. Алисия, способная без слов понимать такие вещи, не стала поднимать этот вопрос, но тяжело посмотрела на пса.
— Я тоже хочу вам кое-что поведать, — сказал Леон. — Алисия — моя сестра. Она родилась, когда мне было около трех лет, и я не знал об этом. А мои родители, точнее, только мать, из будущего. Я и сам в это еле поверил, но часы оттуда и управляют временем. Исходя из той истории, что вы рассказали, у Ворона были подобные. Это связывает его и людей будущего, и, возможно, профессора Фосфора. Я решил, что часы необходимо уничтожить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Думаю, это правильное решение, — поддержал его Джек. Алисия молчала, лишь тихо кивнула.
— Тебя отдали в приемную семью, потому что ты не могла существовать рядом с нами, — обратился парень к сестре. — Мне сказали, что парадокс времени убивал тебя.
