Я сомневался во всём — начиная с того, что жил когда-то в Мейсе, и заканчивая тем, что встретил в Зоне Гаротэки Карая.
Некоторые факты обо мне легко проверялись, так как имели связь с чем либо, а некоторые подтвердить было совершенно невозможно. Например, то, что я был музыкантом в прошлом мире, да и вообще сам факт того, что я жил в ином мире. Косвенным подтверждением этому была звезда Анхейм, однако эта нить обрывалась на моей матери и клятве рода Бейст.
Лучшим способом во всём разобраться стало собрание через кольцо связи со всем отрядом Хатано. Шаг за шагом мы восстановили хронологию событий минувшего полугодия и пришли к выводу, что моя потеря памяти произошла после приезда в Генезис. Причем выяснились также и новые факты о моём помутнении рассудка…
— Но почему Киара из антрестазиса не заметила, что я не знаю Айзена? — спросил я больше риторически, когда наше обсуждение зашло в тупик.
— Какая ещё Киара из антрестазиса? — спросила истинная версия, заметно и несвойственно удивившись.
Мою голову словно сжали тиски, и я почувствовал точно такую же сильную боль, как и в случае с Айзеном, правда, менее продолжительную, чем в первый раз. Мы копнули в нужном направлении, оставалось только выяснить масштаб ещё одного провала в памяти.
— Та, что проверяет мои мысли прежде, чем допустить к знаниям ведьмаков. Частичка сознания и воли настоящей Киары, никак не связанная с ней.
— Если бы я даже была способна на такую магию — расположить подобное в антрестазисе, в любом случае, невозможно. Произошло бы разрушение подпространства.
— И правда, столь сильная магия внутри антрестазиса… Меня это почему-то не смутило, хотя я и чувствовал что-то неладное. Но… Учитель, вы рассказывали мне вещи, которые я просто не мог знать. Например, показали мне не то иллюзию, не то ваше воспоминание.
— Воспоминание? Что там было?
— Там был ужас. Город разрушило несколько красных ураганов, а потом я увидел сражение Гаротэки Карая и какого-то человека.
— Этим «каким-то» человеком был мой отец. Я действительно показывала тебе это воспоминание, но это было ещё несколько месяцев назад.
Я снова почувствовал головную боль — возвращалась моя истинная память. Отчётливо вспомнился тот самый разговор, когда Киара показала мне своё воспоминание…
* * *
— Учитель, сражение в иллюзии гладиаторской арены заканчивается для меня на одном и том же месте. Я выживаю в мясорубке, но когда дело доходит до одиночных боёв… Выстоять против пятиметрового громилы просто невозможно! Тренировка — тренировкой, но умирать каждый раз очень неприятно. Мне надо минимум пару рангов освоить, чтобы его одолеть.
— Ты думаешь, в реальной жизни у тебя сначала будут слабые враги, а потом постепенно уровень сложности будет повышаться? Нет, это так не работает. Либо выжил и победил, либо умер и проиграл — третьего не дано. Если не нравятся мои тренировки, то просто откажись от них.
— Я не собираюсь отказываться. Просто у меня нет значительного роста, как было после первых занятий. И я понимаю, что в жизни будет пан или пропал, но раз сейчас я тренируюсь, то, может, дадите задание по моим возможностям?
— Пройти гладиаторскую арену тебе по силам, просто ты недостаточно старался.
Ответ Киары поставил меня в ступор. «Недостаточно старался»? Да я выкладывался на все сто…
— Гладиаторская арена — это моё реальное воспоминание, и мне никто вторых попыток не давал.
— Но вы, наверное, были сильнее меня, когда оказались там?
— Сильнее? Мне тогда было восемь лет, и моё становление как ведьмака только начиналось.
Я уже знал, что Киара — настоящий монстр, но чтобы настолько… В том, что она намеренно оказалась на гладиаторской арене, я даже не сомневался.
— Знаешь, почему у меня получилось, а у тебя нет?
— Я не чувствую настоящей опасности?
— Нет. Всё дело в мотивации. Какие у тебя цели? Стать музыкантом, и параллельно изучать магию? Цели хорошие, но что у тебя на кону? Что произойдёт в случае твоёй смерти?
— Не выполнятся мои личные цели.
— Думаешь в правильном направлении. Представь себе сражение двух солдат. Они имеют одинаковое оружие, допустим, это нож, и одинаковый ранг силы. Какой из них победит, тот, что является наёмником и сражается за деньги, или тот, который защищает свою семью?
— Победит второй, у него нет права проиграть.
— Верно. Если ты имеешь сильную мотивацию, то не позволишь себе проиграть. Естественно, одной мотивации не хватит, чтобы победить врага, многократно превосходящего тебя по силе, но в равном или почти равном бою всё решает мотивация.
— Это похоже на основы искусства Функюру.
— О, нет! Тут ты очень сильно заблуждаешься. Искусство Функюру полагается на судьбу, а искусство Фудо — на цель, на идеал. Мотивация и правильный настрой — это основа искусства Фудо, и только потом идут непосредственные приёмы и техники. Разумеется, получить мотивацию из ниоткуда невозможно, но если хочешь побеждать, то должен уметь выставлять цели и находить мотивацию, в особенности, когда дело доходит до реального боя. Самая сильная мотивация — это защита кого-то или месть за что-то, затем идут личные амбиции в разных своих вариациях. Чтобы победить на гладиаторской арене, ты должен понять — пока не пройдёшь эту преграду, сильнее не станешь.
В эффективности такой методики я немного сомневался, но общий посыл уловил.
— Я вас понял, учитель. В следующий раз у меня обязательно получится. И… — я решил обратиться более лично. — Киара, позволь узнать, какую мотивацию ты имеешь.
— Месть, — холодно произнесла девушка. — Я собираюсь уничтожить Длань Скорпиона.
Меньшего я от неё и не ожидал.
— Это… это будет очень сложно.
— Знаю. Хочешь узнать мою мотивацию? Тогда я тебе её наглядно покажу.
А дальше было то самое воспоминание, и мрачное осознание — я являюсь сыном того, кто превратил жизнь Киары в ад. Гаротэки Карай убил родителей девушки и весь её клан, оставив от её родного созвездия одни лишь руины. Это произошло за год до смерти Гаротэки, и хоть у Киары не стало основной цели для мести, огонь её отмщения перекинулся на всю Длань Скорпиона.
— Мой отец был Мейдзином, но выстоять против Тысячелетнего Монстра он не смог. Если твой накама Айзен поставил себе цель стать Мейдзином, то для меня это просто промежуточная цель. Если не смогу стать Мейдзином, а затем лучшим среди семи Мейдзинов, то мне никогда не победить Длань. Вот такая моя мотивация.
* * *
Все детали встали на свои места, и пазл окончательно сложился. Не было никакой Киары в антрестазисе, а знания, которые я получил о ведьмаках,
