Сеулу придется довольствоваться дворянками и мещанками. Но в масштабах провинции это немало – бумажной пылью придется хорошенько надышаться.
Дербитто, устав скучать в тишине за бумажной баррикадой, решил развлечь дознавателя цитатами из безграмотных протоколов:
– Вот послушайте, какие перлы от стражи тут попадаются: «На мой вопрос: «Не ты ли зарезал Иону, после чего в ночи с криками гонялся за его женой, после чего изнасиловал ее за конюшней?» – встреченный мною у колодца подозреваемый, ответил уклончиво, заявив, что он не мог кричать, так как от рождения нем и глух, и не мог надругаться над женой Ионы, так как является скопцом, тоже от рождения. Осмотр тела подозреваемого не подтвердил его показаний, кроме того, для немого он был подозрительно красноречив, за что был взят под стражу и сдан в караульную башню при западных воротах». Или вот еще слушайте: «Я прицелился подозрительному убегающему в ноги, хотел осуществить выстрел, но неожиданно вспомнил, что сдал служебный арбалет по описи на проверку управскими ревизорами, ввиду чего произвести выстрел счел совершенно невозможным, отчего задержание было сорвано ввиду этой непредвиденной помехи». «Высланный вслед пропавшему первому патрулю усиленный боевой патруль устроил в заведении тщательный обыск, в ходе которого в сарае на заднем дворе было обнаружено крупное количество емкостей с незаконно выгнанным бренди, а также сильно пьяных тел сотрудников первого патруля». «Зловеще захохотав, шевалье Лиронии сказал, что сейчас укусит себя за левый глаз. Этим и объясняется досадный перелом его челюсти, а вовсе не рукоприкладством старшего стражника Цуцана». «Пойманный с поличным на чердаке, подозреваемый отрицал свою причастность к краже, а незаконное проникновение в дом объяснял прелюбодейской связью с супругой хозяина. Когда ему было сообщено, что хозяин супруги не имеет, тот неожиданно сменил показания, заявив, что связь имеет непосредственно с хозяином, после чего, доказывая свои слова, пытался слюняво облобызать зад домовладельца, при этом укусив его за левый кальсон». А вот вообще шедевр из героических будней местной стражи: «Подозреваемый в изнасиловании был нами схвачен непосредственно на пострадавшей, после изъятия орудия преступления был взят под стражу и сдан в караульную башню номер два». Мне его даже немного жалко…
– Я, когда помоложе был, тоже такие перлы коллекционировал. Кстати, помнится, даже от вас парочку находил.
– Не стану отрицать. Иной раз в суматохе такое напишешь, что сам потом удивляешься… А уж про стражников можно и не говорить. Как сейчас помню: «В ходе допроса подозреваемый Тикис вел себя вызывающе, а именно: нагадил на стол и в грубой форме предложил младшему стражнику Урицию вступить с ним в противоестественную связь непосредственно на этом же столе». И это мой первый десятник тогда настрочил – моя правая рука. Даже старшие писать не все умеют, а кто умеет, тот такие перлы выдает… Попробуй грамотного к нам затащить – грамотный лучше уж на бумагах где-нибудь сидеть будет. Там, где можно взятки в тепле и спокойствии брать. Скажите, Сеул, а правду говорят, что вы из мещан вышли, а дворянство вам за заслуги пожаловали?
– Правда, Дербитто, я этого не скрываю.
– Это редкость в наше время… даже не знаю, что вам для этого пришлось совершить.
– Да ничего… так же сидел, зарывшись в бумаги. Зря вы от бумаг нос воротите: при нашей бюрократии каждый архив – это золотая жила. Главное – к ней подступиться правильно и грамотно разработать… Тогда… Все тайны Империи зафиксированы и раскрыты в бумагах наших архивов: в них есть все, главное – найти.
– По мне, я уж лучше в горах золотую жилу поищу. Может, шансов там и поменьше будет, но зато не придется неделями этой пылью дышать.
– Гм… И как же вы, шатаясь по горам в поиске золотых жил, раскроете тайну исчезновения женщин провинции Тарибель?
– Да никак. По очень простой причине – нет этой тайны. Вы и без меня прекрасно знаете, что дело это высосано из пальца Карвинсом и его компанией. Это надуманный предлог, чтобы мы поработали здесь над исчезновением одной-единственной девушки. Ни вы, ни я не сомневаемся, что если ее не убили сразу после похищения, то вывезли из Империи: долго такую заметную пташку не удержать – кто-то проболтается. А кратчайший путь к стране, которая никогда не выдаст нам преступников, пролегает через Тарибель. Вот и сидим мы здесь… Только не понимаю: зачем было так серьезно в архив зарываться? Я думал, мы для виду посидим тут немного, а вы явно лишку позволили – слишком уж увлеклись. Сеул, встав, уставился через завалы дел в глаза Дербитто и с ноткой торжественности заявил:
– Да, я действительно увлекся. Увлекся, потому что нашел нечто интересное.
– Что же? Уникальное дело о краже телеги списанных солдатских подштанников?
– Не ехидничайте, Дербитто. Все гораздо смешнее – в этой провинции действительно пропадают женщины. Так что Карвинс, придумав нам повод устроить тут официальное расследование, оказался прав.
– Ну вы прямо удивили! Господин Сеул, женщины – это такие создания, что имеют свойство исчезать. Можно за этим так далеко не ехать – они и в Столице неплохо исчезают. При желании вы в своем управском архиве могли кучу подходящих дел найти.
– Вы, конечно, правы, но одновременно и неправы. Позвольте я вам поясню: вы – неглупый человек и, если отбросите брезгливое отношение к этим бумагам, сразу поймете то, что понял я. Сеул, обойдя стол, указал на разложенные кучками папки:
– Посмотрите, Дербитто: на этом столе сложены все исчезновения женщин за прошлый год. На вот этих стульях – убийства, тоже женщин. Вон на том столе – пропавшие мужчины, а на подоконнике и тумбе – убитые мужчины. Естественно, я брал только дворянское сословие и третье. Женщин из семей жрецов не учитывал – там, как обычно, проблема с учетом, так что второго сословия здесь нет. Брал я только нераскрытые дела. Вы ничего странного не замечаете?
– Признаться честно – нет.
– Хорошо. Вот посмотрите – сравните количество дел по исчезнувшим мужчинам и по убитым. В каком, по-вашему, они соотношении?
– Если глаза меня не сильно обманывают, то на восемь или десять трупов вроде бы приходится один пропавший.
– Не обманывают – по моим подсчетам, на девятнадцать убитых приходится двое пропавших без вести. А теперь посмотрите на дела по женщинам. Каково здесь соотношение?
– Да вроде поровну.
– Тоже верно – на двадцать три убитых женщины приходится двадцать пропавших без вести. Вам разве не кажется это странным? Ведь один к десяти и один к одному – это существенная разница.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
