— Иди, Рики, — я посадил его на край форточки. — Беги к своим, малыш!
Он принюхался к воздуху и нерешительно посмотрел на меня, потом устремил взгляд в удаляющийся лес и снова перевел взгляд в мою сторону, словно спрашивал разрешения.
— Рики, уходи пожалуйста. Тебе там будет лучше.
Кажется, я сейчас зарыдаю…
Эльмур еще немного подумал, спрыгнул обратно и попытался забраться ко мне за пазуху.
Рики не хотел уходить, но я уже принял решение. Он просто не знает, куда мы едем и что его ждет.
— Я могу принять эйголь? — мой взгляд устремился на Грола.
— Это тот светящийся мох? Любопытно будет посмотреть на это, думаю наши хаттайские товарищи не будут против.
Я вытащил коричневое растение из кармана, неуверенно положил его себе на язык, и, последний раз все обдумав, разжевал его.
Сознание переместилось в тело Рики. Я почувствовал еще оставшееся в нем легкое возбуждение от недавней встречи со своими соплеменниками. Не бойся, маленький, я обязательно за тобой приду, обещаю. Грол говорит, что в Яме есть эйголь, и я буду тебе часто навещать.
Прыжок, еще один. И я уже парю над землей в сторону леса. Приземляюсь. Поезд едет неторопливо, но я не оглядываюсь и бегу вперед. Где-то там мои братья и сестры.
Добегаю до леса, вскарабкиваюсь на дерево и нюхаю воздух, но ничего не чувствую. Эльмуры не пахнут. Начинаю ощущать, как сознание понемногу выталкивает обратно. Мое человеческое тело наполнено Силой и долго у меня пробыть эльмуром не получится.
Издаю протяжный крик, и отовсюду в кронах деревьев, и из многочисленных норок в стволах деревьев, начинают высовываться любопытные мордочки моих сородичей. Их много! Они собираются около меня и начинают бегать вокруг, зазывая меня в какую-то веселую игру. Я присоединяюсь к ним, и вот мы уже большой стаей бежим куда-то далеко в гущу деревьев, парим в воздухе, и, иногда, в шутку кусаем друг друга за пушистые хвосты. А через секунду я теряю контроль над разумом питомца и снова оказываюсь в ненавистном поезде.
— Прощай, Рики! Я тебя найду, обещаю. — Крупная слезинка скатывается по моей щеке, оставляя мокрую дорожку…
Через полчаса мы прибыли на место. Нас построили в цепочку, выдали специальные непромокаемые вещевые мешки и под конвоем повели вперед. Мне было очень тяжело идти из-за большого количества книг, но я отказался их выбрасывать. Встретил наш отряд огромный бородатый человек, в сопровождении трех десятков солдат. Едва они приблизился к поезду, как все вокруг словно замерло. Кто-то из них обладал невероятно сильными способностями гасителя, не ниже восьмого уровня. И снова я безуспешно поискал глазами лазейки для побега, так и не желая принять свою судьбу, но подходящих вариантов не увидел.
Мы вышли со станции и передо мной длинной грядой раскинулись величественные горы, протянувшиеся с севера на юг, конца и края, которым не было видно. Как назло стояла отличная солнечная погода, отчего в душе становилось еще тоскливее. Нас погнали вверх, примерно на четыре полета стрелы и, вскоре, перед моими глазами появился небольшой гарнизон, наполненный вооруженными людьми. Мы вошли внутрь него, и я увидел его главную достопримечательность — небольшой колодец посреди главной площади, к которому вели четыре ступеньки.
— Загоняй! — громко крикнул бородатый.
С двух сторон от нас солдаты образовали узкий коридор, от которого отделились четыре человека с кнутами. Двое из них встали у колодца, а другие два подошли к цепочке заключенных и стали по очереди указывать на людей. Первым пошел лысый, укравший у меня кусаригамы подаренные Блоу. Он нерешительно поднялся по ступенькам и посмотрел вниз, а затем в испуге сделал шаг назад, и на его спину мгновенно обрушились кнуты загонщиков.
— Прыгай. — Гаркнул бородач. — Пока что прошу по-хорошему!
Лысый развернулся, его лицо исказилось от злости, и он попытался оттолкнуть одного из солдат, но тот просто поднял руку и тело бывшего соратника Дроммеля поднялось в воздух, а затем надсмотрщик с невероятной скоростью швырнул его вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Следующий. — Начальник обвел глазами нерешительно стоящих людей. — Повторяю, следующий!
Я уже хотел было сделать шаг вперед, но Грол меня придержал за плечо и шепнул:
— Не торопись, пойдешь последним. Так больше шансов не погибнуть в первый день.
Один за одним люди прыгали вниз, понимая, что их все равно заставят это сделать. Медленно, но верно, подходила и моя очередь. Меня охватило чувство неизбежного приближения ужасающей развязки моего и без того короткого жизненного пути.
Очень скоро все заключенные оказались в Яме, и снаружи оставался только я один. Бородач вопросительно посмотрел на Грола, окруженного хаттайскими и саталийскими солдатами.
— Дайте ему еще пару минут, пусть эти твари внизу успокоятся. И еще, король Саталии лично просит Вас, разрешить ему надеть оружие до прыжка.
Бородатый недолго поразмыслил, и кивнул головой. Я развязал мешок, надел перевязь и поместил свои новые серпы за спину, закрепив скрученную кольцами кусари на поясе.
— Пора! — донесся до меня голос Грола. — Удачи тебе, Кай! Чтобы не случилось, постарайся выжить и помни все, что я тебе рассказывал по дороге.
Я подошел к краю и опустил глаза вниз. В мое лицо смотрела бездонная пропасть, из которой доносился слабый шум далекого водопада.
Набрал побольше воздуха в легкие, как тогда, на каравелле Джаиля, и медленно оттолкнулся от края. Сзади послышались изумленные крики и удивленные возгласы, а через секунду, уже в самом полете, в мое плечо вцепились знакомые коготки.
Рики сделал свой выбор.
