Следует иметь в виду, что ОКХ, формально подчиняясь ОКВ, сосредоточило в своих руках нити действительного управления войной. В распоряжении ОКВ не было реальных дивизий: Кейтель и Йодль могли требовать их привлечения к той или иной операции, могли даже заручиться в этом вопросе поддержкой[507] фюрера, но окончательное решение принимало все-таки ОКХ. И ОКХ делало это, сообразуясь прежде всего со своими планами.
Гитлер достаточно редко (особенно на первом этапе войны) отдавал прямые и недвусмысленные приказы. Но даже и они могли быть несколько задержаны или изменены “военной необходимостью”, “сложившейся обстановкой” и “повреждениями линий связи”. Командование сухопутными силами свою власть понимало и широко ею пользовалось.
Любой оперативный план, требующий участия армейских частей, где бы он ни возник — в “Люфтваффе”, у Редера, в ОКВ, даже у фюрера лично, — требовал согласования с ОКХ и без такого согласования был обречен на забвение.
То есть план, который не обсуждался в ОКХ, был не более чем эскизом, “протоколом о намерениях”. В данном случае, он оказался еще и неуместен: руководство вермахта увязло в перманентно откладывающейся, но ожидаемой “со дня на день” французской кампании.
Первый раз Гальдер упоминает Англию только 5 марта 1940 года. Упоминает в странной редакции, едва ли не пародийной:
“Подарок главкому от генерального штаба 22.3 по случаю 40-летия его военной службы. Служебный дневник ОКХ. Книгу нужно писать по главам и назвать „ОКХ в войне с Англией”.
Далее, 9 марта начальник штаба ОКХ подробно описывает тактическое учение с применением дымов (по площади). Речь пока идет о подготовке к французской кампании, но в мае-июне 1940 года вермахт не будет использовать задымление, зато во всех вариантах операции “Морской лев” этой тактической схеме отводится важное место:
“Недостаток учения — слабое дымообразование. Мое впечатление от учения: задымление площадей является действенным средством нарушения огня противника. В то время как огонь осколочно-фугасными снарядами может лишь частично помешать ведению огня противником, так как вместо выбывших огневых средств могут быстро появиться новые, задымление затрудняет противнику длительное ведение планового огня. Ему приходится поэтому вести непрерывный огонь. Но поскольку противник не знает, когда ему нужно открывать огонь, то и этот метод оказывается ненадежным. Таким образом, противник будет вынужден[508] перестроить свою систему оборонительного огня, отказаться от фланкирующих огневых средств и усилить систему фронтального огня. Это явится для противника новинкой, освоиться с которой в условиях боя у него не будет времени. (...) Вопрос использования танков требует особого изучения”.
24 апреля в ходе общего разговора на политические темы, вызванного венгерско-румынским кризисом, всплыла идея блокады Босфора и Дарданелл авиацией, действующей с баз в районе Бриндизи. Вне всякой связи с предыдущим разговором Гальдер фиксирует: “мысль о нападении на Крит и на английские корабли в Гибралтаре”.
Идея эта просуществовала, видимо, до 3 мая. В этот день в письме к Муссолини Гитлер категорически высказывается против всякого расширения войны. В изложении Гальдера это звучит следующим образом:
“На юге и в центральной части Норвегии операции закончены; сейчас идет очистка Северной Норвегии”. — Сожалеет, что англичане не выступили более крупными силами. Относительно американского послания: “Я полагаю, что все чаще появляющиеся у Рузвельта угрожающие нотки — достаточная причина, чтобы предусмотрительно и как можно быстрее положить конец войне”.
Внимание Гальдера полностью поглощено кампанией во Франции. 24 мая он констатирует появление новых обстоятельств, чрезвычайно важных в свете предстоящей битвы за Британские острова:
“Танковая группа Клейста впервые докладывает о превосходстве противника в воздухе”.
Итак, воспользовавшись тем, что Второй воздушный флот Кессельринга действует с далеко расположенных аэродромов на территории Германии, английские истребители смогли захватить локальное господство в воздухе над районом Дюнкерка.
Весьма важная запись сделана 29 мая. Лаконично, едва ли не вскользь:
“Предложения об увеличении численности воздушно-десантных войск. Мы должны отдать 16-й пехотный полк. У меня — никаких возражений”.
Второй этап битвы за Францию (операция “Рот”) не вызвал серьезного волнения в ОКХ. Тем не менее, легкой прогулкой, как[509] почему-то считает Макси, это наступление не было. В записи от 11 июля говорится:
“14-й армейский корпус имеет только 35 процентов танков от того количества, которое было у него 10 мая. Больше всего пострадала 9-я танковая дивизия (много машин подорвалось на минах). Лучше обстоит дело с танками в 10-й дивизии (100 танков), действия которой также должны быть отмечены.
Силы войск на исходе. Они могут вести только преследование, но не в состоянии участвовать в крупном наступлении (“синдром усталости”). Боеспособность личного состава обеих дивизий составляет лишь 50 процентов”.
Что касается планируемой Макси переброски крупных сил авиации в Бельгию, то 14 июня Гальдер отмечает в своем дневнике:
“Для строительства мостов важно перебросить из Брюсселя несколько эшелонов с материалами в Амьен и Лан. Но при нынешней ситуации вряд ли возможно доставить сюда сейчас какой-либо существенный груз по железной дороге”. Пока нет никаких разговоров о вторжении. Более того, начинаются подготовительные работы по демобилизации части армии и переходу сухопутных войск на новую организационную структуру. Гальдер записывает:
“...сухопутные войска выполнили свою задачу. (...) На ВВС и ВМС ложится задача — вести войну с Англией одним”. (Запись от 15 июня.)
“Ближайшее время покажет, заставят ли наши успехи вступить Англию на путь благоразумия, или же она попытается одна вести войну и дальше. В этом случае война приведет Англию к полному разгрому и может надолго затянуться”. (Запись от 22 июня; это, пожалуй, первое серьезное замечание Ф.Гальдера о перспективах войны с Англией. Заметим, что о вторжении речь пока не идет. На следующий день Ф.Гальдер указывает: “Боеприпасы для орудий „К-5” и „К-12” (против Англии)”.)
Лишь 26 июня разговор о предстоящей английской операции становится сколько-нибудь предметным. Характерно, что с самого начала он идет в весьма взвинченном тоне:
“Он опять наговорил своему командующему, что планируемая нами перегруппировка не что иное, как желание оскорбить[511] Бока. И он лучше уйдет в отпуск, а его делами пусть занимается главный ветеринар. Такая мнительность начинает раздражать. Какого-либо разумного довода против наших мероприятий он привести не может и только из стремления не дать себя ущемить хочет теперь получить кусочек побережья на Ла-Манше. Его заявления, что нынешнее распределение сил не представляет какой-либо серьезной угрозы для Англии, выглядят ребяческими. Угрозу Англии представляет количество сосредоточенных на побережье дивизий, а не разграничительные линии между ними”.
1 июля обсуждение вторжения в Англию переводится, наконец, на практическую почву:
“Шнивинд (из главного командования военно-морских сил):
А. Основным условием успешного ведения войны является господство в воздухе (если оно будет обеспечено, десантная операция, возможно, вообще не потребуется). — Спокойная вода[512]!
В. С середины октября — туман.
С. Исходный район: Остенде — Гавр.
D. Может быть выделено большое количество малых судов (до 1000).
Маскировка, меры ПВО! 100 тыс. человек — в первом эшелоне.
Для проведения десанта пригодны только мелкие каботажные суда.
Е. Прикрытие и поддержка десанта на втором этапе перехода морем и в период высадки должны быть обеспечены авиацией.
F. Угроза со стороны подводных лодок противника может быть устранена с помощью противолодочных сетей. Угроза со стороны надводных кораблей противника может быть ограничена постановкой минных заграждений и действиями подводных лодок и авиации в сочетании с огнем береговой артиллерии.
G. Крутой берег — только в районах Дувра, Данджнесса и мыса Бичи-Хед. В остальном побережье удобно для высадки. Твердое дно.
Н. Лодки системы д-ра Федера находятся в стадии разработки и испытаний. Выпуск достаточного количества, по-видимому, будет возможен в июле.[513]
Кроме того, необходимы большие самоходные паромы для перевозки танков (проект Тодта).
Лееб доложил, что, как ему известно, высадка десанта в Англии не предполагается. Я ему ответил, что, несмотря на это, следует проанализировать возможности проведения такой операции, ибо если политическое руководство поставит эту задачу, понадобится величайшая быстрота.
