Эш ожидал, что их осталось всего трое, не считая дингира. Но их оказалось пятеро!
Он опять просчитался.
И это нужно было исправить!
Собрав свой гнев в ладони, молодой ворон швырнул его в противников. В этот раз возникшее дымное крыло казалось рваным и не таким ярким. Ласку, гориллу и крысу чуть приподняло и отбросило далеко назад, к лобному месту. Висельники радостно заскалились обнажившимися черепами и со скрипом закрутились на своих веревках с такой силой, что у одного из них отвалилась истлевшая нога.
Но на червя атака не подействовала. Порыв черного ветра обошел его, словно натолкнувшись на невидимую преграду.
Шеда очнулась. Она выпрямилась и, щелкнув хлыстом, ринулась на отлетевших назад врагов. Сила потекла из ее руки в хлыст, превращая его в огненную ленту. Всю свою ярость за недавнюю беспомощность она вложила в первый удар. Щелчок! Ласка взвизгнула, хватаясь за обвисшую, как плеть, руку.
— Отступить до границы площади! — прокричал испуганный Даган своему войску.
Конь под ним вдруг взвился на дыбы и шарахнулся в сторону, а булыжники, которыми была вымощена площадь, заходили ходуном. Из-под земли наружу потянулись серо-розовые щупальца с руку толщиной.
Это из глубины вырвались измененные кольчатые черви.
Один из них появился прямо перед Эшем и крепко обхватил его ноги, обвивая свое упругое тело вокруг голеней.
Резким взмахом ножа парень освободился от живых пут и бросился на их призывателя.
Червь выхватил меч, но его движения были слишком медленными. Эш легко ушел влево от атаки, ловким ударом пробил открывшееся предплечье противника и отскочил червю за спину, швырнув в него попавшийся под руку ящик с сальными свечами.
Уклониться стигматик не успел. Тяжелый ящик угодил ему в ноги, и он едва не упал.
И в это мгновение резкий высокий звук снова забился над площадью.
Эш испуганно обернулся на Шеду. Как же она справится?..
Изуродованная ласка уже лежала мертвой, устремив застывший взгляд в небо.
Но крыса и горилла все еще оставались живыми и здоровыми.
Значит, они были действительно сильными стигматиками.
И Шеда оказалась в беде.
К счастью, в этот раз она смогла устоять, но сопротивление звуку забирало слишком много сил, и ее хлыст потерял силу.
Горилла не пользовался никаким оружием. Но даже с пустыми руками он был страшен. Тело воина налилось нечеловеческой мощью, спина взбугрилась мышцами, могучие руки вытянулись до земли. И сейчас он бросался на Шеду, ощерив острые клыки. Та с трудом отбивалась и уворачивалась от ударов обезьяньих рук. Она пыталась уйти с открытого места под виселицей и приблизиться к торговым рядам, где было за что укрыться, но постоянные атаки гориллы не давали ей такой возможности.
Стигматик с меткой крысы тоже двинулся к сатиру. С довольной ухмылкой он приближался к Шеде, вращая перед собой мечом с такой скоростью, что он образовывал размытый круг.
А с другой стороны от Эша полускорпион-полулетучая мышь в высоком прыжке взмыл над увязшим в щупальцах червей Дарием. Янтарные клинки заискрились золотом.
Отбросить его подальше и поскорее заткнуть — вот что нужно было сделать прямо сейчас!
Наспех собрав ветер в свободную ладонь, Эш швырнул его в скорпиона, сметая стигматика в сторону.
И чуть не пропустил атаку червя.
Меч, рассекая воздух, прошел прямо у него над головой. Увернувшись от атаки, Эш перескочил через прилавок и, приложив силу духа, опрокинул его на противника.
Глиняная посуда звонко разлетелась по булыжникам. А сама конструкция с рядами полок неожиданно мягко легла на вырвавшихся из-под земли червей.
Твою ж акаду, надо скорее порешить их всех!..
Пронзительный звук стих, и краем уха Эш услышал уверенные щелчки хлыста Шеды. Меч Дария снова схлестнулся с клинками скорпиона.
Эш завертелся вокруг своего противника, нападая и тут же скрываясь за ящиками с товаром и прилавками. Неловкий червь, как заправский дровосек, остервенело крушил их в щепки своим оружием. Окровавленные гуси, утки и куры с ошалевшим гоготом и кудахтаньем вываливались из разрубленных и раздавленных корзин и неслись по площади врассыпную.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Спешные удары Эша ножом раскрасили тело червя резаными ранами. Розовые щупальца из-под земли все реже мешались под ногами.
Оставалось только выбрать удобный момент для последнего рывка…
Крик Дария заставил парня обернуться.
Клинок скорпиона рассек Дару нагрудник и оставил размашистую отметину. Испугавшись за друга, Эш прислушался к его ощущениям, и мгновенно почуял жгучую боль, от которой руки и ноги становились непослушными и ватными.
Яд. Хорошо, что не смертельный, а парализующий.
Впрочем, и в этом хорошего тоже было мало.
Забыв о расчетливой осторожности, Эш вынырнул из-под меча червя и, рванувшись вперед, вонзил ему нож в живот.
Червь не сдавался. Обхватив более низкого противника свободной рукой за шею, он ударил Эша навершием в голову.
Но рывок заалевшего змеиного клинка от пояса вверх заставил червя наконец-то выронить меч.
Он рухнул под ноги Эша, размазывая по нему кровь и роняя на булыжники содержимое распоротого брюха.
Парень на мгновенье склонился над ним и прижал ладонь к стигме поверженного врага.
Новая сила сделала Эша отдохнувшим и легким. Ворон удовлетворенно каркнул внутри, поглощая «мертвечину» поверженного духа.
А юноша бросился на подмогу Дарию.
Тот все еще держался, хотя его лицо и руки блестели от липкого пота, а из раны на груди не переставая струилась кровь. На бедре скорпиона тоже виднелась серьезная отметина, но тот будто не замечал ее, обрушивая на Дария удар за ударом.
Эш попытался снова отшвырнуть врага в сторону, но в этот раз ветер получился слабым, и он лишь заставил скорпиона покачнуться.
— Возьми его в клинч, — шепнул Эш приятелю, возникнув у него за спиной. — Давай же!..
И в этот момент дерево дингира болезненно вспыхнуло.
Враг был совсем близко.
Дарий между тем бросился на скорпиона. Разыграв хорошую комбинацию, он вынудил противника поднять оба клинка вверх, и, схватив свой меч второй рукой близко к острию, подставил его плашмя и удержал удар, упираясь всем телом.
Этого Эшу было достаточно.
Подскочив к скорпиону, он занес когтистую руку…
Но на секунду раньше, чем Эш ударил стигматика когтями, тот вдруг вскрикнул и судорога исказила его и без того уродливое лицо.
«Скорее!.. Вложи еще больше силы духа, убей их всех!..» — прохрипел ворон.
Эш вонзил когти своему врагу в грудь и рванул наружу уже мертвое сердце.
Янтарные клинки исчезли, стигмы медленно таяли, а вместо черных кожистых отростков вдоль его тела повисли обрубленные по локоть культи.
Дарий в изнеможении рухнул на колени на мостовую.
«Он был на последнем издыхании и духи добили его сами, чтобы освободиться!.. — взъярился ворон. — Они сбежали!..»
Но упущенная, растаявшая в воздухе сила Эша сейчас ничуть не волновала.
Он взглянул на Шеду. Она сражалась, как тигрица, хоть и волочила одну ногу.
На горилле, казалось, не осталось живого места, но он продолжал атаковать сатира. И, судя по всему, особенность его трансформации заключалась в том, что он не ощущал боли. Стигматик со знаком крысы то скрывался за широкой спиной своего соратника, то делал выпады мечом, оставляя на теле Шеды отметины.
Они отступили к рыночной части и сейчас доламывали то, что не успели Эш с червем.
Превозмогая боль и онемение, Дар встал и направился к Шеде.
Он был готов продолжать.
Что ж, если взяться за гориллу с крысой втроем, все решится довольно быстро. Главное, чтобы дингир не вмешался не вовремя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А Эш вновь обвел пристальным взглядом площадь, пытаясь среди отступивших на приличное расстояние стражников найти своего главного врага.
Строй стражников вдруг расступился, пропуская на площадь еще трех человек.
И тут Эша как будто прострелило.
Как, еще?.. У этого дингира что, целая карманная армия?!
