Шереметова! Вот этого мне меньше всего хотелось бы!
Трегубов, между тем, продолжал, вгоняя в ещё большее смятение
-Как только наши офицеры побывают в Москве, так возвращаются в мрачном настрое, с разбитым сердцем! Вот, например, мой друг Серж Шереметов, был зимой в отпуске у родителей, вернулся в полк, как будто его подменили. Любимец дам, весельчак и балагур, совсем не тот вернулся. Как - будто, оставил здесь свое сердце. Теперь я понимаю, почему. Чувствую, что я тоже оставлю сердце здесь, в ручках такой прелестной девушки!
Я покраснела для приличия и смутилась, но в голове была только одна мысль.
-Да замолчи же ты! И отвали от меня! Знаю я, почему твой дружок мрачен! Вовсе не от разбитого сердца...
К моему счастью, танец закончился, и я получила свободу. Впоследствии ещё меня приглашали, но я отклоняла приглашения, отговариваясь усталостью и прочей ерундой. Только один раз ещё потанцевала с немолодым графом чинный полонез. Издали приметив двигающегося в мою сторону Трегубова, я быстренько двигалась в дамскую комнату. Княжна Анастасия, заметив мои маневры, тихо сказала.
-Трегубов так всем хорош - и богат и приятен, обходителен и красив. Но у него там такая маменька, она закатила глаза - у него уже две помолвки было, но до свадьбы дело не дошло, матушка всех невест до истерики доводила. Так что, Лиза, смотрите сами, а то оглянуться не успеете, а будете обручены.
Я вяло отмахнулась.
-Да нет у меня в планах, замуж выходить!
Конечно, нет, ведь я уже замужем!
Наконец, этот прием закончился, я отбыла, получив приглашение на завтра, на утреннюю прогулку по Нескучному саду.
Прогулка была лёгкой и приятной, присутствовали почти все знакомые по вчерашнему приему. По утреннему летнему времени я оделась в лёгкое платье из полупрозрачного маркизета без рукавов с круглым вырезом. Но поскольку по правилам приличия, обнаженные руки в такое раннее время не приветствовались, то сверху я надела короткое болеро с длинными рукавами, связанное ирландским кружевом, в тон моему платью. Неожиданно прогулка прошла с выгодой для меня. Девицы, настроенные практичными мамашами, наперебой узнавали у меня, как заказать изделия моей мастерской. Я всем пообещала завтра встречу в лавке у галантерейщика, там снимем мерки, обсудим вид изделий, фасон. И попросила приехать вовремя, чтобы не растягивать рандеву на весь день.
Далее день покатился по накатанной. Типография, где немного удивились необычному заказу, но приняли его, пообещав ускоренные сроки, в течение недели выслать заказ в Курск. По дороге на стекольный заводик, который располагался в Черёмушках, заехала и на металлический склад, где тоже оставила заказ на металлы. Пробыла там всего минут сорок, не больше. Все остальное время провела на стекольном заводе. Заказ был большой и различные размеры банок. Но производитель был доволен, возле Москвы было несколько таких заводиков, и заказчиков они ценили. Уже в конце переговоров, хозяин, с которым меня тогда познакомил Николай Петрович, внезапно поинтересовался.
-Как там князь Шереметов себя чувствует? Слыхал, что в последнее время он приболел, давно в свете не появлялся.
Я пролепетала, что у князя старые раны воспалились, но он лечится. По дороге в город мне стало неловко, надо бы навестить родителей супруга, они меня хорошо приняли, это я сама не захотела с ними близко общаться, а теперь вру третьим лицам о состоянии свекра.
Помучившись угрызениями совести, велела проехать возле дома Шереметовых в Москве, загадав, что если в доме кто-то будет, то я зайду. В поместье в Подмосковье я точно не поеду.
Вопреки моим робким надеждам, что в особняке никого нет, он был ярко освещен, возле крыльца стояла карета, сновали по двору слуги. То есть, семья в городе? Отпустив извозчика, потому что до гостиницы я доберусь или на коляске Шереметовых или останусь ночевать в доме, я вошла в уже знакомый холл. Дворецкий немного замешкался, не узнав меня, потом признал, засуетился, проводил меня в гостиную.
-Сейчас, Ваша Светлость, только доложу о вашем визите княгине Анне!
-А князь Николай Петрович и княгиня Анастасия Афанасьевна разве не здесь?
Дворецкий едва заметно посмурнел, но спокойно ответил.
-Нет, Ваша Светлость, хозяева сейчас в имении, доктор посоветовал князю свежий воздух, сельский покой. Да только где ж там наш князюшка лежать в тени будет! Чуть получше ему стало, как тут же делами занялся. А в городе сейчас молодой князь с супругой княгиней Анной, с вод прибыли, три дня как.
Дворецкий ушел, а я перевела дух. Слава Богу, старый князь лучше себя чувствует! Жаль было бы услышать обратное, они приятные люди. Послышались голоса, раздраженный женский голос что-то выговаривал прислуге. Дверь в гостиную распахнулась и в гостиную быстрым шагом вошла молодая женщина, плотно прикрыв за собою дверь. Я поднялась навстречу ей, и теперь мы обе разглядывали друг друга. Я - с простым любопытством, Анна - с плохо скрываемым раздражением. Передо мной стояла молодая женщина болезненного вида, слишком худощавая, с желтоватым оттенком кожи лица. Хотя явно видно, что некогда она была весьма красива, но болезни и постоянное раздражение сделали свое дело. Она нервно сплетала пальцы рук, брезгливо-раздраженное выражение лица искажало правильные черты лица. Небрежно махнув рукой мне в сторону кресла (это очень меня удивило, что за моветон?), она присела сама на краешек дивана и отрывисто произнесла.
-Кто вы такая? Откуда вы взялись? Что вам нужно здесь?
Вот не думаю, что дворецкий не просветил ее насчёт моего статуса! Тем не менее, вежливо ответила ей.
-Добрый вечер! Меня зовут Елизавета Ивановна Шереметова, я супруга Сергея Шереметова, брата вашего мужа, если вы - княгиня Анна. Я проезжала мимо, увидела, что в особняке везде горит свет и ходят люди. Поскольку я слышала, что князь Николай Петрович нездоров, то подумала, что они с супругой приехали в город, вот и решила засвидетельствовать им свое почтение. Простите, я ошиблась. Других дел у меня к вам нет, ещё раз простите великодушно, посему позвольте откланяться.
Я встала, Анна продолжала сидеть, уставившись куда-то в окно, за которым уже стемнело, и вышла. В прихожей, принимая от горничной свой зонт и шляпку, услышала голос молодой княгини, сердито сказавшей дворецкому.
-Матвей, вечно ты пускаешь в дом кого попало, ходят всякие самозванцы, чтоб я этого больше не видела!
Мне даже горло пережало от оскорбления. Горничная тоже покраснела от смущения, она меня узнала, присела в быстром книксене и тихонько прошептала.
-Простите, Ваша Светлость! Княгиня Анна сегодня с утра не в духе!
Я вышла во двор, огляделась.
