— Проклятие! Ричард, ты абсолютно прав! Мой мальчик, мне кажется, из тебя выйдет превосходный волшебник.
— Нет, спасибо. Хватит с меня одной невыполнимой обязанности.
Зедд откинулся назад, наморщил лоб, но ничего не сказал. Он сунул руку в карман, извлек оттуда камешек и бросил его на траву перед Ричардом.
Затем Волшебник поднялся и начал проделывать над камешком пассы руками.
Внезапно камешек превратился в огромную глыбу.
— Зедд! Да это же твой Облачный Камень!
— Так и есть, мой мальчик, это камень чародеев. Давным-давно мне передал его отец.
Пальцы Волшебника двигались все быстрее и быстрее, пока не вспыхнул свет и не завертелись в бешеном вихре цветные всполохи. Чародей продолжал делать пассы, соединяя и перемешивая разноцветные струи. Все происходило в полной тишине. Воздух наполнился запахом весеннего дождя. Наконец Волшебник остановился, удовлетворенный.
— Поднимись на камень, мой мальчик.
Ричард неуверенно ступил на камень, в луч света. Свет подрагивал и приятно грел кожу. Искателю показалось, будто он лежит на песке, под ласковым летним солнышком, только что выбравшись из прохладного озера. Он наслаждался ощущением тепла и безопасности, полностью отдавшись во власть света. Руки его сами собой поднялись, простираясь в стороны, голова откинулась назад. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. Это было чудесно.
Ричарду казалось, что он плывет в потоках света. Его переполнила радость.
Он ощутил жизнерадостную, непрерывную связь со всем, что есть в мире. Он был одновременно деревьями, травой, жуками, птицами, всеми живыми существами, водой и даже воздухом. Он чувствовал себя не отдельной личностью, а частью единого целого. По-новому проявились взаимосвязи вещей. Он был и бессилен и могуществен одновременно. Он смотрел на мир глазами всех существ, окружавших его. Это было так захватывающе, так потрясающе. Он слился с птицей, парящей в поднебесье, смотрел на мир ее глазами. Голодный и утомленный, охотился вместе с ней за мышью и видел внизу костер и спящих вокруг людей.
Ричард позволил своему «я» развеяться по ветру. Он стал никем и всеми сразу, почувствовал их нужды, вдохнул их тревоги, попробовал их радость, осознал их желания, а потом дал всему раствориться, обратиться в ничто, и оказался в пустоте. Один во всей вселенной. Единственный, существующий в мире. Затем он отдался во власть света, который привел его к другим, к тем, кто стоял до него на этом камне: к Зедду, к отцу Зедда, к другим волшебникам, которые жили сотни, тысячи лет назад. Один за другим проходили они нескончаемой чередой. Всем существом он чувствовал их присутствие. Они делили с ним слезы изумления, катившиеся по щекам.
Руки Зедда взметнулись, рассеивая волшебную пыль. Пылинки, загадочно мерцая, завертелись вокруг Ричарда. Он не оказался в самом центре сверкающего вихря. Искры замедлили свой бег и собрались перед ним. Звеня, как хрустальный колокольчик, пыль взметнулась к небу, словно взбежав по бечевке невидимого воздушного змея. Казалось, звук поднимается вместе с ней, выше и выше. Мерцание достигло змеевидного облака и втянулось в него.
Облако вспыхнуло цветами радуги. Вдоль линии горизонта заиграли нетерпеливые искры, пронзившие ночную тьму теплыми, веселыми огоньками.
И вдруг в одно мгновение мерцание исчезло, облако померкло, а свет, струившийся из волшебного камня, сокрылся в нем, будто его никогда и не было. Наступила тишина. Ричард очнулся. Он снова стоял на обычной скале и смотрел широко раскрытыми глазами на улыбающегося Зедда.
— Зедд, — прошептал он, — теперь я знаю, почему ты все время торчишь на скале. Со мной такого никогда не было. Я и представить себе не мог, что это возможно.
Зедд понимающе улыбнулся.
— Это замечательно, мой мальчик. Ты абсолютно правильно держал руки и голову запрокинул под нужным углом, да и тело выгнул, как надо. У тебя это получилось так же естественно, как у утенка, первый раз нырнувшего в пруд. Определенно, налицо все данные, чтобы стать волшебником. — Он весело подался вперед. — А теперь представь, что делаешь это без одежды.
— А что, есть разница? — изумленно спросил Ричард.
— Еще бы. Одежда мешает восприятию. — Зедд обнял Ричарда за плечи. Как-нибудь я дам тебе попробовать.
— Зедд, зачем ты заставил меня это сделать? Ты же сам мог подняться на камень.
— Как ты себя чувствуешь теперь?
— Не знаю. По-другому. Отдохнувшим. В голове прояснилось. Уже не таким подавленным и опустошенным.
— Потому-то я и позволил тебе сделать это, друг мой. У тебя была трудная ночь. Я не в состоянии разобраться с твоими трудностями, но могу помочь тебе.
— Спасибо, Зедд.
— Иди спать. Теперь мой черед стоять на страже. — Он подмигнул. Если передумаешь относительно занятий магией, буду счастлив приветствовать тебя среди волшебников.
Зедд поднял ладонь. Кусок сыра, который он отшвырнул, появился из темноты и скользнул ему в руку.
Глава 14
Чейз придержал коня.
— Сюда. Это как раз то, что нужно.
Он свернул с тропы и поехал среди редких елей, погубленных змеиной лозой. Остальные последовали за ним. С серебристо-серых стволов, почти полностью лишенных ветвей, клочьями свисал темно-зеленый мох. На земле валялись гниющие останки некогда царственных деревьев. Бурые стебли болотной травы, сломанной недавними бурями, как змеи, извивались под копытами коней.
Кони осторожно обходили поваленные деревья. В сыром и теплом воздухе витал запах тления. Вокруг путников вились тучи мошкары. Казалось, комары — единственные живые существа, еще не покинувшие эти гиблые места. Хотя деревья росли довольно редко, на болоте царил полумрак. Низкие, набухшие тучи полностью застилали небо. Клочья тумана цеплялись за серебряные стволы, оставляя на них холодные капли влаги.
Чейз ехал первым, указывая дорогу. За ним следовали Зедд и Кэлен.
Ричард скакал в хвосте, присматривая, чтобы никто не отстал. Видимость была слабая, не больше пары сотен футов, и, хотя казалось, что Чейза это не беспокоит, Ричард не переставал поглядывать по сторонам: в таком тумане кто угодно может подкрасться незаметно. Путникам приходилось непрестанно отмахиваться от мошкары. Все, кроме Зедда, поплотнее закутались в плащи.
Волшебник приканчивал на ходу остатки завтрака. Он вел себя так, словно просто отправился на увеселительную проулку по окрестностям. Будучи проводником, Ричард прекрасно ориентировался в лесу, но сейчас присутствие Чейза, отлично знавшего эти места, только радовало его. На болоте все кажется совершенно одинаковым. Ричард по опыту знал, как легко тут заблудиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
