Хлопнув себя ладонью по щеке, мальчик презрительно улыбнулся. Какие бы преграды не встали на его пути, какое бы блаженство не манило его, он не откажется от жизни, ни за что. Хотя бы потому, что в этом случае малышка Эйлис останется совсем одна, а Лазар потеряет своего первого ученика. Пусть для кого-то это всего лишь оправдания, но для Эйя эти двое стали едва ли не "якорем", державшим его в мире живых. Расслабленность медленно, словно мед, покидала его тело, от чего юноша почувствовал себя так, словно сбросил оковы, опутавшие все его тело. Голос, идущий откуда-то сверху, спросил:
- Кто ты?
Второе Крещение - Встреча с Богами, началось.
Лазар с легкой грустью смотрел в спящее лицо своего ученика, чья голова покоилась на его коленях. Ладони Лазара лежали на лезвии ритуального стилета, который, как надеялся Лазар и молил об этом Светлых, применять ему не придется. Прикрыв на миг глаза, наследник вздохнул и расслабил плечи.
Нет смысла сейчас бояться того, что будет. На все воля Богов. Единственное, что заставляло наследника нервничать это то, что Светлые, во время Второго Крещения, будут задавть ученику вопросы. Какие именно - решают сами Боги и никто, ни одна живая душа не может сказать, что они пожелают узнать.
Империя Ардейл. Западные горы.
Лука Редж сидел на камне, обнаженный по пояс и выслушивал нудные лекции старика-наставника. Взгляд ученика потихоньку начал блуждать. Заметив такую нерадивость, старый мастер щелкнул ученика по носу, привлекая его внимание. Лука, удивленно моргнув, соизволил вернуться из мира грез. Мастер, уперев руки в бока, поинтересовался:
- О чем я сейчас говорил?
Редж, с трудом подавив зевок, несколько сонным голосом, ответил:
- Достопочтенный мастер говорил о том, что есть несколько возможностей видеть вещи и лишь одна из них имеет прямое отношение к тому, что воспринимают наши глаза.
Старик удовлетворенно кивнул со словами:
- Дальше.
- Еще одна из возможностей - смотреть "сердцем".
- Это что означает? У сердца есть глаза?
Хмыкнув, Лука ответил:
- Я полагаю, что имеется ввиду нечто другое.
- Что именно?
Задумавшись на миг, Редж несколько неуверенно произнес:
- Я должен подумать над этим, наставник.
Старик мотнул лысой головой и, хлопнув в ладоши, задал следующий вопрос:
- Чему верить - тому, что видят твои глаза или тому, что "видит" твое сердце?
Понимая, что вопрос этот наставник задал неспроста, Лука обдумывал его несколько дольше. Решив, что просто молчать как-то совсем уж не вежливо, он принялся размышлять в слух:
- В нашем мире, где магия является неотъемлемой частью жизни, не все из того, что видят наши глаза является истиной. Кроме того, некоторые верят, что сердце обмануть невозможно... На мой взгляд, данное высказывание неверно.
- Почему?
- Если бы сердце было невозможно обмануть, в мире не было бы столько обманутых влюбленных ду... Эм... Девушек.
Прищурив глаза, старик кивнул со словами:
- Но, ты же не будешь отрицать, что так или иначе, где-то на глубине сознания, мы понимаем, что нас обманывают. Это, скорее можно назвать предчувствием, нежели осознанием.
Лука задумчиво кивнул:
- В принципе, верно.
Старик, радостно хлопнув себя по колену, сообщил:
- А вот тебе мой последний вопрос. То, что видят наши глаза воспринимается разумом, именно разум заставляет нас верить в увиденное. То, что видит наше сердце зиждется на эмоциях - под их влиянием мы и принимаем решения. Что делать, когда разум не согласен с сердцем?
Тяжело вздохнув, Лука спрыгнул с камня и, подняв глаза к небу, улыбнулся. На этот вопрос вот уже миллионы лет ищут ответ и он никогда не будет однозначным. Задав его, мастер хотел поставить Луку в тупик, потому что редко кто сможет руководствоваться одним лишь разумом или только лишь эмоциями. Хитровато подмигнув проплывающему в вышине облаку, Редж повернулся к наставнику и ответил:
- Зависит от ситуации.
Империя Ардейл. Священная Акадэмия Хикар.
Эй стоял на огромной мраморной плите, тянувшейся до самого горизонта. Размяв плечи, юноша недоуменно пожал плечами - странные ощущения, подчинившие себе его тело, разом исчезли, стоило лишь Эйю сосредоточиться. Голос, нарушивший его бесцельное "дрейфование" по серебристо-белому туману, затих некоторое время назад и юноша стоял в полнейшей тишине.
Слова, идущие словно бы со всех сторон сразу, вновь нарушил тишину вопросом:
- Почему ты выбрал путь война?
Не задумываясь ни на секунду, Эй ответил:
- Чтобы защитить тех, кто мне дорог.
Перед глазами юноши, в тот же миг, замелькали видения прошлого - отец и мать, маленькая Эйлис, Лазар, Леон, Рамиэль де Лайдар.... Все те, с кем Эй был знаком, в одно мгновение пронеслись перед его взором.
- Их?
Сжав кулаки, Эй молча кивнул. Над головой раздался тихий смех.
- А если ты сможешь защитить лишь одного, кого ты выберешь?
Мраморный пол под ногами словно бы расплавился и из недр его поднялись две фигуры - маленькая и немного больше. Эйлис в летнем платье, в белых перчатках и с кружевной лентой на голове. Вторая фигура принадлежала Рошу де Нийлду - он предстал перед Эйем в опаленном кафтане, с сажей на лице, смешавшейся с ярко-красной кровью. Серый мир, окружающий Эйя запестрел картинами - где-то у горизонта вздыбились горы, пол под ногами порос изумрудной травой, краем глаза юноша заметил в траве серебристый ручеек, заполнивший тишину веселым журчанием.
- Кого из них ты защитишь?
Окинув скучающим взглядом представшую перед ним картину, Эй спокойно ответил:
- Сестру. Рош знает, как защитить себя.
- А если будет так?
Окружающая реальность в миг изменилась - к ногам Эйя падали тела воинов, со всех сторон неслись крики и звон оружия. Эйлис и Рош исчезли, вместо них перед Эйем предстал незнакомый мужчина, одетый в черный кафтан. В тот же миг Эй понял, что перед ним командующий вражеской армии, а Ардейл терпит поражение. Незнакомец, смерив юношу холодным взглядом, сказал:
- Ты должен придать своего Императора, иначе те, кто тебе дорог, погибнут. Если же ты встанешь под наш стяг, мы пощадим их.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
