- Здесь есть магазин по пути, - сказала Альвина, взяла кавалера под руку и увлекла за собой.
Девушка спросила Андрея про его опыты, он стал увлеченно рассказывать ей об удачном эксперименте переселения душ крыс, хотя, в принципе, в силу секретности не имел право рассказывать об этом никому, кроме непосредственного начальника, куратора Гепалова. Но сложно было удержаться, хотелось поделиться с милой Альвиночкой, ведь говорить нужно было о чем-то, чтобы производить на спутницу благоприятное впечатление и унять свое волнение.
Они зашли в магазин, купили усилитель, затем забежали в булочную за хлебом для Альвины. Девушка жила в добротной сталинской высотке на самом последнем этаже. Андрей не был еще в таких домах, не поднимался на лифте так высоко. В квартире Альвина скинула весеннюю куртку и оказалась в своем любимом синем платье, которое гармонировало с цветом ее глаз и прекрасно сидело на ней.
Черкасов с разрешения хозяйки квартиры выглянул в окно. Престижный, чистенький район. Приятно наблюдать с такой высоты за жизнью Москвы, за недоростками-домами, мелкими прохожими внизу, за электричкой, прибывающей на станцию вдали. Хорошо здесь!
Альвина предложила выпить чаю с тортом. Андрей согласился, хотя не очень любил сладкое. Они довольно долго сидели на кухне, обсуждая преимущественно рабочие вопросы.
Затем Альвина пригласила профессора в комнату. Он опять стал волноваться и выдал девушке экспромт:
- Моя принцесса, ты - цветок,
Пылающий в саду Господнем,
Я верю: свежий ветерок,
Развеет пламя преисподней...
Альвина не удержалась, притянула своими сильными руками лысеющую голову профессора к себе и прошептала:
- Ты так молод душой...
Девушка усадила профессора на диван и поцеловала в губы. Андрей почувствовал, как его душа пытается оторваться от тела и улететь в блаженный полет, а он начинает пьянеть. Но ответил на поцелуй. И дурман наполнил голову, рука сама собой потянулась расстегнуть платье девушки на спине: вот ведь инстинкт заработал!
Но Альвина отстранилась. Она приподнялась с дивана, включила цветомузыку и предложила потанцевать. Увы, Андрей танцевать не умел. Он сделал попытку, пытался повторять движения девушки, потом они обнялись в танце и Андрей сопровождал подружку под такт музыки, но все получалось как-то неуклюже. Затем профессор уселся на свое место, а девушка исполнила для него зажигательный танец, почти эротический, потому что во время исполнения изящно избавилась от своего платья. Ее великолепное, загорелое, сильное молодое тело дышало грацией и артистизмом. Она напоминала бронзовую статую, выточенную эллинским гением. Но статую живую и трепещущую, полную огня и жара.
Девушка присела рядом и опять поцеловала профессора. Когда ее медовые уста коснулись губ, Андрей ощутил свое падение в бездонную пропасть. От этого сладостного падения тело становится словно невесомым и захватывает дух. А Альвина немного поиграла губами и языком, оторвалась от Андрея и сказала:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ты не слишком опытен в поцелуях.
- Ну, да, - согласился Черкасов, - практики мало.
Неожиданно девушка стала раздевать оторопевшего профессора. Усиленные занятия на тренажерах и диета дали эффект: тело Андрея выглядело вполне подтянутым. Альвина широко улыбнулась и сказала об этом: она не любила жир и дряблость.
Затем девушка решительно притянула профессора к себе. Тот попытался даже слегка сопротивляться, но хватка у красотки оказалась железной. А девичьи поцелуи попросту сводили с ума. Мысли скакали, словно табун жеребцов. Профессор хотел было взять себя в руки, чтобы хоть как-то сбить волну сладострастия и подавить желание наброситься на девушку словно дикий зверь. Но не смог.
Похоже, в постели Альвина привыкла командовать и быть агрессивной, но Андрей сам попытался забраться на нее. Девушка скинула неслабого мужчину. И... ловко оседлала его. Внизу живота пронесся рой щекочущих бабочек. Альвина стала двигаться, при этом положила мужские руки себе на грудь.
И все закружилось в сладострастном вихре. Словно на обоих любовников обрушилось эротическое торнадо, а в океане любви низвергнулись разом тысячи вулканов. Все закипело и забурлило. Сотрясалась Земля, подскакивали звезды, стягивались и растягивались галактики. Страсть возносилась на высшую точку экстаза и обрушивалась вниз, словно цунами...
Альвину накрыл целый каскад оргазмов и каждый из них был сильнее предыдущего. Никогда Андрею не было так хорошо в постели с женой.
Профессор не выдержал подобной интенсивности и потерял сознание. Попросту отключился и погрузился в глубокий сон, ему было не до последней маршрутки, не до жены.
Уснула и Альвина.
Вернулся домой Черкасов уже под утро. Аленка ждала его, как всегда. Встретила у дверей, в ночной сорочке, на этот раз встревоженная, недовольная. Она, казалось, стала еще толще и старше. И опять что-то жевала.
Алена необычно холодно спросила:
- Где тебя черти носили? Я ужин приготовила, волновалась...
Андрей неуверенно ответил:
- Черти... У меня особо важное задание, значение которого для Родины трудно переоценить.
Алена посмотрела на мужа с подозрением и сказала:
- Задание... Догадываюсь, какое задание. Признайся: у тебя появилась другая женщина!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Андрей чувствовал, что его голос дрожит от волнения, но неуверенно промямлил:
- Нет! Я люблю и всегда любил только тебя.
