Доминго пожал плечами:
– Я лишь передаю информацию. Слышал об этом из ряда источников. Кроме того, вы сами не раз говорили мне, что ничего невозможного нет, – добавил он. На тонких губах играла насмешливая улыбка.
– Все верно, каюсь, – рассмеялся Джеф невесело. – Какие это были источники?
Доминго ответил взглядом, ясно говорившим: «Вы же знаете, ответить я не могу».
– Но что именно вы слышали?
– Ничего определенного. Слухи, некоторые из них весьма противоречивы. Говорят, что какой-то иранец-фундаменталист, сказочно богатый, хочет получить плащаницу, чтобы ее уничтожить. Сжечь идола еретиков, что-то в этом роде. Вы знаете людей такого типа.
Джеф содрогнулся. Ему было физически плохо.
– Так или иначе, будущий аятолла нанял какого-то умнейшего американца, который взялся составить план похищения плащаницы, – продолжал Доминго. – Полагаю, ему предложили безумные деньги.
– Насколько безумные?
– Я слышал цифру десять миллионов евро. А что? Собираетесь с ним посостязаться? – пошутил Доминго.
– Я бы не украл плащаницу и за сто миллионов, – отрезал Джеф. – Особенно для того типа, который вознамерился ее сжечь. Омерзительно. Преступление против человечества. Всякого, кто будет в этом участвовать, следует пристрелить.
– Силы небесные! Успокойтесь, я просто шутил.
– Кто-нибудь уведомил власти?
– То есть позвонил в полицию? Конечно, нет. Это слухи, Джеф, ничего более. Вы же знаете, как в преступном мире любят сплетничать. Возможно, все это – мыльный пузырь. Вы же сами сказали, что украсть плащаницу невозможно.
– Именно.
– Тем более успокойтесь. И выпейте еще.
Джеф последовал его совету, но расслабиться не смог. В мозгу застряла ужасная сцена: какой-то бородатый иранский псих в традиционном одеянии поливает керосином священную плащаницу.
Наконец он спросил Доминго:
– Вам известны какие-то имена? От ваших источников? Кто-то знает хоть что-нибудь об этом умнейшем американце?
– Собственно говоря, мне известно его имя. Не то чтобы этот человек что-то значил для меня. – Он заглянул в глаза Джефу и с невинным видом спросил: – Слышали о Дэниеле Купере?
«Ты когда-нибудь слышала о Дэниеле Купере?»
На этот раз вопрос задал Джеф. Он внезапно перенесся на четырнадцать лет назад. Он сидел за другим столом. Но тоже в Испании.
Неужели прошло столько времени?
Мадрид. Джеф и Трейси были в городе, чтобы украсть из Прадо «Порт» Гойи, хотя и таили планы друг от друга. Джеф заказал столик в «Джокее» – элегантном ресторане на Амадор де лос Риос. Трейси согласилась поужинать с ним. Он так живо представил, как она сидит напротив, ослепительно неотразимая. Джеф не мог вспомнить, во что она была одета, зато прекрасно помнил вызов, полыхавший в зеленых глазах. Они состязались друг с другом.
«Я люблю ее, – подумал тогда Джеф. – И украду картину у нее из-под носа. А потом на ней женюсь».
– Кто это? – спросила Трейси.
– Дэниел Купер. Работает следователем на страховщиков, очень светлая голова.
– И что из того?
– Будь осторожна. Он опасен. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
– Не беспокойся.
Джеф накрыл ее руку своей ладонью.
– Ты особенная, любовь моя. Жизнь интереснее, когда ты рядом.
Мадрид стал началом всего. Там они полюбили друг друга. Несмотря на то что Купер, как тень, маячил на заднем плане. По пути в Сеговию Купер следовал за ними в «Рено». В ту ночь Джеф повел Трейси в кабачок, где танцевали фламенко, передавая страсть и желание в безумных ритмах.
Купер тоже там был. Мрачный. Молчаливый.
Джеф действительно опередил Трейси, украв «Порт» первым у нее из-под носа, после того как она проделала всю черновую работу, дорогая бедняжка. Прошло несколько лет, прежде чем она его простила.
Но он перехитрил не только Трейси. После Мадрида Купер следовал за Трейси и Джефом по всей Европе, всегда находясь ровно в шаге от них. Джеф стал бояться его, но Трейси никогда не принимала следователя всерьез.
«Купер с самого начала был третьим в наших отношениях. Он был тенью Трейси», – подумал Джеф.
– Джеф? – Голос Доминго вернул Джефа к реальности. – С вами все в порядке?
– Хм… да, конечно.
– Вы были где-то далеко. Так, насколько я понял, вы знаете Дэниела Купера?
– Можно сказать, некоторым образом. Хотя, когда я его знал, он не был преступником. Скорее наоборот. Он здесь, в Севилье?
– По крайней мере, по слухам.
Джеф нахмурился.
– У вас обеспокоенный вид, – заметил Доминго. – Считаете, Купер способен на такое?
– Понятия не имею, на что он способен, – честно ответил Джеф.
– Думаете, это ему удастся?
Джеф немного подумал.
– Нет, невозможно. – Купер очень умен. Но никто не имеет права украсть плащаницу.
Ночью Джеф принял решение. Завтра он поедет в Севилью. Поживет там несколько дней и сам проверит «Антиквариум». Только чтобы убедиться.
Джеф Стивенс не слишком верил в слухи Доминго. Все это вилами по воде писано. Но если плащаница будет украдена и уничтожена, он никогда себе не простит, что не сделал ничего, чтобы этому помешать.
Глава 21
Музей «Антиквариум» располагается под одним из огромных деревянных зонтиков центра «Метрополь парасоль» – достопримечательности Севильи на знаменитой площади Энкарнасьон – и, по сути, находится в лабиринте римских развалин, возраст которых восходит к первому веку от Рождества Христова. Стоя в очереди за билетами на выставку, Джеф Стивенс любовался мозаикой, изображавшей Вакха, и идеально сохранившимися колоннами древнего строения.
Джеф ожидал, что очередь растянется на квартал. Впервые почти за полвека плащаница покинула свой дом с температурным контролем в королевской часовне туринского собора Святого Иоанна Крестителя. Но возможно, потому, что был март, не сезон для туристов, и к тому же середина недели, только горстка людей пришла посмотреть на льняную ткань с отпечатком лика человека, который, возможно, мог быть самим Иисусом Христом.
– Хотите взять аудиогида? – спросила на безупречном английском улыбающаяся девушка.
– Да. Спасибо.
Джеф надел наушники и вошел в первый зал. Он уже знал почти всю историю плащаницы и напряженные научные и теологические дебаты, связанные с ней. Но никогда не повредит узнать больше, а наушники давали возможность идти медленно, тщательно оценивая глазом эксперта все меры предосторожности: охрану, сигнализацию, запасные выходы и так далее.
Он заметил, что у входа дежурили обычные, невооруженные охранники, но в залах постоянно присутствовали полицейские. И если учесть, что «Антиквариум» был криптой, здесь имелось только два выхода на первый этаж: главный и единственный запасной, ведущий к «Метрополь парасоль». Сама плащаница находилась в конце выставки, в центре большой спирали «фальшивых» комнат, как «яблочко» на доске для дартс или конец викторианского лабиринта. Всякий, кто намеревался ее украсть, должен был вернуться назад к внешнему кольцу круга и там выбрать выход. Поскольку каждая комната была снабжена сигнализацией, современной системой лазерного слежения и вездесущими камерами, Джеф убедился в том, что любая попытка разбить стекло и схватить плащаницу наверняка обречена на провал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
