– А может… может, зайдем в какой-нибудь костел… помолимся? – спросила она несмело.
Он молча остановил машину на Старе Място.
Тишина и покой кафедрального собора освежающим дождем пролились на возбужденную душу Эвы. Первый раз за долгое время она молилась с радостью и надеждой, прося здоровья дочке, немного счастья для мамы, спокойной и счастливой старости для бабушки Зоси, исполнения желаний для Анджея и Каролины, а для себя… для себя – полного тепла и любви дома.
Она подождала еще немного своего друга, подставив лицо последним лучам заходящего солнца.
Анджей вышел из костела такой же умиротворенный, как и она.
– Спасибо, – он взял руку Эвы и поцеловал.
– Да это тебе спасибо.
– Ты так и не поняла… да? Ты не догадалась, кто был твоим реципиентом? Для кого ты сдавала мозг?
Эва широко распахнула глаза, побледнела и прошептала:
– Каролина…
Он кивнул.
– Спасибо, Эва. До июля бы она не дожила.
«Нет, надо кое-кого другого благодарить», – мелькнула в голове пораженной Эвы мысль.
Если бы не этот сон – она в жизни бы не стала рисковать здоровьем собственного ребенка.
– Не говори Каролине! Не говори, что это я!
– Почему? – удивился Анджей.
– Я не хочу, чтобы она чувствовала себя обязанной и благодарной мне до конца жизни. Не хочу, чтобы она была моей должницей. Я хочу, чтобы она была просто моей подругой!
– Но она и так будет тебе благодарна! Если бы не твоя идея с фондом «Спаси жизнь Каролине»…
– Это другое. Это… да, это совсем другое! Не говори ей, ладно? О том, что я сдала мозг, знаешь ты, знаю я, знают Витольд, мама и бабушка. И достаточно.
– А если через год Каролина попросит о встрече с донором?
– Вот через год я и буду выкручиваться.
Он покачал головой, явно не согласный.
– Я действительно не понимаю, что плохого в том, что ты спасла человеку жизнь. Но, разумеется, раз ты просишь – я сохраню это в тайне.
– А если бы ты оказался идеальным донором спинного мозга для Каролины – ты бы стал ей об этом рассказывать?
Он задумался.
– Ты права. Когда ты едешь в Ирландию? – решил он сменить тему, потому что у него не было сил дальше обсуждать эту. Ему хотелось Эву подразнить.
– Как только с Каролиной все пойдет на лад, – не дала она ему себя спровоцировать.
Через неделю, оставив в аэропорту провожавших ее близких, Эва летела покорять Зеленый остров.
Май
Ну вот я и в Дублине.
И совершенно не знаю, что думать.
Я в шоке! Я злая, потная и… я беременная, как-никак!
Но спокойно, все по порядку, до шока я еще дойду, а сейчас все с самого начала.
Ирландия приятно удивила меня еще в зале прилета. Потому что я могла найти выход.
Вот так достижение! – скажет каждый нормальный человек.
Да? А вы попробуйте найти выход в нашем старом добром Окенче! Там зеленая табличка с надписью «Exit» висит прямо посреди белой стены. Я долго стояла около этой стены, ожидая, что она вот-вот раздвинется. Потом я пробовала применить телепортацию и пройти сквозь стену, чтобы – о стыд! – убедиться, что эту стену нужно обойти. Я думала, что это только я такая полная дебилка, но нет: стена с табличкой «Exit» приводила в ступор почти всех пассажиров.
А тут, в Дублине, даже если бы я не хотела найти выход, даже если бы я мечтала затеряться в аэропорту и остаться здесь жить, мне бы это не удалось. И мало того что ты сразу попадаешь к выходу – ты попадаешь прямо туда, где твой багаж (что в Варшаве, где мониторы с номером рейса, которым прилетел багаж, частенько просто выключены, бывает довольно проблематично).
У зала прилета меня ждал Ян – отец Сесилии. Приятный черноволосый ирландец (да, да, я знаю – он должен быть рыжий! Но большая часть жителей этой страны являются выходцами с Балкан, а коренные ирландцы давным-давно почти вымерли). Он был высокий и стройный, с печальными голубыми глазами.
И вот удивление номер раз: при виде меня он потерял дар речи. Уж не знаю, как он понял, что я это я, может, в интернете нашел мою фотографию, а сам он стоял с табличкой «Эва Злотовская». Когда я его увидела и направилась в его сторону, у него на лице появилось такое выражение, будто он увидел привидение. Он смотрел на меня широко открытыми глазами, пока мое «Hi, I’m Ewa» не вывело его из состояния шока – надеюсь, приятного. Признаюсь, мне его лицо тоже показалось знакомым – но уж не до такой степени, чтобы застывать посреди аэропорта и пугать пассажиров.
Он пригласил меня в машину, и мы поехали в город.
Ирландия – страна очень зеленая, очень ветреная и очень дождливая. Этим она очень похожа на Польшу, а точнее – Келце. Потому что в Келце тоже мало того что все время идет дождь, так еще все время… дует.
Ну и дороги почти одинаковые.
Не то чтобы я имела что-нибудь против Келце и его окрестностей, просто мне же надо с чем-то Ирландию сравнить.
Вот.
Ирландские дороги…
Даже в моем Урли (а уж его никак не назовешь тигром Европы!) дороги более гладкие и более благоустроенные. Здесь же, пытаясь разминуться с автобусом, мы практически вплотную прижимались к нему боком, другим боком касаясь кустов, растущих по обочинам, – такие узкие у них дороги. У нас на международных трассах вроде бы человек машину о придорожные кусты не оцарапает. Разве что ему в голову придет такая извращенная фантазия…
Но мне все равно понравилось.
Ирландцы ездят как сумасшедшие. Ян, заметив, что я хватаюсь за все руками, слегка сбавил скорость, особенно на перекрестках, объясняя, что едет на минимально дозволенной скорости. В Польше даже я гоняла на своем Гучике со скоростью больше ста километров в час, но ведь это же было на скоростной трассе! Там, где по две полосы в каждом направлении, разделенных газоном, плюс ограждения. А тут-то шоссе состояло из полутора полос! Причем в обоих направлениях! А перед крутым поворотом, где вообще не видно было, едет ли кто-нибудь с той стороны, водители начинали гудеть. Типа: внимание, я еду!
Ну люди добрые, куда я попала?! Куда я попала?!
Через два часа мы приехали в симпатичный городок на юге страны под названием Уотерфорд, у моря – он мне сразу очень понравился, потому что был чистым и казался доброжелательным. И там было много иностранцев – я чаще слышала польский, китайский или арабский, чем английский.
Ян жил в маленьком домике среди множества таких же в точности маленьких домиков.
Едва живая, я рухнула на удобный диванчик в гостиной, а мой гостеприимный хозяин захлопотал, заваривая чай. Обедали мы по пути к дому Яна.
