– С чего бы ей быть с тобой? – скривился Полидевк, но его глаза так жадно пожирали меня, выдавая его желание, чтобы было именно так, как я сказал. – Ты ее последователь?
– Последователь? Ха! Бери выше – я ее любимчик!
– В смысле?
– Звание такое: Любимчик Фортуны. Видимо, богиня не хочет лишиться единственного избранника и нашла способ мне помочь.
– И как это работает? И как это допустили Спящие?
– Мне везет, а Спящим плевать, – просто ответил я. Где-то вдалеке что-то треснуло. – Ты слышал?
– Вливайся в характеристики, – прошипел Большой По, прислушиваясь. – Албанцы возвращаются.
Мой друг был прав, от кладбища до этого места бежать недалеко, а с перегрузом я далеко не убегу… Стоп, а зачем вообще теперь убегать?
Я быстро распределил свободные очки характеристик, большую часть влив в силу, выносливость и ловкость. Десять очков ушло в восприятие – параметр, который никогда не стоит недооценивать. Немного поколебавшись, удачу оставил как есть. Если Фортуна и правда со мной, эта характеристика много не даст.
Скиф, человек 15-го уровня
Настоящее имя: Алекс Шеппард.
Социальный статус: негражданин.
Реальный возраст: 16 лет.
Класс: не выбран.
Профильное ремесло: не выбрано.
Основные характеристики:
Сила: 30.
Восприятие: 10.
Выносливость: 20.
Харизма: 2.
Интеллект: 2.
Ловкость: 19.
Удача: 2.
Навыки:
Устойчивость: 12.
Закрыв профиль, я наткнулся на системное уведомление о том, что мне стал доступен выбор игрового класса.
– Быстрее, Скиф! – напомнил о себе Большой По. – Они уже близко! Что дали за ачивку? Ее же дали?
– Дали… – задумчиво произнес я, открывая инвентарь. – Только награда… странная.
Первозданное кайло Хозяйки Медной горы 1-го уровня
Мифическая кирка.
Уникальный предмет.
Урон: 1–2.
В древние времена дворфы-вогулы Стылого ущелья поклонялись Азовке, Старой богине минералов. Согласно поверьям вогулов, великий первокузнец Бажо создал неразрушимый сплав из сорока металлов и отлил из него кайло, которое принес в дар Азовке.
Богиня заключила в кайло первобытного злого духа. Легенда гласит, что когда владелец кайла станет хозяином Стылого ущелья, злой дух обретет свободу, поэтому он стремится усилить кайло при любой возможности.
При использовании: если злому духу, заключенному в кайле, хватает сил, оно разрушает предмет и с некоторой вероятностью может перенять одно или несколько его свойств. Поглощенные характеристики суммируются.
Только для использования в Стылом ущелье!
Прочность: неразрушимо.
Цена продажи: невозможно продать.
Шанс потерять после смерти снижен на 100 %.
Я стоял по колено в земле, куда меня загнал огромный вес кайла. Но после распределения характеристик повысившейся грузоподъемности стало хватать, мой персонаж обрел подвижность, и я выбрался на ровную поверхность.
Приблизившись к Полидевку, я пригласил его в группу и скинул в чат ссылку на описание мифической кирки.
– Это вообще как? – удивился Большой По, увидев цвет названия предмета. – Черный предмет? Мифический?
– Сам в шоке. Всегда считал, что красные, то есть божественные предметы, – топовые. А тут какой-то мифический…
– А, понял, – разочарованно протянул он. – Это локальный предмет, его отсюда не вынести. Ну или можно вынести, только он потеряет свойства. Кстати, заметил, что у кайла есть уровень? Похоже на то, что ее можно прокачивать…
– Разрушая другие предметы? Или убивая врагов?
– Самое время проверить… – прорычал Полидевк, указывая за деревья, – убивая врагов!
Из-за сосен, треща ветками под ногами, уже приближались разъяренные албанцы во главе с Вагончиком. Большой По вооружился его двуручным мечом, а мне бросил пару кинжалов – обычных, без каких-либо бонусов, зато с намного более высоким уроном, чем у Старого топора дровосека и Первозданного кайла Хозяйки Медной горы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вон они, тепоштеры! – азартно закричал Вагончик. В руках он держал массивную дубину в человеческий рост. – Сразу не убивать, будем резать медленно!
– Скиф, я вырежу твои глаза и засуну их тебе же в задницу! – воскликнула Фатмайр, одна из девчонок, а остальные заржали.
– А жирного пустим на бекон! – добавил парень-албанец по имени Матео.
– Я вам самим глаза на жопу натяну, гребанные бодишеймеры! – заорал Большой По и зычно завалил врагов таким потоком ругательств, что я перестал слышать их возражения.
Потянувшись к оружию, призывно поблескивающему у меня под ногами, я остановился на полпути. А вдруг?
Вытащив мифическое кайло, я ударил по ближайшему:
Заржавленный охотничий нож
Обычный кинжал.
Урон: 6–9.
Прочность: 11 / 30.
Цена продажи: 28 медных монет.
Прочность ножа снизилась на две единицы.
– Скиф! – заорал Большой По, выступая навстречу Вагончику. Шансов у друга с его 3-м уровнем было мало даже против одного албанца, а уж против шестерых… – Помогай!
Лязг! Стук! – удар за ударом кайлом снижали прочность ножа. Когда я наносил последний удар, двое противников уже вступили в бой с Полидевком, а остальные ломанулись ко мне.
«Заржавленный охотничий нож» разрушен!
Свойство «Урон: 6–9» поглощено.
Беглый взгляд на свойства кайла в руках придал сил и куража:
Первозданное кайло Хозяйки Медной горы 2-го уровня
Мифическая кирка.
Уникальный предмет.
Урон: 7-10.
В который раз за день удача была на моей стороне. Девушка из группы Вагончика, бежавшая первой, споткнулась в паре метров от меня, в нее врезался следовавший за ней парень. Подняться им я не дал, обрушив на их головы смертоносные удары.
Минус два.
Большой По продержался недолго, если вообще хоть сколько-то. Когда я разобрался с первыми, ко мне приблизилась другая парочка, к ним присоединился Вагончик с парнем, который помогал ему против Полидевка, и они начали меня окружать. Один против четверых.
Все они набросились на меня одновременно…
…но во второй девчонке взыграла жадность, и она склонилась подобрать нетронутый мной кинжал, брошенный Полидевком. Удар кайлом расколол ее череп так, что выплеснулись мозги.
И их осталось трое.
На меня обрушился град ударов, и все же я выдержал натиск – противники были ниже уровнем, из-за чего мазали, к тому же у меня была прокачана Устойчивость. Откатившись, я сбил кого-то с ног, выпрыгнул, уходя из-под размашистого удара дубиной Вагончика, и ринулся в контратаку, работая двуручным кайлом. Лидер албанцев не рассчитал удар, и дубина врезалась в ребра соратника и отправила его в полет.
Взлетел не только он. Огромная масса мифической кирки наносила урон всем, кто попадался на пути, отшвыривая их. Недруги разлетелись, как кегли, и я, не давая им опомниться, занялся добиванием.
Крак! Словно кувалдой по арбузу! Голова Вагончика разбилась, а его тело задергалось в предсмертных конвульсиях.
Осталось двое.
Плеск! Каким-то образом шип кайла отсек руку вместе с плечом, и она свалилась на землю, окрашивая ее кровью, бьющей фонтаном из обрубка.
– Стой, братик! Не уби-и-и… – отчаянно закричал последний албанец и захлебнулся в крови, когда его голова разлетелась на ошметки, вбитая в туловище.
– Не брат ты мне, – ответил я, глядя на его конвульсии.
Весь бой занял секунд десять. Кайло не подняло уровни, утвердив меня в версии о том, что оно прокачивается разрушением предметов, а не убийствами.
Лута было много. Все, что не выпало с них, когда они погибли от паутины паука, выпало сейчас, не считая всего того, что собрал и потерял после смерти Полидевк. Возможно, албанцы забегали в лавку и приобрели что-то еще, плевать. Я чувствовал невероятное возбуждение, ведь после всего произошедшего за день во мне снова разгоралась надежда.
