Читаем без скачивания Первый Мир - Андрей Ливадный

– Шрейб, останься, – словно прочитав его мысли, произнес Иван. – Разберемся с норлами – подкинем тебя на БМК. Все быстрее и надежнее, чем пешком.

– Ладно. Попробуем. – Гюнтер понимал, что поиск Ольги, пока не завершилось смещение и не угас яростный свет энергетического сгустка, задача практически невыполнимая.

– Я пойду с тобой на вторую планету, – неожиданно заявил Урман, ткнув Шрейба кулаком в плечо. – Прорвемся.

Норл умирал.

Болезнь и постоянные лишения окончательно подорвали его силы: видя приближение людей, он даже не шевельнулся, лишь мучительно посмотрел в их сторону.

Почему он предпочел умирать в одиночестве, словно старый зверь, обессилевший, покинувший стаю?

Взглянув на охотника, Шрейб, которому пришла внезапная, логичная, но дерзкая мысль, требовательно протянул руку:

– Урман, мне нужен логр.

– Зачем? – насупился охотник.

По его взгляду Гюнтер понял, что без объяснений не обойтись – среди нестабильных условий Первого Мира логры являлись единственными компьютерными компонентами, работающими без сбоев даже в период смещения, и ценились они высоко – чтобы добыть древние кристаллы и разгадать их уникальные свойства, составляя цепочки узкоспециализированных вычислительных устройств, приходилось рисковать жизнью, забираясь в такие места, о которых иному человеку и подумать страшно.

– Есть шанс на установление контакта, – ответил Гюнтер, не убрав протянутой ладони. – Ты же знаешь, в чем заключается основное предназначение логров[49].

– Знаю, естественно.

– Это шанс. Норл умирает. Мы можем годами изучать их, и не факт, что добьемся успеха во взаимопонимании. Они неконтактны. Но в логре у него не будет вариантов. Там раскроется образная память, и там нет языковых и иных барьеров.

– Да понял уже... Только где ты видишь у него имплант? Как мы без прямого нейросенсорного соединения снимем копию его рассудка?

– Иван? – Гюнтер чуть повернул голову. – Среди привезенной тобой аппаратуры есть логр-адаптеры?

– Да.

– Мне нужен всего один логр, Урман. Через адаптер подключим к нему специализированный сканирующий комплекс, способный считывать состояние каждой клетки головного мозга. После перемещения данных логр автоматически воспроизведет матрицу его рассудка.

– Допустим. – Урман присел. – Что дальше?

– Дальше... – Шрейб вновь посмотрел на Столетова. – Иван, ты у нас специалист по контактам. Тебя готовили. Возможно, сейчас – первый и единственный шанс в жизни. Я, конечно, могу войти в киберпространство, но там, в логре, вспыхнут мои воспоминания, а они, как ты понимаешь, далеко не привлекательны. Урман тоже не годится. Только ты.

– Мне идти в логр?

– Тебе. Без вариантов.

Иван поежился, но затем, сделав над собой усилие, кивнул.

Разве не ради подобного шага он учился, да и вообще выпадет ли ему еще один шанс наладить взаимопонимание с чуждой человечеству расой?

– Я согласен.

Урман посмотрел на него с некоторым удивлением.

– Тогда что стоим? Он умирает. – Охотник осторожно отсоединил один из кристаллов от цепочки логр-компонента. – Действуем.

Через несколько минут, когда подогнали БМК, выгрузили блоки аппаратуры, запитав их от бортовой сети боевой машины, Урман, взяв контактный обруч, похожий на терновый венец из-за десятков тысяч мельчайших игл, покрывающих его внутреннюю поверхность, подошел к норлу, по ходу регулируя диаметр устройства.

Инопланетное существо смотрело на него не отрываясь.

В глазах норла застыло выражение ужаса, когда охотник склонился к нему, надевая обруч на изуродованную язвами голову.

Через минуту Гюнтер, контролировавший приборы, негромко произнес:

– Есть контакт. Пошло послойное клеточное сканирование и передача данных!

Подтверждая его слова, гнездо адаптера, в котором был закреплен логр, подсветилось несколькими индикационными сигналами.

Теперь оставалось только ждать и надеяться, что норл не скончается от ужаса до того, как завершится процесс сканирования и записи.

– Ну, я пошел?

Голос Ивана выдавал крайнее волнение.

– Ты сможешь. – Рука Гюнтера легла на плечо Столетова. – Будет трудно, но ты справишься. Мы рядом.

Иван ничего не ответил, только кивнул, сев в кресло.

Из открытого люка БМК к блокам аппаратуры тянулись оптические кабели.

Он закрыл глаза, зачем-то задержал дыхание, вздрогнув всем телом, когда Гюнтер, не доверявший беспроводным соединениям, подключил к его импланту глянцевитый шунт прямого нейросенсорного соединения.

Реальность Арасты крутанулась перед глазами и вдруг... исчезла.

Иван стоял в просторном, скверно освещенном помещении, где кроме него присутствовали двое норлов.

Они разговаривали друг с другом, эмоционально жестикулируя, на столе были разложены какие-то бумаги; у Ивана, на которого норлы не обращали внимания, возникло стойкое, но непонятно откуда взявшееся ощущение, что документы, ставшие предметом горячего спора, очень древние.

Один норл сидел за столом, откинувшись в грубом подобии кресла, второй стоял, склонившись к бумагам, нависая над ними, его голос, похожий на утробное рычание раненого, разъяренного болью зверя, отдавался гулким эхом в замкнутом пространстве лишенной окон, скудно меблированной комнаты.

Столетов знал об уникальной адаптивности логрианских устройств, но все равно вздрогнул, осознав, что понимает не только жесты и интонации, но и смысл произносимых норлами фраз[50]. Конечно, многие обороты речи не могли быть моментально распознаны логром, но сознание Ивана, уловив смысловой контекст фразы, тут же включалось в процесс, логически восполняя пробелы.

– Ирбих, твой разум помутился, – произнес тот норл, что опирался обеими руками о край стола. – Ты хочешь отыскать способ спасения при помощи древних легенд?

– Герх, свет чужого солнца достигнет новой родины через тридцать лет. Наше бегство слишком короткое. Мы лишь продлили ожидание смерти.

– Варг! Ты сидишь под землей. Сюда не проникнет свет чужого солнца!

– Не тревожь Варга, – сдержанно ответил Ирбих.

Присмотревшись к нему, Иван вдруг понял – Ирбих и есть тот умирающий норл, чье сознание они только что сканировали! Он был одет совершенно иначе, его лицо и руки не покрывали отвратительные язвы, потому Столетов не сразу узнал образ, знакомый ему в реальности...

– Старая родина сожжена светом чужого солнца, все, кто не покинул ее, погибли либо превратились в безумных пожирателей падали, – тем временем продолжал Ирбих. – Наша цивилизация на грани вырождения. Прячась под землей, мы постепенно вымрем.

– Я знаю! – хрипло прорычал в ответ Герх. – Зачем ты приносишь боль словами?

– Мои слова – надежда.

Герх медленно выпрямился, обошел стол и сел.

– Зачем ты намерен лететь навстречу свету чужого солнца? Что заставляет тебя вернуться на старую родину?

– В книге Варга сказано: за миллионы лун до нас старую родину посещали иные существа. Вот посмотри на иллюстрации. Они маленькие, у них две головы, и любой норл мог раздавить их ударом кулака. Они называли себя логрианами. Религия поклонения Логу жива и сейчас.

– Это легенды, мифы. Почему ты тратишь время на сказки?

– Это не сказки, Герх. Наши предки верили, что маленькие двухголовые существа живут глубоко под землей, в недрах старой родины, куда они забирали избранных норлов, чтобы те работали, возводя величественные укрепления и дворцы, в обмен на вечную, спокойную, безопасную жизнь.

– Ты веришь, что в недрах старой родины живут мифические существа?

– Нет. Но очень давно, еще ребенком, я был в святилище Лог. Там есть странное сооружение, которое адепты культа называли «местом силы». Наши предки ничего не знали о космосе, а уж тем более об аномалии, открытой совсем недавно. В книгах Варга не говорится, что логриане спускались с неба. Они появлялись в «местах силы», туда же уводили избранных норлов, заставляя их надевать ритуальные одежды. А теперь посмотри на два древних рисунка. Вот изображение «места силы», а вот, – Ирбих открыл еще одну книгу, – рисунок, изображающий норла в ритуальном одеянии. Скажи, на что оно похоже?

Герх нехотя посмотрел на рисунки.

– Твое «место силы» – обычные камни...

– Расставленные в таком же порядке, как монтируются блоки двигателей, способных пробить метрику пространства, – дополнил его слова Ирбих. – Что ты видишь на втором рисунке?

Герх долго смотрел на изображение, потом все же произнес:

– Похоже на скафандр.

Ирбих кивнул.

– Откуда нашим предкам могло прийти в голову нечто подобное? Чтобы детально изобразить скафандр, передав рисунком многие функциональные детали, его нужно было увидеть воочию. Фантазия первобытного норла не способна породить столь очевидные совпадения.

Герх встал, меряя исполинскими шагами пространство полупустого помещения.