а ты — всего лишь принцесса. К тому же опальная.
Она вспыхнула, вновь поднимаясь на ноги, и Ларан вдруг расхохотался.
— Ты похожа сейчас на золотой истукан. Или на бабу на сносях. Я мог бы отрезать тебе голову раньше, чем ты бы успела поднять руку!
Гедда зашипела от ярости.
— Ну, не злись, моя прелесть. Хотя нет, мне нравится, как сверкают твои глаза, когда ты злишься. И я готов бесить тебя целую вечность.
Он коснулся пальцами её щеки, и Гедда резко ударила по наглой руке.
— Ого, какая экспрессия!
— Зачем ты пришёл? — просвистела она.
— За кем, — он чуть наклонил голову. — За тобой, милая. Я словно прекрасный принц из древних сказок явился, чтобы спасти свою возлюбленную от чудовища. Белоглазого чудовища со шрамом на левой щеке. Догадываешься, о ком я?
Гедда прищурилась.
— Хочешь спасти Джию?
Ларан растерялся, приподнял брови.
— А она что, до сих пор жива? Ты становишься мягкосердечной, Гедда. Это старость.
Гедда сделала неожиданный выпад малым ножом, но герцог с лёгкостью уклонился, пропуская неуклюжую противницу, а затем вдруг обнял со спины и потёрся о волосы.
— Я соскучился, Гедда, — хрипло прошептал ей на ухо. — Я скучаю по нашим играм, милая. Когда никого не было, только ты и я. Никаких глупых девочек, никаких плохих белоглазых мальчиков. Мы с тобой так чудесно всегда понимали друг друга!
Он стал целовать её шею, и Гедду охватила сладострастная дрожь. Жар растекался по телу, лишая воли и разума. У неё так давно не было мужчины! Принцесса глухо зарычала, попыталась обернуться, но он не дал.
— Мы играли друг против друга, — шептал он меж поцелуев. — В бездну такие платья… Мы играли всегда против друг друга…
— И ты проиграл, — прохрипела она, задыхаясь от возбуждения.
Ларан рассмеялся, и ей внезапно до одурения захотелось перейти к иным играм. Почувствовать в себе его плоть.
— Уверена? — прошептал он на ухо, а затем укусил его, и Гедда выгнулась как натянутый лук, застонав. — Ты ж моя похотливая девочка, — прошептал герцог.
— Расстегни платье…
— Нет, — засмеялся он. — Не раньше, чем ты согласишься сыграть со мной в одной команде.
Мысли путались в её голове. Его руки смяли платье на её груди. Это оказалось больно и пряно.
— Ты хочешь играть против Альшарса? Зачем это тебе?
— Он мне не нравится, — капризно процедил Ларан. — Он — урод. А, ты знаешь, я люблю всё красивое. Я хочу, чтобы королевой кровавых всадников стала ты.
— У всадников не бывает королев…
— Ты станешь первой. У тебя получится. Я в тебя верю.
Он вдруг отпустил её и отстранился, и Гедда, резко обернувшись, посмотрела в его глаза. Но те искрились насмешкой и в них ничего не читалось, кроме вспыхивающих искорок страсти.
— Почему я должна тебе верить?
Ларан отступил от принцессы, скрестил руки на груди, расставил ноги, словно нарочно демонстрируя ей идеальную фигуру воина.
— Верить? — переспросил, вздёрнув брови. — Ты разочаровываешь меня, милая. Верить нельзя никому. Я был бы идиотом, если бы рассчитывал на твоё доверие.
Гедда облизала губы. Ей мучительно, до спазмов внизу живота хотелось продолжения. Дыхание вырывалось из ноздрей рвано и тяжело.
— Ты не сможешь убить Альшарса, — заметила она.
— Знаю, — Ларан пожал плечами. — Поэтому мне нужна ты. Желательно на свободе, а не в рабстве у извращенца, или, не дай Смерть, любителя уродовать красивые личики.
Принцесса невольно вздрогнула.
— Ты завтра выйдешь биться за меня?
Ларан вытащил откуда-то из-под полы ритуального плаща пару игральных кубиков. Подбросил вверх. Поймал.
— Я? — переспросил, хмыкнув. — Нет, милая. Я слишком стар для таких игр, знаешь ли. И лишние татуировки мне не нужны — у меня уже есть. Мне нравятся.
— А тогда…
— Тогда, моя прелесть, за тебя сразится другой человек. И он победит. И вот ему, милая, ты вручишь свою плеть. Не повредив его здоровью и нравственности.
— А дальше?
Гедда прищурила зелёные глаза, прикидывая, чем может угрожать ей дальнейший расклад.
— Дальше он отведёт тебя в шатёр и сделает своей женой. Не волнуйся, изменять мне будет не нужно. Всё это — лишь игра, милая. Ты получишь свою свободу, под прикрытием мужа, а я — союзницу. И всем хорошо.
— А потом?
Ларан ухмыльнулся так широко, что едва не разделил голову пополам.
— А дальше мы немного пошалил, милая.
Она почувствовала, как сгорает от одного его циничного взгляда. Потянулась к нему.
— Хочу сейчас…
— Со стариком и шаманом? Фи, милая, что за дурной вкус!
Гедда отпрянула, усмехнулась.
— Неплохо, милый, — процедила, шипя. — Всегда любила с тобой играть. Вот только я передумала. С братом я всё решу сама. Потом. Это наше, семейное. А тебя выдам ему сейчас. Хочу увидеть, как ты зальёшь кровью…
Ларан приложил палец к её губам.
— Тс-с. Он тебе не покажет. Тогда давай бросим жребий? Пусть Смерть сам рассудит, что тебе делать.
Он вновь подбросил кости. Гедда нахмурилась.
Но ей действительно был нужен союзник! Морской герцог бесил её, но другого варианта больше не имелось. Джия сыграет свою роль, но когда ещё это произойдёт⁈ Охотниц больше не существовало, а из всадников против Альшарса никто не осмелится выступить. После коронации точно побоятся. Она чувствовала, как тает её магическая сила без возможности принести жертвоприношение. Уж не на это ли рассчитывает брат?
Что если… Ларан поможет уничтожить Альшарса. Он безумен и хитёр, почему бы и нет? Вдруг получится? По крайней мере, герцог поможет ей пережить завтрашний день. Его план давал Гедде шанс не только выжить, но и остаться более-менее свободной.
Да, сам герцог не ясен, положиться на него нельзя. Но ведь он прав: полагаться не стоит ни на кого. Чем же он хуже прочих? Потом, после гибели Альшарса, Гедда непременно расправится и с недавним союзником. Отомстит за все насмешки и то положение превосходства, в котором он сейчас находится. Главное — ударить его в спину раньше, чем он её. Но сейчас…
— Чего ты хочешь? — прямо спросила она, хмуря тёмные брови.
Мужчина прикрыл глаза, подбрасывая и ловя кости.
— Ты же знаешь, что я теперь король, — шепнул почти застенчиво. — Мы решили обновить пиратскую республику. Хватит уже прислуживать Элэйсдэйру и его бабе. Мне нужно, чтобы всадники ударили единым броском против Медведя. В тот же момент мои корабли войдут в Шуг и захватят Серебряный и Золотой щиты.
Он вдруг снова шагнул к ней, провёл пальцами по алым волосам, наклонился и поцеловал нежно, мягко.
— Мы вдвоём, Гедда, вернём былое величие нашим землям. Чёрная королева не сможет выстоять без своего Медведя. Давай повеселимся?
Она коснулась его губ пальцем и впилась в них ответным поцелуем. Гедда
