интересного. Я открыла книгу на первой странице.
– А. Экслибрис[9]. Э… Дрейк? Ты должен это видеть.
– Дай, – выхватил у меня книгу Костя, даже не подумав проявить хоть каплю вежливости и сказать «пожалуйста».
Он уставился на штамп с внутренней стороны обложки и побледнел.
Джим взобрался передними лапами на стул и тоже заглянул в книгу.
– Фига.
– Кому она принадлежит? – вопросил Дрейк, перебирая стопку бумаг на столике из красного дерева.
– Там только одно имя, – ответила я, вытаскивая книгу из онемевших пальцев Кости. Его глаза были широко раскрыты, а взгляд – пустым.
Джим настороженно попятился.
– Да? Какое?
Я протянула книгу Дрейку.
– Балтик.
Глава 22
– Еще раз скажи мне, зачем мы это делаем, если я могу использовать твой огонь? Разве это не значит, что я больше не супруга Фиата, и причин для беспокойства нет?
– Все на это указывает, однако пока я не буду уверен, что Фиат не претендует на тебя, лучше придерживаться старого поведения.
Я вздохнула.
– Что ж, нам действительно не помешает иметь козырь про запас.
Следующие два часа тянулись невыносимо долго. Разобраться с защитой на двери в сокровищницу Фиата оказалось довольно сложно.
– Должно быть, Фиат наткнулся на библиотеку Балтика, – произнес Дрейк. Он беспокойно ходил взад-вперед, пока четыре демона, которых я призвала, уничтожали последние магические символы. Вообще-то демоны не могут снимать чары, если только они не имеют демонической природы, как эти. Табу – слабенькое проклятие – уже убрали, как и само проклятие. Для создания и того и другого требовались темные существа, поэтому, если обладаешь способностью призывать и командовать демонами, уничтожить их не составляет труда. – Другого рационального объяснения нет. Балтик мертв, я видел, как он умирал. Его разрубило пополам. После такого даже дракон не выживет.
– А Габриэль считает, что он жив. Может его разрубило не до конца? – отозвалась я, наблюдая, как демоны снимают последние чары.
Дрейк повернулся ко мне, а сидевший на камне Костя вскочил.
– Что ты сказала?
– Я сказала, Габриэль думает, что Балтик жив. Я упоминала о разговоре с ним, когда мы покинули крепость.
Дрейк потер глаза.
– Я устал и не особо тебя слушал. Ты уверена, что он сказал, что Балтик жив?
– Ну… он не сказал этого прямо, но говорил о Балтике в настоящем времени. У меня возникло ощущение, что он до сих пор жив и здоров.
Дрейк и Костя переглянулись.
– Вы оба видели, как он умирал? – спросила я, оторвавшись от созерцания двери в сокровищницу Фиата.
– Да, – ответил Дрейк, отводя взгляд.
– Ну и вот зачем ты ее провоцируешь? – вопросил лежащий у моих ног Джим. Он покачал своей мохнатой головой.
Я скрестила руки на груди.
– Продолжай. Знаешь же, я не отстану, пока ты мне все не расскажешь.
– Не лезь не в свое дело, – припечатал Костя, пройдя мимо нас в сторону демонов.
Дрейк закусил губу.
– Любимый? – позвала я, ожидая пояснений.
– Технически он прав. Это не имеет никакого отношения к зеленым драконам…
– Если это касается тебя, то и меня тоже, – прервала я.
Он молчал.
– Ну же, рассказывай, – уговаривал Джим. – Она ведь не успокоится, пока не добьется своего. Да и я прямо-таки сгораю от любопытства. В Абаддон новостей о драконах приходило мало. Только об учиненных вами бедствиях, которые неимоверно раздражали повелителей, ведь это исконно сфера деятельности демонов. И больше ничего…
– Ненавижу соглашаться с Джимом, но сейчас полностью его поддерживаю. Так что случилось с Балтиком?
Дрейк молчал еще несколько секунд, а потом просто сказал:
– Его убил Костя.
Я выпучила глаза.
– Балтика убил Костя? Твой брат Костя, а не какой-то другой Костя, которого я не знаю?
Он кивнул.
Я посмотрела на мужчину, который маячил около демонов, пока они работали.
– Но… он же черный дракон! Разве вы можете убить собственного виверна? Это же что-то за гранью.
– Да. Такое случается не часто, и в данный момент я не готов это обсуждать. Ты хотела факты, ты их получила. Объяснения придется отложить на потом.
– Ты серьезно думаешь, что можешь взять и сбросить на меня информационную бомбу, а потом зажать ответы на сотню или около того вопросов, что роятся в моей голове? – возмутилась я.
– Да, – произнес он совершенно спокойно.
Я хотела возразить, но передумала. Блеск его глаз настораживал, и связываться с ним я не горела желанием.
– Неужели случилось чудо? Ты заставил ее замолчать! Такое еще никому не удавалось!
Я указала на большую каменную дверь.
– Верно, мистер Болтун. Шуруй снимать печать.
Глаза Джима расширились.
– Я? – пискнул он. – Это опасно! Я могу умереть!
– Ты не можешь умереть…
– Мое шикарное тело может быть уничтожено!
– Печать действительно настолько опасна? – спросила я Дрейка.
– Она может уничтожить любого, кто попытается ее сломать, если делать это неправильно, – мрачно отозвался он.
– Чудненько. – Правильно это как? Даже интересно.
«Разговариваешь сама с собой? Осмелюсь напомнить, что ответы на все вопросы есть в твоей голове».
– Поэтому ее взломают демоны и твой управляющий. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – добавил Дрейк.
– Ясно. Поговорим об этом чуть позже, не надо мне тут тему менять. Я понимаю, что ты не хочешь сейчас читать длинную лекцию о драконьей политике, но на один-то вопрос ты можешь мне ответить? Я думала, Костя поддерживал Балтика – судя по разговорам о принудительном возвращении серебряных драконов в клан. Но если он убил Балтика или как минимум пытался, то я совсем запуталась.
– У Балтика был… тяжелый характер, – произнес Дрейк, подняв глаза, когда в пещеру вошли Пал и Иштван.
– Они все еще без сознания, но время уходит, – сообщил Пал. – Здание продолжают охранять, снаружи никто ничего не заметил.
– А что с подземной квартирой? – спросил Дрейк.
Иштван покачал головой.
– Никого найти не удалось, хотя по всем признакам там недавно кто-то находился.
– Должно быть, он услышал нас и покинул свое убежище, – проговорил Дрейк.
Я вскинула брови.
– Узнать бы, кто это был.
– Возможно он среди охранников, которых мы усыпили. – Дрейк задумчиво потер подбородок. – Но сомневаюсь.
