нее. Элвису только нужно понять, что это потребует времени и усилий; Энн — Маргрет пока не является звездой такого же размаха, как Элвис, и, чтобы получить для нее такие же контракты, которые он может заключать для Элвиса, потребуется… нет, он не может обделить Элвиса; он надеется, что Элвис знает, с кем связаны его главные обязательства, однако Элвис, несомненно, поймет, что ему придется посвящать 50 процентов своего времени новому клиенту — по крайней мере поначалу. Они поговорили еще немного, но когда Элвис вернулся к машине, он уже не был так уверен в себе и уже никогда снова не поднимал этой темы.
Полковник видел более серьезные проблемы на горизонте. Во — первых, режиссер слишком много снимал девушку крупным планом; некоторые из парней говорили, что это из — за того, что он влюблен в нее, но это так и было, то и все были влюблены в нее. Полковник был втянут в споры со студией из — за бюджета, рекламной кампании, даже из — за саундтрека. Во всех их контрактах был пункт, запрещающий петь в картине всем остальным без официального разрешения звезды. Конечно, при том сюжете, который ловко сталкивал друг с другом двух звезд в конкурсе певцов, и той популярности, которую девушка снискала благодаря своей последней картине, не было вопроса, что в картине должна звучать одна — две вещи в ее исполнении. Вопреки своим принципам Полковник дал убедить себя позволить ей исполнить с Элвисом эти три дуэта — и то, как все складывалось, внушало опасения, что она может украсть у них картину, если он не вмешается и не положит этому конец. Казалось, что все на студии забыли, что это картина Элеиса Пресли, что именно за это они платят и именно это и нужно сделать. Полковник уже глубоко увяз в спорах по этому поводу с рекламным отделом: там, казалось, не могли уяснить себе, кто звезда; там не переставая твердили о том, что девушка привнесла в картину особое звучание и что они расширят аудиторию Элвиса, перенеся центр внимания на нее. Они что, принимают его за идиота? Они забыли, что ли, что картины Элвиса Пресли всегда приносят деньги?
Полковник Паркер боролся всеми доступными средствами, полностью зарезав один из дуэтов и переоформив другой как песню для одного Элвиса, яростно протестуя против того, что режиссер покровительствовал Энй — Маргрет, и позаботившись о том, чтобы Элвис знал об этом. Он дал знать MGM, что готов сидеть дома и оставить свои собственные проверенные методы раскрутки картины (которые, как знали в MGM, всегда окупались в прошлом и которые он был готов пустить в ход за небольшое вознаграждение), если на студии действительно убеждены, что открыли новый способ делать деньги. Словом, он всячески отстаивал интересы своего клиента.
Больше всего выводило его из себя то, что никто, казалось, не заботился о прибыли. Никогда расходы на съемки картины Элвиса Пресли не превышали 2,5 миллиона долларов, а их с Элвисом участие в прибылях начиналось только после погашения всех непроизводственных расходов (составлявших примерно два бюджета картины). Но в этом случае впервые они заметно превысили бюджет, и Полковник осознал, что у него нет никакой защиты от увеличения расходов. Какой бы удачной ни получилась картина, их доля будет неизбежно уменьшена всеми дополнительными расходами на необязательные сцены и эпизоды, которые не прибавят ни цента к кассовым сборам. Хэл Уоллис знал бы, как жестко контролировать этот процесс. Теперь все его действия уже запоздали, понимал Полковник; он ничего не может поделать с тем, что уже случилось. 15 августа он подписал окончательные соглашения относительно следующего фильма, продюсировать который должен был Сэм Катсман, продюсер многочисленных посредственных картин, в настоящее время работавший не на студии MGM, который заверил Полковника, что на его съемочной площадке расходы будут тщательно контролироваться, время съемок будет сокращено вдвое, а качество не пострадает — и все это внес в контракт, за исключением последнего пункта.
Тем временем Присцилла терпеливо ждала дома. Поначалу Элвис говорил ей, что, может быть, скоро она сможет приехать к нему на съемки, но потом он стал откладывать ее приезд, а в газетах она увидела фотографии и статьи и была обеспокоена и сбита с толку. В Мемфисе было нечего делать: ей было до смерти скучно. Она посетила несколько уроков в модельной школе Патрисии Стивенс и даже приняла небольшое участие в показе в кафетерии «Пиккадилли», пока кто — то не рассказал об этом Элвису и тот не запретил ей заниматься этим. Теперь она посещала занятия по современному танцу и очень упорно занималась на них, но не знала, как отреагирует на это Элвис. Она продолжала пытаться придумать какой — то способ, чтобы приехать к нему на съемки, но всякий раз, как она заговаривала об этом, у него находилась еще одна история о «проблемах на съемочной площадке». Что за проблемы? — осмеливалась она спросить. Да обычные проблемы, отвечал он, словно она должна была знать о том, что обычно происходит на съемочной площадке. Режиссер влюблен в его партнершу, только ее и снимает крупным планом, а Полковник предупредил его, что если они не будут настороже, она украдет у них картину. А как Энн — Маргрет, как он ладит с ней? — ласково спрашивала Присцилла. Да она ничего, отвечал он, вполне «типичная голливудская старлетка», такой тип он часто описывал ей, когда пытался уверить ее, что «на первом месте в их жизни карьера и только на втором месте мужчина. А я не хочу быть на втором месте. Вот почему тебе нечего беспокоиться о том, что я могу влюбиться в какую — то из моих партнерш по фильму».
Но она все — таки беспокоилась. И продолжала донимать его. И продолжала встречать в газетах истории о нем и его партнерше. И не знала, что делать.
Съемки завершились 16 сентября, и то ли для того, чтобы заглушить собственное чувство вины, то ли для того, чтобы утишить подозрения Присциллы, Элвис поехал прямиком домой. Несмотря на все опасения Полковника, картина стала, вероятно, лучшим фильмом Элвиса со времен «Follow That Dream» и первым фильмом, использовавшим его природную сексапильность, с тех пор, как он пришел из армии, — пусть в данном случае и в тандеме с сексапильностью Энн — Маргрет. Может быть, в некоторых отношениях картина была несколько чересчур художественна, но не было никакой причины беспокоиться о том, что из — за «любви к искусству» Элвис мог потерять своих
