вначале и в конце. В промежутках Ян включал всю свою харизму и умело отвлекал: рассказывал старые истории, и даже вспоминал про наш первый поцелуй и то, как он жутко нервничал до и после.
Это был единственный перелет в моей жизни, который не хотелось заканчивать.
До дома нас разводил водитель от школы на той же машине, на которой и вез в аэропорт. Меня высадили одну из первых, и в тот момент, когда мы расцепляли сплетенные пальцы с Яном, в груди сверкнул непонятный холодок тревоги. Я постаралась отмахнуться от него, решив, что человек за одну ночь не меняется. Тем более Вишневский чмокнул меня в щечку и выдал очаровательную улыбку на прощание. А после даже написал сообщение, с пожеланием сладких снов, и добавил много смайликов в конце. Конечно, я растаяла.
Однако на следующей день — в воскресенье, между нами, с Яном повисла гробовая тишина. Он не написал утром, в обед и даже вечером. Я начала нервничать, опять всякие мысли негативного характера полезли в голову. Хорошо еще папа отвлек: устроил семейный просмотр фильма в гостиной. Правда, смотрели мы втроем, мама задерживалась на работе.
А вот в понедельник утром, когда я приехала на занятия, случилось кое-что странное. Вернее, я стала свидетелем разговора, который мне в корне не понравился. В женский туалет зашла Карина, судя по голосу, и какая-то ее подружка. Сперва они обсуждали прошедшие выходные, и я честно не особо вникала, и даже уже планировала выйти из кабинки, как речь неожиданно зашла за Яна.
— Я слышала, Вишневский в отъезде таскался рядом с чокнутой Евой, — проворковала подружка Акимовой. В этот момент, я напряглась и превратилась в слух.
— Ты же знаешь, Яна, — с усмешкой в голосе ответила Карина. — Он как кот, ошивается возле разных юбок, но всегда возвращается ко мне. Вчера мы провели вместе день, и вечер. Правда, Янчик приболел и сегодня дома, отлеживается.
Я замерла, не в состоянии пошевелиться. С одной стороны, понимала, Акимова может врать подружке, а с другой, на первом уроке демона, в самом деле, не было. Возможно, надо было позвонить ему и все выяснить, но я почему-то ждала его появления в школе, откладывая телефонные разговоры.
— У них что-то было?
— Нет, — засмеялась Карина. Я озадачилась, откуда она вообще может знать, что происходило за закрытыми дверями между мной и Яном. Это блеф. Мысли закружили стремительным вихрем в голове, я начала заламывать пальцы, ощущая нарастающую панику.
— Ты такая спокойная.
— А чего мне нервничать? — удивилась Акимова. — Это же Ян. У него ко всем девушкам один интерес, ко мне другой. Да и парни в таком возрасте очень непостоянные. Главное, мы вместе. Завтра он придет на занятия, и все будет по-старому. А эта девочка, — Карина резко замолчала, словно пыталась подобрать правильное слово по отношению ко мне. — У них никогда ничего не будет. Ян не раз об этом говорил, когда я возмущалась его чрезмерному вниманию.
Внутри меня что-то ухнуло, а желудок заныл от нарастающей боли. Казалось, в меня воткнули осколки, казалось, ими прошлись по каждому сантиметру кожу. Я закрыла ладонями уши, не в силах больше слушать.
Это не правда. Просто не правда и все тут!
Ян говорил столько нежных слов мне, он так целовался, а его месть… да какой дурак будет рисковать собой ради чокнутой девчонки, к которой ничего не испытываешь?..
Чушь! Блеф! И ничего больше.
Послышался скрип, а затем звук закрывающейся двери. Трясущимися руками я вытащила мобильный из кармана, набрала номер Вишневского и нажала кнопку вызова. Надо было это сделать раньше, еще вчера. Чего я ждала? Почему медлила?
Пошел гудок. Длинный, убивающие нервные клетки. Затем второй. Гудков было много, но трубку Ян не поднимал. Тогда я набрала снова и снова. Раз пять, не меньше. Но демон продолжал играть со мной в молчаливые игры. Набравшись смелости, я напечатала сообщение:
«Ты куда пропал? Все в порядке?..»
Мое смс висело непрочитанным долгое время, я весь день не отводила глаз от экрана. Да и Ян на занятия по итогу не явился. Ближе к ночи, появились две галочки, означающие, что демон ознакомился с моей весточкой. Я искусала пальцы, прожигая взглядом экран. Я ждала хоть чего-нибудь, хватило бы даже смайлика, однако Ян промолчал.
Во вторник утром, мне пришла в голову странная идея: попробовать позвонить с номера папы. И я почти осуществила план, да только отцу внезапно позвонили с университета, сообщили, что пары поменяли местами. Папа подскочил, закинув мобильный в карман черных брюк, и помчался на работу.
Растерянная я поехала в школу. Почему-то полезли плохие мысли: вдруг Яну очень плохо, ведь Акимова говорила, он приболел. В таком случае, его поведение вполне оправдано. А я тут истериками заливаюсь и своим эгоизмом. Нет, это не дело. Нужно просто поехать к нему в гости, или попробовать набрать еще раз. Главное не опускать руки, у всего есть разумное объяснение.
Но когда я подошла к воротам школы, когда увидела машину Вишневского, а рядом с ней парней, девчонок и Акимову, крутящуюся рядом с демоном, в груди все похолодело.
Я простояла в состоянии оловянного солдатика почти минут пять. Мимо проходили школьники, кто-то даже толкнул меня, случайно задев плечом. Пару дорогих машин остановилось в районе дороги, и из них вышли дети уважаемых людей города. События происходили одно за другим, жизнь вокруг двигалась, а я продолжала стоять, словно ноги приросли к земле, словно их залили бетоном.
Ян меня не видел, он улыбался кому-то из парней, а Карина улыбалась ему. Не выдержав, я вытащила телефон из кармана и набрала номер Вишневского, не сводя глаз с их компании. Мне хотелось увидеть его реакцию, хотелось стать свидетелем из тени, хотелось, чтобы все это была дурацкая шутка или проблемы со связью.
Пошли гудки. Ян потянулся к заднему карману, вытаскивая оттуда сотовый. Я перестала дышать. Он отошел на шаг от Акимовой, вглядываясь в имя на экране. Мое имя. С его лица сошла улыбка. Вишневский походил на человека, который планировал прогуляться под теплым осенним солнышком, но вдруг нагрянули тучи. Я была этими самыми тучами, убивающими хорошее настроение.
Гудки прекратились, и демон снова спрятал смартфон в карман.
Я опустила голову, поджав
