как Великий Мастер восклицает: «Впустите его!»
Посвящение в масоны. Гравюра Жака-Филиппа Леба, XVIII в.
Тогда вводитель отступает от посвящаемого, и немного спустя второй надзиратель вкладывает в его правую руку свою обнаженную шпагу, направив ее острие к левой обнаженной груди; так доводит он испытуемого до ковра, у которого его останавливает, придав ногам положение прямого угла. Посвящаемый должен ответить на шесть вопросов: «Первейшим ли вы признаете долгом, чтобы Высочайшее Существо, Источник всякого порядка и согласия почитать, страшиться и любить?», «Признаете ли начертанное в Откровении Слово Его за истинное к высочайшему совершенству путеводство?», «Согласны ли все сие вами тако признаваемое в самых деяниях ваших с крайнею верностию наблюдать и исполнению всецелую жизнь посвятить?», «Признаете ли всех людей вообще за братию свою?», «Думаете ли, что служить и благотворствовать им есть дело волею Божиею взыскуемое и собственное блаженство ваше составляющее?», «Первейшею целью исполнение сих должностей почитать согласны ли?», «Данное вами слово свято ли для вас?». После утвердительных ответов Великий Мастер возглашает: «Слышите, любезные братья, что этот свободный человек в намерениях своих тверд. Добровольно соглашается он посвятить себя должностям нашим, подчинению. Согласны ли вы на то, чтобы он был принят в общество наше?» Выражается согласие, заканчивающееся троекратным: «Ей, тако!»
Великий Мастер повелевает второму надзирателю совершить с испытуемым три символических путешествия вокруг ложи: 1-е путешествие – от запада через север, восток и полдень, вновь на запад; 2-е – через полдень, восток и север, а 3-е – подобно 1-му; при каждом путешествии водящий тихим голосом наставляет испытуемого о трудности пути к добродетели и премудрости, о необходимой отваге и стойкости в следовании по пути, с которого вспять воротиться с честью нельзя. Затем подводится совершивший путешествие к Великому Мастеру, где с него берется обязательство скромности и верности: «Ничего об ордене отнюдь не открывать никому, не удостоверившись тщательным испытанием, что он истинный свободный каменщик»; «ложе навсегда пребыть верным, с крайним послушанием наблюдать обряд ее, благу оной всечасно споспешествовать, от всякого вреда посильно охранять»; «Союз братства со всеми свободными каменщиками ненарушимо сохранять и от часу большему утверждению оного всеми силами споспешествовать»; «всем людям, наипаче же собратьям, помогать во всяких случаях, никогда не отрекаться, разве что таковая помощь имеет послужить ко вреду благонравия и чести вашей».
Управляющий мастер изъясняет всю важность обета; еще не поздно отрешиться от посвящения, но раз произнесенный обет связывает с братством и дает братству полную власть карать за невыполнение оного. Но ищущий света неустрашим; он упорствует в требовании посвящения, и Великий Мастер восклицает: «Преклоните колена пред жертвенником нашим, подайте правую руку». Левым обнаженным коленом становится испытуемый на подушку, лежащую перед жертвенником; правую руку возлагает на отверстое первой главой Евангелие св. Иоанна. К обнаженной груди его приставляется отверстый циркуль. Он обещает принять на себя все обязательства во всей силе их и все требуемое свято исполнить. «Ей обещаюся в том и столь свято, сколь любезно для меня имя честного человека». Испытуемого поднимают, к языку прикладывается печать молчаливости. «Узрите нас впервые», – говорит Великий Мастер торжественно; повязку снимают, и в полутьме ложи, освещенной лишь пламенем сжигаемого на жертвеннике спирта, посвящаемый различает блестящие мечи, устремленные на него. «Видите все устремленные на вас орудия наши, на случай, ежели паче чаянья измените обязанностям? Не в том намерении, чтобы думали мы, когда обагрить руки свои кровью вашей, суд страшнейший того ожидает вас. Казнь беззаконных в руце Божией». Громко по всей ложе трижды разносятся повторяемые братьями последние слова о казни беззаконных. Вновь завязываются глаза посвящаемому, и ложа ярко освещается, пока Великий Мастер говорит: «Сколь мщение ужасно преступнику, столь обрадователен благочестивому свет. Да узрит свет!» Повязка снята; вспыхивают ярким светом фальшфейры и быстро угасают при возгласе: «Тако угасает свет и все утехи с ним, но хранящий волю Божию пребывает вовеки!»
Все братья обращают мечи вверх острием, высоко подняв их над головами.
«Мы всякое земное величие, все чувственные забавы и утехи почитаем ничем, не большей цены и прочности, как и оное, на миг осенившее вас пламя и исчезнувший уже по нем дым».
«Обет ваш верности запечатлейте, соединив кровь вашу с кровью всех братий».
Вновь повергают испытуемого на колени перед жертвенником; сам он должен приставить циркуль к обнаженной груди, обрядоначальник подставляет кровавую чашу, а Мастер, ударяя по головке циркуля молотом, трижды говорит: «Во имя Великого Строителя мира; в силу данной мне власти и достоинства моего; по согласию всех присутствующих здесь и по всему земному шару рассеянных братий принимаю я вас в свободные каменщики ученики. – И, протянув через жертвенник обе руки, полагает их на плечи принимаемого, говоря: – Достояние твое и часть твоя да будет Господь Бог твой», а все братья восклицают: «Господь благословляет праведные и наказует беззаконные».
«Знайте, – заканчивает Великий Мастер обряд посвящения, – знайте, что все зависевшее доселе от доброй воли вашей наблюдение указанных вам семи должностей стало долгом вашим. Жребий ваш решился!»
Новопринятого уводят, чтобы вернуть ему одежды, и вновь вводят в ложу для изъяснения смысла обряда, для вручения лопаточки, запона, рукавиц и отличительного знака ложи, а также для изъяснения символов, изображенных на ковре.
Ритор изъясняет сокровенный смысл приема: «Путь из черной храмины в ложу – это путь из тьмы к свету, от безобразия к красоте, от слабости к силе, от невежества к премудрости, от земной юдоли к блаженной вечности. Благий посланник, направляющий, предостерегающий, – это искра Божества в совести человеческой, это глас патрона ордена, Иоанна Крестителя, взывающий к покаянию, глас, слышимый в сердце каждого, это благодать Всевышнего через испытание препятствий, огорчений земной жизни, приводящая к вратам Эдема, в сонме избранных, потому-то посвященные – все в свете ярком ложи и лишь посвящаемый во тьме завязанных очей. Путешествия вокруг ложи – те же горести земной жизни, но, свершая с посвящаемым круг, надзиратель знакомит дух принимаемого с понятием о вечности. Слепо верить долженствует посвящаемый слову Великого Мастера, когда с него требуется клятва на Священном Писании, ибо глаза у него заграждены повязкой земных страстей, заблуждений, мешающих видеть Священную Сокровищницу Премудрости, книгу слов Божиих. Но как только будет дана им клятва как доказательство слепой веры в Провидение на этой лишь чувствуемой, таинственной, неведомой книге – повязка спадает, и он уже различает окружающее; он сознает позор зла и святость добра. Наконец дают ему узреть полный свет, причем он видит, что вся слава земли проходит, яко дым; видит все строение храма премудрости, постигает тайну бытия, тайну жизни и смерти
