Креат вздохнул:
— Ты права, Комда. Ты очень наблюдательная и заметила то, что меня огорчает и очень беспокоит. Женщины, которые создавались так же, как эти мужчины, несмотря на все наши усилия, оказались бесплодными. Тогда мы решили использовать доноров, которым вводили половые клетки мужчин-гомогиенов. Результаты есть, но не совсем те, на которые мы рассчитывали. Зато мы смогли «усовершенствовать» женщин-гомогиенов, внедрив в их организм клетки некоторых животных, населяющих Лаир. Посмотри — вот что у нас получилось!
Он нежно обнял ее за талию, одновременно указывая рукой вперед. Комда улыбнулась Креату, сдерживая желание оттолкнуть его руку. Вместо этого она даже чуть прижалась к правителю, продолжая разыгрывать партию, которая уже стала тяготить и раздражать ее. Креат повел гостью в соседнюю комнату. Там, в таких же стеклянных камерах, полностью заполненных жидкостью, находились женщины. Их руки и ноги заканчивались похожими на лапы ящеров конечностями. Острые как бритва когти венчали каждый палец. Головы парящих в растворе существ были лысы, а кости черепа так тонки, что она видела, как пульсируют оплетающие мозг сосуды. Креат проследил за ее взглядом и ответил на незаданный вопрос:
— Это было сделано специально. На каждую из них после «рождения» надевается специальный шлем, который позволяет контролировать все их реакции. Тонкие кости позволяют сделать это быстро, практически мгновенно. Сила этих женщин превосходит мощь любого гомогиена-мужчины. Это прекрасные, совершенные солдаты, так сказать, «элитные войска».
Взгляд Креата, скользивший по телу женщины-ящера, наконец, оторвался от него, мужчина посмотрел на Комду. Она успела заметить промелькнувшую на лице правителя гордость. «Все звенья цепи практически соединились. Не хватает только одного, — подумала она. — Его должен добыть Озби». Комда вспомнила о молодом мужчине и улыбнулась. Правитель поторопился отнести ее улыбку на свой счет.
Глава 49
Хоуп высадил Озби в лесу. Он взглянул на мужчину своими желтыми звериными глазами и хрипло произнес:
— Вам туда.
Посчитав это вполне достаточным, гомогиен взлетел, оставив вагкха стоять на опушке леса. Озби переложил кейс из правой руки в левую и посмотрел по сторонам. Его окружали высокие деревья. Их стволы гладкими столбами поднимались в небо и заканчивались в его голубизне зелеными шапками листьев. Невысокая густая трава устилала землю. В некоторых местах она была примята, образуя еле видимую извилистую тропинку. Мужчина, внимательно гладя по сторонам, неторопливо двинулся по ней.
Когда гостевой челнок пролетал над лесом, Озби пытался рассмотреть то, что находится внизу, но из-за густых крон почти ничего не увидел. Лишь несколько домов промелькнуло в «проплешинах» векового леса. Мужчина не думал, что Хоуп будет его проводником и переводчиком, но и того, что его высадят так далеко от деревни, тоже не ожидал.
Наконец, примерно через пятнадцать минут ходьбы, лес впереди стал редеть, и мужчина вышел на большую поляну. Он находился на окраине деревни. Дома, как грибы, жались к стволам деревьев. Людей видно не было. Деревня казалась пустой, словно все жители в ней вымерли. Озби громко кашлянул и прислушался. Ответом была все та же тишина, нарушаемая лишь пением птиц где-то высоко в кронах деревьев. Тогда он пошел по деревенской улице, которую так назвать можно было лишь очень условно.
Это оказалась широкая, лишенная травы тропа, которая петляла между деревьями от одного дома к другому. Озби прошел уже полдеревни, когда почувствовал смутное беспокойство. Его чуткий слух уловил шелест травы и редкий хруст веток за спиной. Мужчина остановился и громко произнес на космолингве:
— Выходите. Не бойтесь. У меня нет оружия. Я пришел с миром.
Мертвая тишина была ответом на его слова. Он собрался еще раз повторить сказанное, когда увидел мелькнувший среди деревьев силуэт человека. Спустя несколько мгновений смутный образ приобрел ясные очертания. Оказалось, что это невысокий мужчина среднего возраста. Озби продолжал неподвижно стоять, стараясь не делать резких движений, дожидаясь, когда тот подойдет достаточно близко. Мужчина осторожно приблизился и остановился в нескольких метрах от вагкха. Видно было, что он опасается незнакомца, но у него, однако, хватило смелости произнести:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что тебе нужно, пришелец, в нашей деревне?
Мужчина говорил медленно, с трудом строя фразу на непривычном для него языке.
— Я просто хочу поговорить, задать несколько вопросов.
— Почему ты думаешь, что мы захотим отвечать на них?
— Потому что они касаются тех опытов, которые проводят над вами правитель и его слуги.
Мужчина внимательно посмотрел на Озби черными, как уголь, глазами и ничего не ответил. Но из его позы исчезли напряженность и скованность. Он немного подумал, а потом резко взмахнул рукой. Этим жестом он словно снял с деревни заклятие тишины. Воздух сразу наполнился шумом голосов. Из леса на опушку один за другим стали выходить жители. Скоро Озби оказался в плотном кольце людей.
Вагкх был еще молод, но ему за время службы у командира Озгуша пришлось побывать на нескольких планетах. Путешествие на борту «Синей чайке» тоже расширило кругозор, но никогда до этого он не видел, чтобы в деревне не было ни одного ребенка.
Малыши обычно всегда первыми встречают гостей, совершенно игнорируя возможную опасность. Здесь вокруг вагкха стояли одни старики. Тот мужчина, который первым заговорил с ним, протянул руку ладонью вверх и произнес:
— Сельх.
Озби понял, что так он представился, и назвал свое имя, а потом сделал такой же жест, протянув собеседнику обращенную вверх пустую ладонь. Мужчина удовлетворенно кивнул и, дотронувшись до плеча вагкха, указал рукой вперед, по направлению к дому, стоявшему около старого, в несколько обхватов дерева.
Озби следом за хозяином переступил порог сложенного из бревен жилища. Убранство комнаты было очень простым. Широкий стол, вдоль которого стояли деревянные лавки; кровать да несколько сундуков по углам. Сельх указал рукой на лавку, и Озби послушно сел на нее. Кейс, который он все это время держал в руке, вагкх положил на стол. Он нажал несколько кнопок на боковых плоскостях прибора, и тот открылся. Сельх сразу же напрягся. Он подозрительно смотрел на светившийся светло-голубым цветом экран прибора. Озби, стараясь медленно и тщательно выговаривать слова, произнес:
— Не волнуйтесь. Это всего лишь переводчик-анализатор. Я не знал, умеет ли кто-нибудь в деревне говорить на космолингве, и поэтому захватил его с собой. Нужно всего лишь несколько минут, чтобы он усвоил основные термины нового языка. Мы можем свободно говорить на наших родных наречиях, а он будет синхронно переводить. Но если вы не хотите, чтобы я использовал его, можно выключить прибор.
Озби положил руку на крышку переводчика, собираясь его закрыть, но Сельх поспешил остановить вагкха.
— Не делайте этого. В нашей деревне только я и еще несколько человек говорят на всеобщем языке. Но, к сожалению, не так хорошо, как хотелось бы. Пусть работает ваш переводчик. Посмотрим, так ли он хорош, как вы говорите.
Вагкх убрал руку и только собрался задать первый вопрос, как раздался тихий стук в дверь. Сразу же после этого она медленно приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова мужчины.
— Сельх, не возражаешь, если мы будем присутствовать при разговоре с нашим гостем? Тут со мной Падти.
Хозяин ответил на местном языке, и прибор замигал, анализируя поступившую информацию. В дом вошли, а точнее, протиснулись в узкую щель, два человека: мужчина и женщина. Первый оказался высоким и худым стариком. Следом появилась маленькая и совершенно седая женщина. Хозяин представил их:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Кхорт. Падти.
Когда незваные гости устроились на лавке рядом с Сельхом и напротив Озби, тот понял, что они только казались стариками. Черные глаза мужчины были молодыми и светились плохо скрываемым любопытством. Кхорт старался, не привлекая внимания, получше рассмотреть сидевшего напротив незнакомца. Это ему плохо удавалось. Каждый раз, когда вагкх поднимал глаза, он ловил на себе его пристальный взгляд, который тот, смущаясь, сразу же отводил в сторону. Озби решил, наконец, задать вопрос, который был прерван внезапно появившимися жителями деревни:
