Читаем без скачивания В сетях обмана и любви - Вивьен Воган

– А мы и в самом деле?..

– Что?

– Полюбили!

Его сердце сжалось. Обернувшись, Рубел прислонился к столбу и прижал Молли к своей груди. Он поцеловал ее волнистые волосы. Они пахли лесом и жимолостью, так же, как и вся Молли.

– Я – да! – он двумя пальцами приподнял ее лицо за подбородок. – А ты?

Она прижалась к нему, прикоснувшись губами к его губам.

– О да! Я тоже.

Он ответно поцеловал ее сперва звонким, а потом глубоким, проникновенным и страстным поцелуем. Силы возрастающего желания и любви, и вины, и страха властвовали над ним.

Когда они оторвались друг от друга, чтобы хоть немного восстановить дыхание, Молли прислонилась лбом к его подбородку.

– Ты необыкновенно спокоен сегодня… для влюбленного.

– Гм?

– Ты… – подняв голову, Молли изучала выражение его лица в бледном свете луны. – Ты влюбился, но это не значит, что ты хочешь жениться. Ты… – она с трудом подбирала слова, – чувствуешь, как твоя свобода покидает тебя. Ты говорил, что это чувство и заставило сбежать от меня твоего брата…

Рубел еще сильнее сжал ее в объятиях. Молли видела: страдание исказило его черты. Она тоже почувствовала боль. Но причиной ее боли был страх – страх оказаться правой. Не в состоянии больше смотреть ему в лицо, Молли уткнулась Рубелу в грудь. Она чувствовала, как он трется подбородком о ее волосы.

Несмотря на то, что она сделала глубокий вздох и обдумала, прежде чем сказать, каждое слово, ее голос дрожал, когда она спросила:

– Утром я проснусь и увижу, что тебя нет в Блек-Хауз?

Он клятвенно посмотрел ей в глаза:

– Нет, Молли. Утром я буду в Блек-Хауз. Я покину тебя, лишь если ты сама меня прогонишь.

Улыбка медленно озарила ее лицо.

– Тогда ты останешься навсегда, Джубел, – пробормотала Молли, в то время как его губы уже снова искали поцелуя.

Они решили рассказать обо всем детям и Шугар за завтраком. Рубел хотел укрепить свое положение в семье, прежде чем Молли узнает правду. Кроме того, он думал, Молли станет спокойнее на душе, когда они объявят о своих намерениях.

Завтрак превратился в веселое и головокружительное действо, во время которого Рубел напрочь забыл о своем бедственном положении. Они объявили, когда все дети собрались за столом. Мальчики с помощью Рубела были уже одеты, причесаны, рубашки заправлены в штаны.

Когда Рубел вошел на кухню, он заметил, как нервничает Молли. Ее волосы были небрежно схвачены лентой на затылке, темные локоны обрамляли лицо. Одета она была в льняное платье веселого желтого цвета, сверху был повязан белый фартук.

Когда она увидела Рубела, ее глаза, казалось, осветили дом. Какое-то мгновение они стояли рядом, замерев, словно фотографировались для семейного альбома. «Фотография, – подумал Рубел, – которую я буду вытаскивать из альбома своей памяти и разглядывать в тоскливые дни». Ему с трудом удалось отогнать тревожные мысли. Молли любила его, он не сомневался.

Беда в том, что она, быть может, окажется не в состоянии понять, как сильно его – его! – любит, из-за той боли, которую причинит ей его признание. Возможно, отношение детей к нему явится причиной, по которой она разрешит ему остаться, пока сама не привыкнет к тому, кто он на самом деле.

Рубел стоял рядом с Молли, наблюдая, как дети собираются к завтраку, каждый в своем обычном расположении духа: Тревис был, как всегда, спокоен и поглощен мыслями о предстоящем дне, малыши бегали наперегонки, словно боялись, что им не хватит места возле Рубела, а Линди, какая-то более взрослая, чем в первые дни его пребывания в Блек-Хауз, как обычно, была бодра и столь же откровенна, как всегда.

– Мы рады, что вы снова с нами, мистер Джаррет, без вас было ужасно плохо, – она заняла свое место рядом с Тревисом. – Не слушайте, что говорит Клитус о Молли! О нас и раньше говорили люди.

Рубел покраснел от ее откровенности, сглотнул и посмотрел на Молли с мольбой о помощи. Она стояла, положив руки на спинку стула, и сияла, как солнышко.

– Я… э… мы… – ее глаза ласкали его лицо. – Мы должны сказать вам что-то.

Рубел налил себе кофе и пересек комнату, чтобы снова оказаться рядом с Молли. Поставив чашку на стол и обняв Молли за плечи, он посмотрел на застывшие в ожидании новости лица детей. Малыши сияли наивными улыбками, возможно, они ждали, что он объявит о походе на рыбалку или о чем другом, столь же захватывающем. Тревис нахмурился, будто показывая: никакая новость не сможет его заинтересовать. А Линди просто пылала от любопытства.

– Джуб…

Прежде чем Молли смогла еще глубже вогнать острый нож вины в его бессовестное сердце, Рубел перебил ее:

– Я просил вашу сестру выйти за меня замуж, и она согласилась, но мы… – он подмигнул Молли и снова посмотрел на семью, собравшуюся за столом: выражения лиц детей не изменились, разве что глаза Линди стали круглее, а Тревис еще больше нахмурился, – … мы хотим спросить ваше мнение.

Малыши не совсем точно поняли, что за новость, но двое старших детей поняли все очень хорошо. Линди вскочила, всплеснув руками.

– Как неожиданно! Поздравляю! – она обняла Молли и Рубела.

– Это значит, что вы не исчезнете снова, мистер Джаррет? – спросил Вилли Джо.

Рубел взъерошил волосы мальчугана, ответив ему улыбкой.

– Теперь и Молли вы будете брать с нами на рыбалку, мистер?

– Конечно, – рассмеялся Рубел, – если она захочет.

– Когда свадьба? – спросила Линди.

Молли и Рубел переглянулись и пожали плечами. Потом Молли посмотрела на Тревиса, продолжавшего есть, как будто новость совершенно его не касалась.

– Прежде чем Тревис отправится в школу святого Августина, я думаю, – сказала она.

Тревис поднял глаза, на его лице прописалось презрение.

– Не беспокойтесь обо мне! Учитель Тейлор…

– Тревис… – начала Молли.

Рубел перебил ее:

– Во всей этой суматохе мы с Молли забыли объяснить, куда мы ездили вчера.

Тревис запихнул в рот блин и продолжил движение челюстями.

– Мы встречались с лесорубом по имени Клиф Перкер, и он согласился срубить достаточное количество сосен, чтобы послать тебя в школу святого Августина, Тревис.

Тревис поднял глаза, на его лице был написан решительный отказ, ясный, как Божий день.

– Тревис… – снова начала Молли.

Рубел опять перебил ее:

– Перкер согласился, что на вашей земле достаточно сосен, чтобы послать всех вас в школу, – он улыбнулся Линди. – И тебя тоже.

– И меня тоже, мистер Джаррет? – спросил Вилли Джо.

– А меня, мистер?

– Всех вас. Эта ваша земля, унаследованная вами от матери.

Когда Рубел еще не закончил речь, Тревис встал и направился к двери. Рубел обменялся взглядом с Молли и вышел следом за раздраженным подростком.