Девушка закончила еду и спустилась к реке. Она сделала несколько глотков, сняла с шеи черный шарф, окунула в воду и вернулась к дереву. Как приятно прикосновение прохладной ткани! Она прислонилась спиной к стволу и вдруг услышала вдалеке топот копыт. Где пистолет? На месте. Едва ли ее увидят с дороги, но береженого бог бережет.
Следя за пасущейся лошадью, она задумалась, не заночевать ли здесь. Но солнце стояло еще высоко. Лошадь успела отдохнуть, и к тому моменту, когда она продолжит путь, станет прохладнее. Однако седло сильно натерло ей бедра.
Пока она вытирала лицо мокрым шарфом, всадник приблизился и остановился. Тревога! Хармони осторожно положила шарф на шляпу и тихонько вытащила пистолет. Не вставая, она обернулась, направила дуло в сторону дороги и укрылась за деревом.
Крупный мужчина во всем черном сидел на вороной лошади и смотрел в ее сторону. Заметив глядящую на него девушку, он поднял в знак приветствия шляпу. Девушка узнала его красивое лицо и светлые волосы. Тор!
– Хармони, можешь опустить пушку. – сказал он, не делая попытки приблизиться.
– Какого черта ты здесь делаешь? – Она вскочила и вышла из-за дерева, не сводя с него пистолета.
– Дорогой пользуются не только разбойники.
– Ты все-таки потащился за мной! – шагнула к нему разъяренная Хармони.
– Черт побери, ты права. – Он свернул с дороги и поехал ей навстречу. – Сама уберешь пушку или прикажешь отобрать ее?
– Попробуй! – огрызнулась девушка, но сунула пистолет в кобуру. Что бы ни было, в Тора она стрелять не собиралась. – Так что ты здесь делаешь?
– Ты сама сказала. Тащусь за тобой.
– Как? Так быстро?
Он спрыгнул с лошади и повел ее на берег реки.
– Тебе надо поучиться завязывать узлы.
– Я торопилась. Ты почти проснулся, и я не успела затянуть левый узел, – буркнула она, идя сзади.
– Признайся лучше, что потеряла голову и забыла его проверить. – Юноша смерил взглядом ее тело, а потом посмотрел в лицо.
Он улыбался.
– И зачем тебя понесло за мной?
– Я джентльмен, а джентльмены не оставляют даму в беде. Мне пришло в голову продолжить урок.
– В беде! – Она тряхнула головой. – Зазнайка и хвастун!
– Ты рада мне?
– Нет! Можешь катиться, откуда пришел! – Она села под дерево и принялась вытирать шарфом горящее лицо. – Ты мне не нужен. Ни в каком смысле.
– Я всегда считал, что вдобавок к красоте, уму и смелости природа одарила тебя ослиным упрямством.
– Не выводи меня из себя!
– И не думаю, – усмехнулся он. – Ты же никогда не отказываешься от задуманного, не так ли?
– Тор, тебя там не было. Ты не видел этого пожара… – Она умолкла, не желая бередить рану.
– Я ведь так и не послал телеграмму в Чикаго с просьбой выяснить, что из себя представляет Торнбулл…
Она поглядела на юношу искоса:
– Наверно, решил, что огнестрельная рана – хорошее доказательство.
– Может быть. А может, потому что предпочитаю верить тебе. Несмотря на то что ты меня похитила, связала и использовала.
– Так и поступают разбойники. Чего же ты ждал?
Он снова хихикнул:
– Не вижу в этом ничего смешного, – задрав нос, бросила Хармони.
– Ну да, ты у нас известная насильница. Откровенно говоря, мне немного жаль Торнбулла. По-моему, он единственный мужчина, которому не грозит такая опасность.
– Тут ты прав. Его место в тюрьме. – Она уставилась на Тора. – А твое место в Тусоне. Если хочешь есть, я поделюсь с тобой, а потом езжай своей дорогой.
Тор резко развернулся.
– Кажется, ты не понимаешь, Хармони, я такой же упрямый, как и ты. Кроме того, я избалованный, потому что привык получать все, чего хочу.
Она закатила глаза:
– Не сомневаюсь…
– Думаю, во мне гораздо больше черт южного джентльмена, чем кажется. Я бы никогда не смог уважать себя, если бы не помог тебе и девочкам. И родня тоже перестала бы уважать меня.
– Ну и глупо…
– О нет! Вот поэтому я и поехал за тобой. По дороге сюда я много думал. Ты упряма, как пиренейский осел. Но ты человек, преданный идее, может быть, даже фанатик. Никто не собирается мешать тебе гоняться за Торнбуллом, никто не собирается отговаривать. Что есть, то есть. Тебя не переделаешь. Поэтому мне остается только одно: чтобы получить то, что я хочу, нужно поскорее покончить со всей этой историей.
От блеска голубых глаз Тора захватывало дух.
– И чего же ты хочешь?
– Тебя. – Грустная усмешка появилась на его губах. – Ты заклеймила меня, Хармони. Так что придется тебе терпеть мое присутствие.
Хармони встала и пошла к реке.
– Это невозможно. Ты не знаешь, о чем говоришь. Ты не знаешь Торнбулла. И почему ты хочешь именно меня? При твоем образе жизни я для тебя ничто.
Он подошел поближе, взял ее за руку, поцеловал ладонь, а потом погладил ее.
– При моем образе жизни ты для меня все.
Тут ей попала в глаз какая-то дурацкая соринка. Хармони вырвала руку.
– Ты пытаешься заставить меня поверить в сказку. Никогда не поверю! Хочешь разжалобить меня? Ничего не выйдет!
– Ну почему же? Я сказал, что хочу подождать, пока ты не увидишь Торнбулла за решеткой. И я сделаю это.
Она посмотрела на него с подозрением.
– Тор, это дело очень опасное. Я хочу, чтобы ты и девочки остались целы.
– Невозможно защитить весь мир, воюя в одиночку. – Он обвел взглядом пустыню. – Пришло время, когда тебе придется принять помощь. Ты приняла ее от приюта. Теперь прими от меня.
– Похоже, ты задался целью продолбить мне мозги, верно?
– Ну, это не совсем то место, которое я хотел бы продолбить…
– Мы говорим о Торнбулле.
– Нет. Мы говорим о нас с тобой, – обернулся он. – Что помешает мне вынюхивать твой след на каждом дюйме пути до Флэгстаффа или Чикаго? Но пока мы не отправим Торнбулла за решетку, я предпочел бы быть тебе товарищем, членом «Банды бешеных малолеток».
– Не понимаю.
– Вижу. Ты задубела от ненависти и не позволяешь себе ни думать, ни чувствовать ничего другого. – Тор придвинулся ближе и нежно отвел с ее лица прядь волос. – Но рано или поздно это пройдет, обещаю тебе. И в этот момент мне бы хотелось оказаться рядом.
Хармони тяжело вздохнула.
– Я всегда жила с ощущением гнева и не знаю ничего другого.
– А девочки? А мать?
– Я пыталась защитить их, – грустно ответила она. – Но чем это кончилось? Мать убили, Тару подстрелили. Как бы я ни старалась прикрыть собой тех, кого люблю, ничего не выходило. Поэтому будет лучше, если я стану действовать в одиночку.
Тор обвил девушку руками, привлек к груди и не отпустил, пока она не замерла, убаюканная теплом его тела.
– Я могу позаботиться о себе. И ты тоже. Дай мне шанс. Доверься мне.
