Читаем без скачивания Россия и Южная Африка: наведение мостов - Аполлон Давидсон

Э. Пахад тоже говорил, что основная финансовая помощь АНК шла из Швеции и других скандинавских стран и что она была «чрезвычайно важна». Однако подчеркивал, что эта помощь началась только в конце 1960-х годов и увеличивалась в объеме постепенно [772] .

Но даже на фоне куда более значительных сумм, поступавших АНК из скандинавских стран, финансовая помощь СССР была особенно ценной, потому что, как пишет Шубин, «в силу взаимного доверия ни ЮАКП, ни другие дружественные партии никогда не просили отчитаться за предоставленные средства» [773] . А. Л. Адамишин также упоминает: «Мы помогали анковцам, не спрашивая у них отчета», – и добавляет: «… и, кстати, они не подводили нас в этом отношении: то, что поставлялось, шло по назначению, „не прилипало к рукам“» [774] . Это последнее, понятно, проверить без отчетности трудно, но состояний никто из анковцев в те годы не нажил. Другое дело, что привычка не отчитываться за полученные средства ни к чему хорошему привести не могла.

Гуманитарная и прочая практическая и политическая помощь

Кроме прямого финансирования, было и финансирование косвенное, т. е. те виды помощи, которые шли вне и сверх прямых денежных дотаций. Как видно из списка Нуйомы, СССР снабжал лагеря СВАПО буквально всем: от канцелярских принадлежностей до продуктов, от одежды до автомашин. Нет причин полагать, что АНК был в ином положении.

По словам Джеймса Нгкулу, «продукты поступали в основном из Советского Союза, других стран Восточного блока, Кубы и из Китая и в меньшей степени от Комитета освобождения Организации африканского единства. Сигареты шли из России, стран Восточного блока и Кубы… Одежда, в основном форменная, также поставлялась Советским Союзом, другими странами Восточного блока и Кубой» [775] .

Большинство врачей АНК в лагерях Анголы получили образование в СССР. «Большинство из нас, – писал Нгкулу, – обязаны им жизнью» [776] .

Одной из форм косвенной финансовой помощи, предоставлявшейся АНК и ЮАКП, было проведение партийных встреч в странах соцлагеря, прежде всего в СССР. Касрилс писал: «Во время нашего изгнания мы могли… пользоваться возможностями социалистических стран для проведения партийных встреч и конференций в безопасности и бесплатно» [777] . В СССР и в других странах соцлагеря были проведены, например, следующие встречи ЮАКП: первое большое заседание ЦК ЮАКП в эмиграции в Праге в мае 1965 г.; другое заседание ЦК в январе 1967 г. в Москве; расширенное заседание (или пленум) ЦК в июне 1970 г. в Москве; пленум ЦК в ноябре 1973 г. в Москве; пленум ЦК в конце 1975 г. в Москве; пленум ЦК в апреле 1977 в ГДР (но транспортировка 15 членов ЦК была организована СССР); пленум ЦК в августе 1978 г. в Москве; расширенное заседание ЦК в ГДР в 1979 г.; расширенное заседание Политбюро ЦК по поводу отношений партии и профсоюзов – в мае 1983 г. в Москве; пленум ЦК в 1983 г. в Праге; 6-й съезд в 1984 г. в Москве; заседание ЦК в сентябре 1987 г. в Москве; 7-й съезд в апреле 1989 г. в Гаване. Это далеко не полный список. Проводили свои мероприятия и встречи в социалистических странах и АНК, и его союзники. Так в августе 1977 г. АНК провел в Москве первую после Соуэто студенческую конференцию. Расширенное заседание исполкома САКТУ в августе 1983 г. также проходило в Москве [778] .

И Касрилс, и Шубин обращают внимание еще на одну форму советской помощи: обеспечение кадров АНК авиабилетами [779] . Без них партия просто не могла бы функционировать: ее кадры были разбросаны по разным странам мира и континентам, ее руководству нужно было налаживать и поддерживать международные связи, посещать различные международные форумы и т. д. Сделать это на собственные средства АНК, конечно, не мог. Билетами обеспечивались, конечно, и все те, кто приезжал на разные мероприятия в Москву, проводившиеся как советской стороной, так и южноафриканцами. Для организации одной только конференции Союза южноафриканских студентов в СССР в августе 1977 г. потребовалось по меньшей мере 11 международных авиабилетов [780] .

АНК нес все расходы по содержанию своих представительств и лагерей на территории стран, где они располагались, например в Танзании, но не в социалистических странах [781] .

Неоценимым видом помощи было изготовление фальшивых документов. Сразу после Соуэто ЮАКП решила вернуть всех или большинство своих людей в страну: обеспечить их легальными проездными документами с тем, чтобы они могли добраться до южноафриканской границы, а затем уже нелегально переправиться в страну. План не удался – по всей стране прошли аресты, но сама идея предполагала массовое изготовление фальшивых документов. С такими фальшивыми документами путешествовал, например Крис Хани, когда он смог проникнуть сначала в ЮАР и создать там подпольные группы ЮАКП, АНК и САКТУ, а затем в Лесото в 1974–1975 гг. Скорее всего, фальшивые документы Брама Фишера тоже были изготовлены в Москве. Для этого, пишет Шубин, было достаточно только передать его фотографию с измененной внешностью по каналам ЮАКП или АНК, чтобы вставить ее в соответствующий документ [782] .

О масштабах этого предприятия свидетельствует письмо Юсуфа Даду, посланное в Москву в 1977 г. В одном только этом письме содержится запрос на 150 дополнительных удостоверений личности; по 75 свазилендских и лесотских паспортов; бланки документа об освобождении от налогов. Такие фальшивые документы изготовлялись и предоставлялись в течение нескольких десятилетий прямо в Международном отделе ЦК КПСС, причем число их с годами только возрастало. По словам В. Г. Шубина, случаев провала подпольщиков по причине ненадежных документов не было [783] .

Еще одним видом косвенного финансирования было медицинское обслуживание (прием на «отдых и лечение» по советской терминологии). КПСС принимала руководителей ЮАКП и АНК и раненых бойцов Умконто на лечение и отдых. Их лечили в лучших цековских больницах страны. Котане, например, находился в ЦКБ с января 1969 г. до самой смерти в 1978 г. с недолгим перерывом на долечивание в Барвихе и в Сочи. В Сочи ему стало хуже, и Котане снова отправили в ЦКБ, на долгие годы. Маркс был там же с июля 1971 г. до смерти в 1972 г. Оба они похоронены в Москве на Новодевичьем кладбище. Юсуфа Даду тоже лечили в Москве, и именно здесь он узнал, что у него рак. Умирать Даду улетел в Лондон. Лечился в Москве и Мозес Мабида, а после его возвращения в Мозамбик советские врачи помогали ему и там. Мак Махарадж провел несколько недель в ЦКБ в начале 1985 г. Когда его жена попала в автокатастрофу в Зимбабве, ее отправили в Москву, даже не получив предварительного согласия всех надлежащих инстанций. Лечилась целая группа бойцов Умконто во главе с Тимоти Макоеной – Годфи Нгвеньей, раненных в столкновениях с УНИТА. Лечился и Тамбо – много раз и подолгу. По подсчетам Шубина, на лечении и отдыхе в СССР побывало несколько сотен южноафриканцев [784] .

Отношения СССР с АНК и ЮАКП не сводились, однако, только к деньгам и прочей материальной помощи. Тесные отношения с СССР давали ЮАКП и АНК постоянный и надежный выход на многочисленные близкие им по идеологии международные организации и дружественные партии, предоставляли возможность публиковаться в международных коммунистических и других близких им по духу изданиях. Делегация ЮАКП присутствовала, например, на Международном совещании коммунистических и рабочих партий в Москве в 1969 г. В нее входили Маркс, Даду, Майкл Хармел и Табо Мбеки (под именем Дж. Джабулани), учившийся в это время в Ленинской школе. Хармел принимал участие и в подготовке совещания. Присутствовал на совещании и Джо Мэтьюз как представитель Коммунистической партии Лесото. Они принимали активное участие в дискуссиях, встречались с представителями других партий. Маркс выступил с речью (написанной Хармелом) [785] . Подобных международных форумов, проходивших в разных странах и по разным линиям, становилось с каждым годом все больше, и на каждом из них АНК мог представить свою позицию, что несомненно помогало повернуть общественное мнение даже западных стран в пользу АНК и его курса. Результатом этих усилий стало всемирное движение против апартхейда.

Стоит, вероятно, еще раз отметить, что важнейшим форумом, на котором АНК пользовался неограниченной и разнообразной поддержкой СССР и его союзников, а затем и африканских стран, а с конца 1970-х годов и многих европейских стран, была Организация Объединенных Наций. Глава Специальной комиссии ООН против апартхейда говорил в 1975 г. во время визита в СССР: «Социалистические страны во главе с Советских Союзом внесли жизненно важный вклад в процесс освобождения африканских стран от гнета колониализма и расизма. Они были последовательны и щедры в обеспечении политической и материальной поддержки освободительных движений, особенно когда эти движения сталкивались с трудоемкой задачей вооруженной борьбы с угнетателями. Освободительные движения хорошо знают, кто помогал им в трудное для их борьбы время… Мы помним, что именно советская инициатива привела к принятию исторической Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам. В тесном сотрудничестве со странами Азии и Африки Советский Союз сыграл важную роль и в формулировании Декларации о ликвидации расовой дискриминации и Международной конвенции о подавлении и наказании за преступление апартхейда» [786] .