и решил сделсть паузу: – Кофе будите?
– Кофе? Здесь? – она ещё раз осмотрела рубку: – Или вы пойдёте на кухню? А кто рулить будет? Вы же не оставите меня здесь, одну? Или – оставите? А как тут рулить? А вот это что за рычажок? И почему вон та кнопочка синеньким моргает?
– Стоп! – я поднял руку, защищаясь от этого потока вопросов: – Никуда идти не надо. Всё здесь. Так вы кофе будите?
– Со сливками.
– Сливок нет, – я открыл шкафчик и достал с верхней полки две чашки: – Есть сгущёнка.
– Тогда с сахаром. Два куска.
– Хорошо. – я кинул в кружки по паре кусков и поставил одну в аппарат.
– О! Печеньки, шоколадки…. А вы сладкоежка, капитан! – она оказалась рядом и теперь изучала мои заначки.
– Шоколад нужен для работы мозга. Это как лекарство, понимаете?
– У вас голова болит? – невинным тоном поинтересовалась она.
– Нет, – я неудачно подцепил блюдечко и оно, выскользнув у меня из пальцев, неприятно звякнуло и лежащее ниже.
– Идите, рулите, я принесу кофе, – она оттёрла меня от шкафа и принялась там копаться. Я пожал плечами – мол мне-то что? И вернулся на своё рабочее место.
Работать правда не получалось – аромат свежезаваренного кофе, сопровождаемый загадочными звуками – от шкафа исходило непонятное позвякивание, стук и какой-то шелест, всё это не давало мне возможности настроиться на рабочий лад. Хотя, говоря по-честному – делать было особо нечего. Корабль и так шёл на полной скорости, так что вся моя работа состояла в том, чтобы нажать кнопку прыжка, что я и сделал, предупредив Жанну:
– Внимание! Начинаем прыжок!
– И что? – послышался её голос.
– Да, собственно, ничего. При выходе буду разворот делать – топливо подкачать надо, может немного качнёт. Как у вас дела?
– Капитан, я не мешаю вам рулить? Вот вы и рулите.
Мда. Пошёл нафиг – если вежливо. Что ж, сам виноват – пустил женщину в рубку, теперь терпи.
Выйдя из прыжка, я постарался максимально плавно вывести корабль к границе фотосферы, стараясь лишний раз не кренить корабль.
– И где этот ваш прыжок?
– Уже всё.
– Всё? А я ждала болтанки. Ваш кофе, капитан. – она подошла и поставила передо мной на пульт кружку с кофе и блюдечко с красиво разложенными печеньями, кусочками шоколада и несколькими ломтиками лимона. Правда всё это полностью перекрыло мне радар, но, по сравнению с ароматом кофе и красотой композиции это была сущая мелочь.
– А у вас там неплохие запасы. – девушка встала рядом, держа в руках кружку и блюдечко: – Даже лимон есть. А ещё сыр, ветчина – правда я её выбросила, по-моему, она того. C запашком уже.
– Спасибо, поблагодарил я её: – Да вы садитесь, – я показал на свободное левое кресло.
– Я могу считать это разрешением быть в рубке?
– Сложный вопрос, – я закончил очередные манёвры и попробовал кофе, пока корабль разгонялся, готовясь к прыжку: – Что вы с кофе сделали? Он подозрительно вкусный.
– Сделала? Ничего. Я только откалибровала вашу кофе машину – она неравномерно прожаривала зёрна, да и мельница молола неравномерно. Вы в курсе, что она может рисунки на пенке делать и корицу добавлять?
– Эээ…продавец что-то подобное говорил, – неуверенно протянул я и сменил тему: – Внимание! Прыжок!
На сей раз мы выскочили около тусклого, тёмно-сиреневого шара старой звезды. Заправиться от неё было нельзя, и я сразу повёл корабль к следующей точке.
– Так что теперь машинка работает как надо. А что с моим вопросом, капитан? – она встала и подойдя ко мне прислонилась своей…своим, кхм, задом, к краю пульта.
– С каким именно?
– Доступ в рубку.
– Ну… Если вы про кофе, то я не против, – я допил свою порцию и протянул ей пустую кружку: – А можно ещё?
– Разрешаете? И вам бы не помешало столик, на колёсиках, приобрести. Не таскать же чашки и тарелки в руках.
– Стюардесса по имени Жанна, – промурлыкал я строку из некогда популярной песенки и попробовал представить её в форменном костюмчике стюардессы пассажирского лайнера. Выходило ничего так.
– Между прочим, – он вздёрнула подбородок: – У меня и диплом есть!
– Оператора кофе машины?
– Инженера. Специализация – бортовые системы космических кораблей.
– Вы же археолог?
– Работу по специальности сложно найти, – она наконец взяла мою чашку и отошла к кофе машине.
Прыжок.
Новая звезда была класса М и я начал дозаправку.
– Ваше кофе, капитан.
По центру радарной проекции появилась дымящаяся кружка.
– Спасибо.
– Вас же на борту – двое, да?
– Верно, и мы неплохо справляемся.
– Да уж. Вы тут, когда в последний раз убирались?
– Дня за два до прибытия на вашу Станцию. Тут же чисто!
Вместо ответа она провела пальчиком по стыку пульта и лобового иллюминатора. Продемонстрированный мне пальчик имел явно грязный вид.
– Да… Грязью вы тут заросли.
– Это… это на пилотирование корабля не влияет!
– А вам самим не противно в свинарнике жить?
– Так. Уважаемая Жанна. Это мой корабль и не вам…
– Всё. Молчу.
Следующие пару прыжков мы провели в тишине. Я допил кофе, и она сама забрала кружку.
– Повторить?
– Нет, спасибо.
– Ну, капитан. Не сердитесь. Я не хотела вас обидеть.
– Все нормально, Жанна.
– Я могу заходить к вам на мостик?
– Как стюардесса? Конечно!
– Как инженер!
– Мне не нужен инженер. Мне нужна стюардесса, горничная тоже сгодится. У них такая униформа…
– Вы что – хотите меня трахнуть? Вам не стыдно такую грязь говорить девушке?
– Мадмуазель, у вас настолько глубокий внутренний мир, что сама мысль вас трахнуть кажется не то что грязной, а опасной – вдруг провалишься.
– Это комплимент?
– Жанна, – корабль начал разгон для очередного прыжка и я, отпустив рукояти, повернулся к ней:
– Извините, но что вы хотите от наёмника? Большой и чистой любви? Да, тут грязно. Да, я груб и циничен, а что вы хотите? Я же не институт благородных девиц оканчивал, да и общаюсь с такими же подонками. Так…
Корабль прыгнул, и я развернулся назад, к пульту:
– Ещё раз. Мне не нужен ни инженер, ни стюардесса, ни горничная. Вам это понятно?
– Дайте мне шанс?
– Нет. Мне даже подруга не нужна.
– Я в подруги к вам не набиваюсь! И, представьте себе, я тоже не с рафинированными девочками общалась. Имею опыт.
– Спасибо за кофе, я вас более не задерживаю. Дверь там, – я мотнул головой в сторону выхода.
Не сработало.
– Позвольте мне доказать, что я могу быть полезной для вас? – она снова прислонилась к пульту: – И не надо на себя наговаривать. В конце концов – все мы не ангелы.
– Жанна, – я глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух
