погашения своих кредитов!
— Я скажу бабушке!
— Пожалуйста, не надо! — Когда Томочика встала, Митидзанэ отчаянно пытался остановить ее. Томочика наконец-то поняла, почему он хотел, чтобы этот разговор состоялся в додзё. Ее мать и бабушка почти никогда не приходили сюда. — Ситуация под контролем! Взамен он просто хочет, чтобы я научил его внучку самообороне.
— Так почему я должна помогать, если ты сам заварил эту кашу? — спросила Томочика, сузив на него глаза.
— Я обещаю, что все исправлю! Так что, пожалуйста, помоги мне!
— Но я не так уж много знаю. Чему ты хочешь, чтобы я ее научила? — Школа Даннура делилась на четыре уровня: начальный, средний, продвинутый и последний. Томочика освоила только промежуточные искусства, и трудно сказать, что она относилась к обучению так уж серьезно.
— Промежуточные искусства дают тебе сильное понимание основ боевых искусств, так что тебе будет достаточно, чтобы научить немного самообороне.
— Вообще-то, теперь, когда я об этом думаю, мы называем это стрельбой из лука, но я почти не изучала приемы, в которых используется лук… — Хотя Томочике было достаточно удобно обращаться с луком, это было не более чем обычная стрельба. Ей казалось, что школа стрельбы из лука Даннуры никак не может быть обычной школой стрельбы из лука.
— Ты научишься большему, когда начнешь изучать последние искусства, так что не беспокойся об этом.
— Но ведь это будет не скоро, верно?
— Если бы ты начала практиковаться серьезно, это, вероятно, не заняло бы так много времени.
— Не то чтобы мне было интересно пользоваться луком.
— В любом случае, давай пока оставим разговоры о луке. Ты можешь делать это как угодно; пожалуйста, просто научи ее самообороне.
— Ну… думаю, у меня нет выбора…
Митидзанэ давал Томочике деньги в обмен на ее участие в тренировках. Это была главная причина, по которой она вообще тренировалась. Эти деньги поступали из личных средств Митидзанэ, а значит, любые деньги, которые он зарабатывал, косвенно приносили пользу и ей. Кроме того, если дедушке действительно нужна была ее помощь, она не могла просто проигнорировать его.
— Но если он просто хочет, чтобы она научилась самообороне, почему это должно происходить именно здесь?
— Это не просто для душевного спокойствия. Он хочет, чтобы она научилась чему-то серьезному и практичному.
— Ну… это сильно сужает круг ее возможностей.
Термин "самооборона" охватывал широкий спектр вещей, но большинство из них давали не более чем душевный покой. Давать людям ложное чувство уверенности, как это, может оказаться опасным в некоторых ситуациях.
— Так когда я должна начать, и кого я буду учить?
— Ты слышал о семье Гокуракутен?
— Не особо. Хотя звучит как довольно непринужденная фамилия.
— Думаю, обычные люди мало что о них знают. Это одна из самых богатых семей в Японии и даже занимает довольно высокое место по богатству во всем мире. Я дружу с главой этой семьи.
— Звучит подозрительно. Зачем такому человеку дружить с тобой? — спросила Томочика.
— Однажды я работал у него телохранителем.
— Если он так богат, почему он не нанимает телохранителей для своей внучки?
— Конечно, он это делает, но девочка сама по себе немного неприятная. Ей не нравится, что телохранители находятся рядом, когда она идет в начальную школу.
— Так она ученица начальной школы?
— Ее зовут Фукура Гокуракутен. В апреле она начнет пятый год обучения в начальной школе.
— Есть ли какая-то особая опасность, которой она подвергается? К чему я должна ее подготовить?
— Похитители, извращенцы, случайные нападающие и убийцы. Все в таком духе.
— Не думаю, что обучение самообороне поможет против убийцы… — Если кто-то готов пойти на все, чтобы убить вас, не будет никакого способа защититься. Существует множество методов, от которых невозможно защититься, например, снайперская стрельба с большого расстояния, ядовитый газ или взрывчатка. Для борьбы с такими нападениями требовалась власть на политическом уровне, а не только личное мастерство.
— Конечно. Тебе не нужно делать ее непобедимой.
— Хм… насколько жестко я должна с ней обращаться? — Что она могла сделать с одиннадцатилетней девочкой? Она попыталась придумать примерную идею.
— Я также убедился, что он знает, что если мы будем учить его внучку, она не останется невредимой. Ничего страшного, если она получит травму, если только она сможет восстановиться.
— Вероятно, в какой-то момент мне понадобится помощь страшного человека, так что, возможно, тебе все равно придется присоединиться.
— Это нормально. Я просто подумал, что будет лучше, если ты возглавишь тренировку.
Томочика не могла не согласиться. Если бы время от времени появлялся страшный человек, это было бы гораздо меньшим стрессом, чем если бы он постоянно учил ее.
— Но если тебе нужен кто-то страшный, то Йошимото, наверное, будет полезнее, — добавил он.
— И теперь мы втягиваем в это моего брата?
— Он сделает все, что ты попросишь, я уверен. В любом случае, я оставляю это на твое усмотрение! Она будет приходить сюда с завтрашнего дня! — Сказав это, Митидзанэ поспешно удалился. Казалось, он хотел переложить проблему на всех остальных.
— Но чему я должна учить ее? — Томочика никогда раньше никого не учила, но теперь, когда ее попросили об этом, она должна была это выяснить. Она стала напряженно думать, пытаясь придумать план.
◇◇◇
На следующий день Томочика в назначенное время подошла к парадным воротам дома Даннура, где ее ждала девочка с длинными волосами. Девочка была одета в длинное платье и рюкзак и была примерно на голову меньше самой Томочики, как и следовало ожидать от ученицы начальной школы. Должно быть, это была Фукура Гокуракутен.
— Здравствуйте, учитель! — поприветствовала ее девочка с радостной улыбкой.
— А… теперь понятно, почему они беспокоились о похищении. — Томочика была ошеломлена. Фукура была, возможно, самой красивой девушкой, которую она когда-либо видела.
— Эм? — девушка наклонила голову в замешательстве. Даже малейшие ее движения были восхитительны.
— О! Прости! Я немного отвлеклась!
— Ничего страшного. Такое часто случается. — Она производила впечатление какой-то отстраненной, возможно, из-за медленной, спокойной манеры, в которой она говорила.
— Это часто случается?
— Да. Они говорят, что я слишком милая. — В ее голосе не было ни капли смирения, но Томочика, увидев ее, поняла, почему. Ложное смирение от кого-то, кто выглядел как она, только прибавило бы ей врагов.
— Я Томочика Даннура. Меня попросили научить тебя самообороне. Это так?
— Да. Я Фукура Гокуракутен. Приятно познакомиться.
— Да, приятно познакомиться! Хорошо, пойдем в додзё. — Пройдя через парадные ворота, они направились к додзё боевых искусств. Идти было немного, поэтому Томочика решила попробовать завязать легкий разговор. — Итак, тренировки у нас здесь довольно суровые. Тебе говорили об этом?
— Да. Дедушка сказал мне, что я должна быть
