запихав их вновь в ящик, поставила его на место. Предварительно заперев его на ключ. Паспорта и брачный договор (мало ли!) прихватила с собой. И пошла спать. Рассудив, что утро вечера мудренее. И была права.
Проснулась я рано, в доме ещё царила тишина, а за окнами - темнота. Впрочем, темнота в это время года - не показатель. Лежала в теплой постели, не хотелось вставать в стылый воздух, и думала - а чего это я вчера так разошлась? Похоже, это бунтовала не я, а тело и гормоны молоденькой и неуравновешенной Ленни. И тогда я посоветовала себе.
- Лена, ты вспомни, сколько лет тебе на самом деле! Ты же не подросток Ленни! Ты в два раза ее старше, будь мудрее! Отойди чуть в сторону, и посмотри на это дело немного иначе. Не сказал о высоком титуле - или не придает большого значения ему, или пока так надо и по оперативным соображениям. Посмотри, как поведет себя Иоганн дальше - расскажет все - умница, не расскажет, будет темнить - так и буду к нему относиться - ровно, холодно и настороженно. Теперь следующий ход за принцем, свой я уже сделала - я еду к нему.
Приняв такое решение, я спокойно и крепко вновь уснула и проспала до тех пор, пока не пришла будить меня Ульрика. В комнате было уже тепло, весело трещал дровами камин, за окном радостно розовел восход солнца. Начинался новый день. И вчерашние страхи показались надуманными и не особо страшными. Разберусь постепенно, жизнь она всегда непростая. В крайности кидаться не будем. Будем пытаться сделать жизнь лучше.
Накормили нас перед поездкой до отвала. После омлета с ветчиной и грибами, блины со сметаной уже практически не лезли в рот, но пришлось сделать над собой усилие и доесть завтрак. Мы не планировали заезжать на постоялые дворы, снеди набрали в достаточном количестве. Будем останавливаться только для того, чтобы покормить лошадей, ну и по интимным делам. А перекусывать на ходу. Благо, наличие маленькой печурки в дормезе позволяло хотя бы вскипятить чайник и подогреть готовую еду.
Когда я вышла на крыльцо, то поежилась. Если днём был лишь небольшой морозец, обозначавший зиму, то ночью примораживало конкретно. Тем более, на восходе солнца мороз всегда усиливается. Возле кареты гарцевало трое всадников, грузовой фургон уже едва виднелся почти у самой большой дороги. Догоним, не велика печаль. Дормез уже стоял у крыльца, зрелище было ещё то - тяжелая, большая карета с высокими колесами, из крыши торчит загнутая назад металлическая печная труба, неистово дымящаяся сейчас. Почему- то мне пришло в голову сравнение с самоваром на колесах и это так насмешишь меня, что я громко фыркнула. Настроение улучшалось стремительно.
Услышав мой смешок, Ганс проворно открыл дверцу, опустил вниз подножку, подал руку. Я устроилась на диване, следом влезли, хихикая, Ульрика и Аништа. Мы тронулись и путешествие началось. В карете было тепло, видимо, Ганс кочегарил печурку с самого рассвета. Поэтому минут через десять я сняла верхнюю одежду, оставшись в теплом дорожном платье. Но вот теплые сапожки снимать не стоит, система полов с подогревом здесь не была предусмотрена.
Особых впечатлений поездка не производила, не на что было смотреть, кроме заснеженной равнины. Изредка промелькивали небольшие деревушки, мелкие городки. Впрочем, в германских мелких государствах, как мне помнится, небольшие городки от деревушек отличались только количеством домов и наличием островерхого купола кирхи да бургомистрата. Те же узкие, высокие дома в два- три этажа из камня, черепичные красные или коричневые крыши, булыжные мостовые, узкие улочки.
Ехать лично мне было комфортно, мягкий диван с откидывающейся спинкой на ночь превращался в спальное место, узковатое, но терпимо. На втором диване, чуть пошире моего, вдвоем ютились девчонки. Имелся и складной столик, крепившийся к стене. Печурка между диванами давала ровный обогрев. К обеду все равно, несмотря на плотный завтрак, проголодались все, и я приняла решение. Разогреваем блюда и кипятим чайник и по одному приглашаем мужчин в карету поесть и согреться, остальные или подменяют (кучера, например), или ведут свободного коня за поводья.
На обед нам была упакована гречка с котлетами, салат и пирожки. Чай мы вскипятили сами, добавив в вазочку мед. Наши сопровождающие оценили заботу о них, сказав, что ещё никогда не путешествовали с таким комфортом - и погреться можно и поесть горячего вкусного. Часа через два остановились покормить лошадей, неподалеку росли какие- то чахлые кустики. Пока одни подвешивали лошадям торбы с овсом, другие быстро сбегали к этим кустам, принесли валежник и развели костер. Подвесили ведро, набили снегом и принялись топить снег до теплой воды - после зерна надо было лошадкам попить воды. При этом мужчины ещё подвесили небольшой котелок и потом что- то пили оттуда с наслаждением. Я испугалась, что они напьются снеговой воды и будут маяться животами, мало ли. Но Аништа меня успокоила - никакая это не снеговая вода.
Оказывается, моя экономная повариха, когда отваривала куриц для шаурмы, излишки бульона выливала в глубокую миску и замораживала его. Потом складывала мерзлые круги в чистый холщовый мешок и хранила на морозе, как и пельмени. И сейчас взяла с собой. Мужчины просто вскипятили его, и пили наваристый куриный бульон. И горячее питье, и довольно сытный перекус, особенно если в бульон макать куски сдобной, пышной лепешки. Вот молодец Аништа, у нее ничего не пропадет!
Я похвалила девушку, она сказала, что у нее на родине путешествующие зимой часто так делают. Поужинали вечером таким же образом, потом опять сделали "лошадиную" остановку. И мы с девушками решили устраиваться на ночлег. Все равно уже темно, ничего не видно. Разложили диваны, сняли обувь, но платья не снимали и улеглись. Укрываться здесь предлагалось некоей меховой полостью , куда можно влезть как в мешок спальный и не боятся, что сползёт одеяло и ты замёрзнешь.
И опять у меня беспокойство. Мы- то будем сладко спать в тепле, а наши сопровождающие? Поделилась мыслью с Абелем, когда он заглянул поужинать. Но, оказалось, что и это у него предусмотрено. Они, охранники в смысле, будут по очереди подменять кучеров с фургона и с кареты. Давая тем подремать пару часов. И, если бы я была так добра, что разрешила бы им дремать в карете, вот тут у стеночки, сидя в тепле, было бы просто здорово. И погреются, и отдохнут, и дровишки в печурку подбросят. Нам вставать не надо. А потом и охранники так же отдохнут. И
