вздыбилась и пошла трещинами, а Дух начал усыхать и распадаться на чёрные хлопья. В бой пошла Смерть в её единой форме. Уйдя из-под удара, я повис в воздухе и принялся отпускать одну за другой структуры по придавленному куском земли дракону, раз за разом просаживая его защиту, однако он держался и даже сумел сам начать закручивать бурю, воронка которой поглотила весь лес, превращая его в щепки, а молнии мчались ко мне. Вынув меч из ножен, я сосредоточился на энергии Света вложенной в него и окружив себя коконом, принял удар, а затем послал волну с лезвия в дракона. Разрубая земную твердь на добрый километр, а поняв, что этого не хватило, принялся посылать одну за другой стрелы Света, бомбардируя живучего врага.
Вот сука, даже Смерть его не взяла. А ещё говорили, что Первый Император был смертным… Скорее всего он просто отбросил бессмертие тела и перешёл в состояние духа самостоятельно. Дракона даже в человеческом теле убивать сложно, учитывая его огромный опыт… Вот поэтому я и говорил всем убраться подальше, только Бук остался и спокойно наблюдает.
Переместившись на край пролома с оплавленными краями, я посмотрел на дракона, который выжил, но его телу досталось, половину лица проело до самой кости, ниже пояса ничего не было, тем не менее он был жив и всё ещё пытался продавить меня ментальной магией. Однако сейчас он уже не мог создать структур и вообще напрямую атаковать, потому я слетел вниз и просто срубил его голову, пробив остатки защиты, а после принялся формировать кокон, не давая и шанса его духу остаться в этом мире. Закончив, я сосредоточился и принялся неспешно закрывать разлом, а в конце активировал кокон, выкинув остатки дракона за пределы плана миров, прямо в центры абсолютного ничего. Неспешно залатав прореху в пространстве, я вздохнул и обессиленно упал прямо в свежую грязь, всё-таки буря пролилась дождём и сейчас уносилась ветром на восток.
Вроде бы справился, а ничего не испытываю… Одна лишь усталость. Да, а тут довольно хорошо, даже удивительно что дух леса сумел уцелеть и начал по новой создавать связь, опутывая весь лес, только сил у него стало мало… Впрочем, это уже не моя забота, единственный плюс, меня подняло на корне из грязи и я имею право на отдых. Да, не повезло тебе дракон, хотя я даже могу тебя понять…
— Хорошо лежишь. — Заметил Бук, подойдя ко мне и сев рядом.
— Да, хорошо, только это ещё не конец. — Признал я. — Всегда будут подобные этому дракону…
— Грустно, да?
— Не грустно, просто неприятно. — Ответил я и закрыл глаза. — Да, просто неприятно.
Бук только хмыкнул и медленно произнёс:
— Я ухожу.
Повернув к нему голову, я позволил себе лишь тяжело вздохнуть…
* * *
Во временный дом, возведённый прямо перед входом в руины Фарнада вбежал один из солдат и прямо с порога закричал:
— Нападение! Они обрушили связь и…
Однако в следующий момент земля дрогнула и огромное внутреннее пространство базы просто превратилось в лес копий из копий из спрессованной земли, которые при этом ещё росли и ветвились. Генерал и его ближайшие подчинённые даже не успели отдать приказ, когда оказались насаженные на копья, а затем всё пространство базы затопили немёртвые, которые долго готовились, разведывая обстановку, даже вырубили вышки, нанеся удары молний по ретрансляторам выжигая электронику…
Дарнир между тем с немёртвыми воителями, стоящими во главе войска, уже неслись в Вратам, они умудрились здесь на месте поднять магистра Вирднарда, который сумел привязать свой дух к останкам, которые за прошедший год вернулись к нему, превратив его в лича.
Их встретили свинцом и огнём, вырывающимся из железных труб, но всё равно немёртвые сумели продавить оборону, и магистр Вирднард сумел прорваться к пульту и снеся устройство вторженцев сумел заблокировать Врата на вход и выход, часть символов была уничтожена, поэтому ему не удалось в спешке их закрыть окончательно.
Дарнир между тем отметив что Врата закрылись диафрагмой, отошёл к краю плато и наблюдал за тем как мёртвый марш буквально перемалывает войска НАТО, мысленно отдавая приказы о тех или иных участках поля бой, где немёртвых смогли оттеснить.
— Неплохо, — произнёс король Бьёрн Нерин. — Жаль их оружие не способно освободить нас полностью, через какое-то время магия восстановит наши тела и пробудит нас от сна.
— Мы ставили эксперименты, там, на мёртвых болотах, — пояснил на непонимающий взгляд Дарнира, король Альберн Торн. — Пытались вернуться в естественный круговорот жизни и смерти, но нам не хватило ни знаний, ни умений чтобы оборвать эти жизни. А ведь внешне мы выглядим как живые, даже дышим и сердце бьётся. Гейн, а ты… Ух.
Принц Гейн же словил крупнокалиберный снаряд и сейчас демонстрировал всем отсутствие нижней челюсти, что и печально сказалось на его умении говорить. Потому лишь пожал плечами и просто спрыгнул вниз, всё равно поддерживая ментальный диалог.
Мёртвый марш тем временем сбил единственный вертолёт сумевший подняться в воздух.
— Ничего не разрушать и не громить, мы должны сохранить оружие, а также всё что имели захватчики чтобы это могли изучить наши потомки и возможно создать на основе этого оружия что-то своё.
— А может всё-таки не стоит? — Напряжённо посмотрел на короля Альберн.
— Техномагия. — Веско произнёс Бьёрн.
— Ладно, пусть сами решают. К тому же на троне Империи сейчас сидит сын Севара с текущей по его жилам драконьей кровью… Да ещё и взявший альтскую княжну в жёны.
Дарнир же кивнул на это и после принялся руководить немёртвыми которые принялись добивать последних выживших, а также нашли одарённых и принялись их освобождать и лечить. Сейчас бывший Император жалел лишь о том, что не мог ничего сделать на другой стороне, они и здесь потеряли пятую часть немёртвого войска, а так их было ещё больше… целый мир, где нет магической энергии, которая поддерживала бы их существование.
Глава 17. Врата Миров + Эпилог
Калерия неспешно бродила по саду оранжереи, разбитой Ноа внутри Вернадского поместья, она любила здесь гулять, пусть её и не выпускали за пределы здания, слишком уж часто сюда пытались проникнуть незваные гости от которых охраняли рыцари Чёрного дракона.
С ней всегда была Шелия, которая на предложение вернуться домой, отчитала её, а вот с семьёй Эшариона у неё были несколько натянутые отношения, пусть они
