фатальными последствиями для тогда ещё живых обитателей этой территории.
Досталось и казармам с прелестными пленниками и пленницами расположенными недалеко от жилого сектора. По нему лупили из крупнокалиберных пулемётов и автоматических пушек целенаправленно, поэтому зрелище было очень неаппетитное. Пуле, выпущенной из такого пулемёта в общем всё равно что попалось у неё на пути – человек, дерево или фанерно-картонные стены домов, а снаряду из спаренной авиационной пушки тем более.
Ответного огня по вертолётам никто не вёл. Во-первых, было некому, а во-вторых, стреляли пилоты вертолётов через огонь горящего склада ГСМ, и ракета из ПЗРК до вертолётов просто не долетела бы. Ну а на острове развлечений вообще оружия было не слишком много. Только выдаваемые охраной по запросу пистолеты с мизерным количеством патронов. Иначе пьяные в дрова отдыхающие легко перестреляли бы друг друга. Пара таких случаев уже была.
Известие о том, что Квазимодо накрылся вместе со всем выехавшим из стаба отрядом принесли двое случайно выживших рейнджеров, обладающих двумя различными дарами скрыта. Картину они нарисовали страшную. Оказывается, раздолбали засаду Квазимодо не внешники, а команда Лучника, где-то нарывшая два военно-транспортных вертолёта с опытными пилотами и огромным количеством боеприпасов. По крайней мере пилоты вертолётов боеприпасов не жалели, щедро вваливая по всему что шевелится на земле.
То, что Квазимодо убит скрытники услышали по рации, а находились в то время в охранении пустых грузовиков и части бронетехники стоящих далеко от места засады. Якобы так Квазимодо приказал. Впрочем, помогло это им мало, потому что накрыли эту стоянку чуть позже и сначала непонятно чем крупным и крайне точно, а потом прилетел вертолёт и устроил выжившим небольшой локальный армагеддец.
Дожидаться развития событий скрытники не стали и сделали ноги. Причём не они одни, но оказалось, что помимо вертолёта на них охотится бронетехника Лучника и повезло только этим двоим забившимся под скрытом в какую-то щель. Остальных пошинковали на отходе из «Славного» в мелкий винегрет. Техника тоже осталась в окрестностях города, потому что беспилотники Лучника никто выключать не собирался, а с них было видно всю округу.
Дальше понятно. Ушли эти двое сначала пешком, потом на мотоцикле, сдёрнутом в какой-то деревне, а затем опять пешком, потому что дорога, по которой они двигались уже на следующий день оказалась перекрыта какими-то ухарями на бронетехнике. Выяснять кто это и какого хрена им надо скрытники не стали и добрались до стаба только во второй половине дня.
Вечером оставшихся в живых рейнджеров перестреляли те, кто жил в простых казармах стаба. Это было в общем-то закономерно, но выживших скрытников среди погибших не оказалось. Просчитав ситуацию немного вперёд, скрытники ушли, не прощаясь и опять пешком.
Следующей ночью кто-то ограбил резиденцию Квазимодо, а его девки уже утром поменяли своего хозяина на пару десятков других. Ограбили своего сдохшего хозяина скорее всего его охранники, которых в резиденции было около двадцати человек, но что с ними стало Ганс не знал, потому что этой же ночью к нему пришли.
Вот только люди Ганса которых он держал не для красоты ответили на традиционный вопрос «как пройти в библиотеку» совершенно неадекватно – два автоматических тридцатимиллиметровых орудия установленных на БМД-4[i] превратили ночных интеллектуалов в неаппетитные куски мяса, неравномерно раскиданные перед домом.
Дальше события развивались вполне предсказуемо – «Сосновый» посыпался. Порядок в стабе поддерживал Квазимодо со своими рейнджерами и все это прекрасно знали. Ганс и прочие заместители были подобраны таким образом что они даже не помышляли сместить Квазимодо. Им это было просто не надо, а при отсутствии лидера порядок мгновенно превращается в бардак. Вот и в «Сосновом» началась пиратская вольница. То есть сведение счётов, беспробудное пьянство и захват всего что только можно захватить.
Дом Ганса пытались выставить ещё два раза. Один раз даже бронетранспортёр подогнали, но он сгорел, даже не приблизившись к дому – в загашниках Ганса были и противотанковые гранатомёты, и одна вроде как немецкая боевая машина пехоты самых первых выпусков с семидесяти семимиллиметровым орудием «Schlag»,[ii] (Шлаг – Удар) снаряд которого пробивал такие бронетранспортёры навылет от носа до кормы.
Конечно же окна верхнего этажа в доме побили, а очередями из КПВТ[iii] расковыряли стены, но второй этаж был в доме Ганса гостевым и бутафорским, а сам хозяин жил даже не на первом этаже, а в подвале, где у него была своя личная оружейная комната, забитая всем чем только можно и нельзя.
Больше Ганса не трогали – трёх кровавых разборок оказалось более чем достаточно, но это был тупиковый путь. Начальник охраны его дома и даже местами его друг Свистун предлагал, загрузив семьи в грузовики и БМД уйти из стаба, но Ганс отказался. Делать это надо было в самые первые часы, а сейчас было уже поздно.
Дело в том, что все его люди жили именно семьями и Ганс специально подбирал себе такие пары. Устоявшимся семьям всегда есть что терять. Предать могут и они, но все прекрасно видели, что творится за высокими стенами усадьбы Ганса и это было основной мотивацией преданности. Вот только семья — это семья. Со временем все обросли каким-то имуществом, а некоторые даже детьми и теперь в случае чего это была бы не колонна способная постоять за себя, а неуправляемый цыганский табор.
Свистун был не слишком умным, но преданным и исполнительным и Ганс на общем собрании разъяснил свою позицию на десятке примеров произошедших в последние несколько дней. Это в общем то элементарно – жизнь большого стаба держится всего на двух железобетонных столбах. На крепкой вертикали власти и постоянном снабжении большого количества жителей необходимыми им вещами. То есть на мародёрке.
При Квазимодо команды мародёров выезжали из стаба каждый день и каждый день возвращались, а сейчас выезжали почти каждый день, но возвращались далеко не все. При этом те, кто добирался обратно приходил на своих двоих рассказывая в принципе одинаковые короткие истории звучащие приблизительно так: «ехали, взорвалось, кто смог сбежал, теряя стволы и тапки. Остальные остались там». Этих «остальных» было намного больше вернувшихся обратно, но некоторых следующие, выезжающие из стаба команды мародёров находили … усаженными на колья и развешанными на деревьях вдоль дороги. Других подробностей было крайне мало, но все прекрасно поняли, что стаб заблокирован наглухо и проехать по дорогам на технике невозможно.
Ганс знал о происходящем несколько больше, но выхода не видел даже он. Можно было бы на лодках уйти дальше по озеру и высадившись уйти пешком. Но кто даст гарантию что в лесу их
