было продержаться какое-то время, еще чуть-чуть… Я смутно понимала, что придумал Рик, но очень хотела на него положиться. Думаю, что даже в случае отгадать этот ребус, потерпела бы фиаско. Иной раз мне казалось, что я совершенно не знала мужчину — настолько он был глубоким и непредсказуемым.
Впорхнула в центр и, держась за сердце, я прямиком направилась к диванчику — ноги не держали, а саму меня трусило. Перевела дух и сразу же достала телефон из сумки, позвонила в службу заказа такси. Хотелось как можно скорее оказаться в своей крепости, закрыться на все замки и не высовывать носа на улицу. Не то что бы я была сильно напугана, но я ничего не знала о планах Рика, и не могла догадываться о тех. Может быть, Торен вскоре обо всем догадается? И в следующий раз уже точно не будет таким вежливым и уступчивым?
Машина приехала очень быстро. Идя к ней, я с опаской оглядывалась по сторонам, словно меня снова могли перехватить и посадить в другую машину. Быстро открыла дверь и юркнула внутрь, откидываясь на сидение и шумно выдыхая, будто бы бежала марафон.
Глупо было ехать на такси в другой конец города, чтобы забрать Джену. Позвонив той и объяснив вкратце ситуацию, попросила взять ее такси, пообещав, что буду ждать дома.
Меня ещё немного потряхивало от той спонтанной встречи с Уоксом, но нечто подобного от мужчины и следовало ожидать. Возвращение домой было желанным, но теперь же мне казалось, что дом вдруг стал пустым, а мысль, что Рик сегодня вечером в нем не появится так и вовсе приводила в уныние и умножала печаль.
Расплатившись с водителем, я быстрым шагом направилась в дом, минуя железные ворота. И свято надеялась, что остаток вечера не принесёт никаких сюрпризов. Навиная.
Снег под ногами приятно хрустел, а я с ностальгией вспомнила о наших тренировках с Риком. Но нет, я скучала не по нагрузкам, а по самому мужчине. И старалась не думать о нем каждую минуту, потому как легко можно было утонуть, углубившись в поток этих размышлений. Что он придумал, куда отправился и сильно ли рисковал? Я бесконечно об этом думала, эти мысли выматывали меня. Лишь в одном мужчина оказался прав — медлить было больше нельзя. Торен был вежлив и обходителен, но получая раз за разом отказ, мог слететь с катушек и… об этом вовсе не хотелось думать.
Я успела переодеться и принять душ, затем спустилась на кухню, чтобы соорудить нам что-нибудь на ужин. Но все в буквальном смысле валилось из рук. Устало села на стул возле окна, разглядывая замысловатый узор на шторах. Еще вчера было столько планов на жизнь… А сейчас даже страшно было покинуть стены дома. Хотя нет, страха как такового и не было, — мерзкое чувство неопределенности не давало толком ни на чем сконцентрироваться. И такое ожидание убивало. Все, что было неправильного в моей жизни, серым туманом окутало с ног до головы, но я не имела права сейчас поддаваться хандре. Однако так хотелось зарыться под одеяло, я устала притворяться, будто была сильной и могла это все вынести без боли и последствий — меня разрывало на части от этого всего, я не знала выхода, не видела его, казалось мы зашли в тупик и ничего хорошего не получится.
Окна кухни выходили как раз в сторону ворот и дороги, и я услышала, как к дому подъехала машина. Выглянула, увидев в окно, как на подъездной аллее мелькнули фары. А спустя пару минут я уже встречала Джену на пороге своего дома.
— С каждым разом мне попадается таксист все занудливее и надоедливее. Я понимаю человеку скучно сутками напролёт крутить баранку, но… — Джена выдохнула и развела руками, показывая как огорчена. — Но у меня тоже есть проблемы, однако я не выплескиваю их на каждого встречного, — удрученно закончила она.
Бросила небольшую сумку на пол и разулась.
— Извини, меня подвёл автомобиль, — я хорошо понимала ее чувства, и тоже не любила болтливых людей, особенно мало знакомых. Но таксисты все как один любили поболтать. Сама на таких нарывалась, пока была без машины.
— Да, а что случилось? Ведь утром внедорожник был на ходу, — мы прошли в гостиную.
— Шину пробило, — я грустно улыбнулась.
Говорить о Торене не хотелось. Стоило только подумать о мужчине, как он появлялся будто черт из табакерки. А в планах на вечер было наесться до отвала, выпить вина, раз уж Рика не было, и никто бы не строил по этому поводу кислых физиономий и пойти лечь спать.
Я пошла на кухню, рыскать в поиске продуктов и думать что бы приготовить. Джена поплелась следом.
— Рик просил обработать тату. Я сгораю от нетерпения посмотреть, — я обернулась, ловя заинтересованный взгляд. Совсем забыла о татуровке, но вот сейчас, стоило Джене о той упомянуть, как кожу неприятно стянуло и зачесалась вся спина.
— Я не знаю что там, — Джена замерла на месте и наградила меня взглядом, в котором плескались нотки восхищения и одновременно недоумения.
— Как… Совсем? — удивление все же взяло верх.
— И Рик просил меня не смотреть ещё немного, пока кожа не заживёт и не отпадет корочка с ранки.
— Тебе было больно?
— Терпимо. Сейчас куда неприятнее ощущения, вся спина чешется и мне стоит больших трудов к ней не прикасаться, — Джена победоносно улыбнулась, — но не для того чтобы посмотреть, — снова огорошила я девушку какой силой воли обладала. Но пока мне было не рисунков на спине.
— О, — только и выдохнула Джена, а я отвернулась обратно к шкафчикам.
— Рик, конечно, выдумщик.
— Ещё какой, — согласилась я, вспоминая поездку в клуб. — Вы давно знаете друг друга?
Поговорить о прошлом Рика была слишком сладкая тема, от которой нужно было бежать без оглядки, и не соваться с головой в самое пекло.
— Давно. Но после смерти моей сестры они все — я говорю о Логане и Рике, как будто от меня отвернулась. Но я и не осуждаю их. Все мы чувствуем в какой-то степени свою вину перед ней.
— Ты голодна? — спросила я у девушки, плавно переводя тему. Не уверна, что мне хватит
