Кроме того, в период 1941–1944 гг. на Беларуси фактически шла гражданская война местного значения. Много, очень много обид и претензий накопилось у беларусов к советской власти. Не удивительно, что наиболее активная часть населения, пострадавшая от большевиков, воспользовалась возможностью отомстить «красной сволочи». Но уничтожением беларуских деревень национальные формирования не занимались. Уверения в этом являются преднамеренной ложью советских и просоветских авторов. Убивали коммунистов и евреев.
С 1941 года (с момента организации первых беларуских частей «службы порядка») по 1945 год в частях Вермахта и СС прошли службу около 50 тысяч беларусов.
Первой боевой операцией беларуской «службы порядка» (около 5 тысяч) стали совместные с украинскими отрядами Максима Боровца (до 10 тысяч человек) действия по очистке Полесья от «сил русско-большевистского террора» (под таковым имелись в виду остатки разбитых частей РККА, а также партийно-советские функционеры).
В 1942 году подразделения службы порядка начали переформировывать в беларуские батальоны вспомогательной полиции (Schutzmannschaft-Bataillone — «shuma»), к 1944 году удалось сформировать 13 таких батальонов (36-й, 48-й, 49-й, 60-й и другие). Численность некоторых батальонов доходила до 2-х тысяч человек.
Командирами поначалу были только немцы. Но беларусы не знали немецкого языка, потому возникали многочисленные недоразумения. На этой почве началось дезертирство. Тогда в помощь немецким командирам привлекли эстонцев, знавших русский язык.
Отряд местных жителей отправляется на операцию против партизан (Барановичи, лето 1943 г.).
Но для беларусов и эстонцы были иностранцами, а русский язык — чужим. Наконец, немцев и эстонцев заменили офицерами-беларусами. Дезертирство сразу прекратилось.
Другими беларускими подразделениями были:
— 1-й беларуский штурмовой взвод — создан в 1941 году, в том же году вошел в состав беларуской полиции города Минска.
— Корпус беларуской самообороны (БСА — Беларуская самаахова) — до начала 1943 года сформировали 20 батальонов. Но в 1943 году германские власти упразднили корпус.
— Беларуский батальон железнодорожной охраны — создан в 1942 году. Роты батальона дислоцировались в Минске, Полоцке, Барановичах, Лиде, Крулевщине, Столбцах. В 1944 году батальон передали в 1-ю беларускую дивизию ваффен-СС.
— 13-й беларуский полицейский батальон СД — создан в 1942 году, в 1944 включен (вместе с остатками батальонов «shuma» и железнодорожным батальоном) в состав 1-й беларуской бригады СС.
Деревенские бойцы беларуской самообороны (зима 1942/43 гг.).
Этот батальон формировал в Минске Франц Кушель (1895–1968), который во время Первой мировой войны окончил пехотное училище, командовал взводом, потом ротой на Западном фронте, получил чин штабс-капитана. Он поставил немцам ряд условий: а) командный состав батальона должен быть беларуским; б) все приказы и команды — только на беларуском языке; в) политическое воспитание и пропаганду должны вести беларусы; г) вооружение, материальное обеспечение, питание бойцов — по нормам Вермахта; д) знаки различия на мундирах — беларуские; е) батальон должен действовать только в Беларуси и только против советских партизан.
За короткий срок Кушель создал из добровольцев две роты по 200 человек. Скоро батальон вырос до 1000 человек (5 рот). Местом его дислокации стала Вилейка. Условия Кушеля немцы исполняли. Так, пропагандистом в батальоне был беларус лейтенант Чеботаревич.
Ротами командовали беларусы Буравка, Мазур, Орсич, Хмельницкий, Якубёнок.
— Новогрудский кавалерийский эскадрон Бориса Рогули — создан в 1943 году, позже включен в состав Б КА.
— Беларуская краевая оборона (БКА), подчинявшаяся Беларуской центральной раде — БЦР. В 1944 году были сформированы 39 пехотных и 6 саперных батальонов (плюс к ним кавалерийский эскадрон Б. Рогули).
— Десантный батальон «Дальвиц» — создан в 1944 г.
— Бригада «shuma» «Зиглинг» — переформирована в 30-ю дивизию Ваффен-СС (она же 2-я русская).
— 1-я Беларуская бригада Ваффен-СС — переформирована в 1-ю беларускую дивизию Ваффен-СС.
— Ягдкоманда в составе 38-й мотодивизии СС «Нибелунги».
Бойцы беларуской самообороны из Могилёва (весна 1943 г.).
Фактическое безвластие в сельской местности
Немецкие оккупационные власти вследствие «подковерной» борьбы между различными ее ветвями вели себя непоследовательно. Например, разрешили создать национальную администрацию и вооруженные силы, но не стремились их вооружать (так, бойцы БСА — Корпуса беларуской самообороны — сами добывали себе оружие всеми способами, вплоть до обмена на самогон). Но только Корпус превратился в серьезную организованную силу, как его тут же распустили.
Первые два года оккупации на значительной части Беларуси царило фактическое безвластие. Немцы взяли под свой контроль более или менее крупные населенные пункты и важнейшие транспортные пути, а на остальной территории (куда оккупационные власти лишь совершали вылазки для сбора продналога и за рабочей силой) возник вакуум. Вот главная причина расползания «партизанской бациллы».
Нет сомнения в том, что если бы в 1941–1942 гг. были созданы национальные вооруженные формирования, подчиненные национальной администрации (Радослав Островский оценивал их вероятную численность как минимум в 90 тысяч человек), то «партизанщину» удалось бы задушить еще при рождении.
Но Берлин вел себя, как собака на сене — «сам не гам, и другому не дам». Позиция рейхсфюрера Генриха Гиммлера была простой до глупости:
«Когда некий белорус или украинец создает свою армию, то, несмотря на это, он все равно остается русским… Такого вот понатворил нам этот дурак Розенберг» (цит. по: Романько О. В. Коричневые тени в Полесье, с. 101).
Генеральный комиссар округа «Беларусь» В. Кубе понимал необходимость создания органов самоуправления и подразделений самообороны. Но он мог санкционировать только местную администрацию, и то с оглядкой на Розенберга, не имел никаких полномочий по части организации местных вооруженных формирований. Гиммлер же, контролируя войска и органы СС на территории Генерального округа, не мог в то же время контролировать его гражданскую администрацию. Возникла патовая ситуация.
После того как агенты НКВД — при явном попустительстве СД — «грохнули» Кубе, исполняющим обязанности генерального комиссара стал Курт фон Готтберг. Занявшись вплотную проблемами гражданского населения, Готтберг постепенно осознал необходимость создания и органов самоуправления, и национальных вооруженных формирований.
В итоге, в декабре 1943 года была учреждена Беларуская центральная рада — прообраз правительства, а с марта 1944 года (приказом Готтберга от 23 февраля и приказом президента БЦР Островского от 6 марта 1944 года) началось формирование корпуса Беларуской краевой обороны — прообраза национальных вооруженных сил. Советские историки любили рассказывать басни о том, будто бы мобилизация в БКО провалилась, солдаты дезертировали из частей и т. д. Но это ложь. Всего за один месяц (апрель) удалось мобилизовать 40 тысяч человек! Из них можно было сформировать три дивизии.
Нетрудно представить, как развивались бы события в 1941 году, если бы фюрер объявил набор украинцев, беларусов и прибалтов в Вермахт. Наверняка Вермахт в 1942 году дошел бы до Омска. К счастью для Москвы, этого не произошло. Не вышло и в 1944-м: немцам вдруг пришло в голову, что из-за массового набора в беларуское войско некому будет работать на полях, и они из 40 тысяч мобилизованных 20 тысяч отправили по домам. Это тот самый случай, когда плакали по волосам, утратив голову — РККА стояла уже на Днепре! Оставшиеся 20 тысяч не получили ни оружия в нужном количестве, ни должной военной подготовки.
Отряд самообороны выходит на патрулирование окрестностей деревни (1944 г.). Именно такие отряды партизаны называли полицейскими «гарнизонами».
Однако факт остается фактом: мобилизация беларусов в свое войско проходила с большим общественным подъемом. Как свидетельствуют участники документального фильма «Беларусь под немецкой оккупацией», в 1944 году 80 % населения все еще оккупированных беларуских земель не желало вновь оказаться под властью большевиков, несмотря на туманность перспективы обретения своей государственности из рук немцев. Главным препятствием снова оказалась «тупая» позиция политического руководства Рейха.
Через несколько месяцев Йозеф Геббельс будет стенать по поводу того, что на Востоке «была допущена серьезная ошибка», что «противнику были оставлены значительные мобилизационные ресурсы». Зато Сталин, заняв Украину и Беларусь, тут же стал «хомутать» тамошних мужиков под ружье без разбору.
