Тогда попробуй из него выбраться.
Груз выстрелил в сторону моего меча, но я успел убрать клинок за спину и пригнуться, пропуская над собой свистящую смерть. Шагнул назад и вправо, вынуждая старика удлинить цепь и нарастить амплитуду вращения.
Старик присел.
Цепь с грузом рванулась к моей ноге, едва не касаясь брусчатки, но я ожидал чего-то подобного. Поднимаю ногу, пропуская под собой шипы, и коротким взмахом рассекаю цепь.
Груз отлетает прочь и врубается в стену.
Цепь со звоном волочится по земле.
— Неплохо, — оценил убийца. Быстро перехватил цепь, пропустил между пальцев и с разворота отправил в полёт каму. Я с трудом успел отскочить назад, и всё же остриё серпа царапнуло меня по щеке. Боль незначительная, но сам факт! — Посмотрим, чего ты стоишь, Кромсатель.
Амплитуда вращения увеличилась, и над головой патриарха образовался расплывчатый круг.
Мать моя женщина!
Я вышел на бой против человека-вертолёта.
Что интересно, лицо патриарха оставалось безмятежным. Истинный воин действует без страха и ярости, он просто выполняет свою работу.
Мне же приходится выполнять свою.
Серп вспорол тело дождя и обрушился на меня по диагонали. Пронзил насквозь, врезался в брусчатку, выбивая искры.
— Ты имеешь власть над конструктом, — сказал я. — Но не над тем, кого сюда затащил.
Старик дёрнул цепь, она натянулась.
Я с улыбкой наблюдал за его потугами, наступив ботинком на серп. Проницаемость и материальность — две стороны одной монеты.
Взмах клинка — и лидер клана Панджаитан остаётся с обрубком цепи в руке. Я же метнулся вперёд в молниеносном выпаде, намереваясь поставить точку в этом призрачном споре.
Остриё пронзило дождь.
Патриарх бесследно исчез, сбежав с поля боя.
Где-то в глубине души шевельнулась паника — я всё ещё заперт в этом конструкте, внутри самого себя, а морщинистый засранец в додзё сейчас будет сносить мне голову…
— Нет, — послышался знакомый голос. — Он не сможет.
На противоположной стороне улицы материализовалась Джан.
— Ты что здесь делаешь? — удивился я.
— Спасаю твою красивую задницу, — ответила девушка. — Это же мир грёз, а в них я неплохо умею разбираться.
Для визита в мой сон морфистка выбрала лёгкое кимоно… которое мгновенно намокло и облепило её стройное тело. Не удивлоюсь, если это сделано специально.
Джан щёлкнула пальцами.
В глухой деревянной стене прорезалась дверь.
— Быстрее, — поторопила морфистка. — Я не смогу его долго сдерживать.
Приблизившись к двери, я повернул голову к девушке.
— Спасибо.
— В карман не положишь. С тебя причитается.
За дверью вновь развернулось додзё.
Глава 32
Стоять одному в компании трупов — сомнительное удовольствие.
Как только вокруг меня соткался большой зал додзё, я понял, что патриарх улизнул. Просто исчез, растворился без следа.
Посылаю мысленный запрос телепату Ока.
Мне ответили сразу — никто из дома не выходил.
Прислушиваюсь к собственным ощущениям. Дед, конечно, мастер на все руки… но вряд ли он ещё и телепортироваться умеет. Скорее, хитрая маскировка. Или потайной ход, который не замечен проекцией.
Автомат из моих рук никуда не делся.
Я думаю, старик ещё в доме. Если бы он успевал расправиться со мной, то непременно сделал бы это, пока я пребывал в своих грёзах. Но между нашими пробуждениями — всего ничего.
Куда же ты делся, старый хрыч?
Поднимаю ствол и осторожно, на полусогнутых, продвигаюсь к центру додзё. Переступаю через тело с развороченной грудной клеткой. Тело купается в луже собственной крови.
Ещё пара шагов.
Щелчок.
Замираю.
В недрах дома что-то происходит. Я слышу гул, скрежет механизмов, звук прокачиваемого по трубам воздуха… На всякий случай становлюсь проницаемым.
И вовремя.
Из скрытых в дальней стене отверстий вылетают дротики. Со свистом рассекают воздух, пронзают меня насквозь, врезаются в стены и со звоном отскакивают. Падают на половицы с глухим стуком.
Что?
Звон от деревянных стен?
Похоже, здание напичкано артефакторикой под завязку. Я только не понимаю, откуда взялся гул. Меня ждут ещё какие-нибудь сюрпризы?
Осматриваюсь, делая перекрытия прозрачными.
Внешние стены поддаются, внутренние перегородки — нет. Пол тоже не удаётся «просветить» моим рентгеновским взглядом.
Жду срабатывания новых ловушек, но ничего не происходит.
Реликт, что нам делать?
Это телепат Чёрного Ока. Спасибо патриарху, что не перекрыл мыслесвязь. О подобных экранирующих технологиях я не слышал, но чем Древние не шутят…
Следите за зданием. Держите позиции. Из деревни никого не выпускать. Тропы возьмите под контроль. Никто не должен отсюда выбраться, пока я не закончу начатое.
Вас понял.
Делаю шаг вперёд. Чувства обострены до предела, я готов к любым неожиданностям. Главное, что меня сейчас интересует, — звуки. Надо обойти все эти ловушки и понять, куда свалил патриарх.
Внимательно смотрю под ноги.
Если тут присутствуют панели, приводящие в движение скрытые устройства, они должны выделяться. Хоть немного, но должны. Иначе бойцы Панджаитан умирали бы здесь пачками.
Моя походка становится плавной, скользящей. Проницаемость — хорошая защита. Но не от всего.
Скрип.
Застываю. Возможно, половица. А возможно и нет. Снова что-то перемещается, скользит, шелестит. Из пола выдвигаются острые шипы. Пять клинков метровой длины прошивают воздух. Будь я нормальным человеком, мне пробило бы обе ноги в районе икр и левую ступню.
А так — фиг вам.
Индейская национальная изба.
Шаг вправо, два вперёд. Застыть, прислушаться. Лезвия неслышно убираются в потайные пазы. Отверстия закрываются деревянными заглушками. Охренеть!
Чутьё подсказывает — мерзкий старикашка прячется в доме.
Возможно, следит за мной.
Я уже почти добрался до центра додзё, когда в потолке образовались квадратные люки, и вниз рухнуло что-то массивное. Мускулистые человеческие фигуры в количестве пяти штук.
Новые противники?
Мужики мягко приземлились, встав на одно колено и коснувшись пола руками. Все они были безоружны. А ещё меня удивил рост, явно превышающий двухметровую планку, и серый цвет кожи. Лица у мужиков были одинаковыми, а причиндалы между ног отсутствовали.
Големы.
В подобных ситуациях я не трачу драгоценные секунды на рефлексию, а начинаю стрелять. Сразу очередью, чтобы накрыть кучкующихся впереди недороботов. Пули отшвыривают здоровяков, выбивают искры из их «кожи», рикошетят во все стороны… и никому не причиняют вреда.
Грёбаные франкештейны.
Индонезийцы покрыли их мощной и гибкой бронёй.
Отбрасываю автомат, выхватываю меч. Благодаря Реликту у меня есть хороший каббалистический клинок, разрубающий абсолютно всё.
На проницаемости прохожу сквозь первого голема, собиравшегося проломить мне череп пудовым кулаком, возвращаю себе частичную материальность, отсекаю голову одному из серых ушлёпков. Голем теряет ориентацию, но продолжает махать кулаками и
