Девушка повернула с Брук-стрит и направилась к боковому входу в отель. Перед ней, в ожидании своей очереди в ресторан, собралась компания примерно из тридцати человек, принадлежавших к среднему классу. Мужчины были одеты в одинаковые дорогие костюмы, а вот женщины – в разнообразные некачественные подделки под классический стиль лондонских леди: узкие брюки, туфли на шпильках, шифоновые блузки, выглядывающие из-под кожаных пиджаков. На миг Эми стало не по себе. Она была одета слишком шикарно и старомодно.
– Мадам?
Она подняла взгляд на метрдотеля, который к ней подошел.
– Чем могу вам помочь? – спросил он.
Эми опустила ресницы и вздохнула. «Ты прекрасно выглядишь, – напомнила она себе. – Ты выглядишь лучше, чем когда-либо».
А когда девушка открыла глаза, неловкость исчезла. «То была прежняя Эми, – подумала она, называя метрдотелю свое имя и входя в ресторан. – А сейчас я могу делать все, что захочу».
Дэниел был уже на месте. Это оказалось сюрпризом; Эми уже перестала считать случаи, когда ей приходилось сидеть в одиночестве и ждать, когда же он вырвется с очередной деловой встречи с американцами или из жуткой пробки на мосту. Дэниел встал, когда Эми приблизилась, и она с удовольствием заметила, как расширяются его глаза.
– Вот это да! – протянул он, неловко целуя ее в щеку. – Ты потрясающе выглядишь.
«Я знаю», – подумала Эми. Она впервые чувствовала себя потрясающей.
– Хорошо, что ты выбрал «Кларидж», – сказала она, когда официант пододвигал к ней стул. – Мне здесь нравится. Арт-деко и гламур навевают на меня мысли об океанском лайнере. Разве не здорово было бы отправиться на таком в путешествие?
Дэниел кивнул.
– Да, если подумать, ты права.
Дэниел с ней согласился? Снова сюрприз. Эми захотелось засмеяться. Бедняга сегодня явно не в ударе.
– Ну как, хорошее выдалось Рождество? – спросил Дэниел словно между прочим.
«Очень хорошее, учитывая то, что парень оставил меня за неделю до Нового года», – подумала Эми и тут же выбросила эту мысль из головы. «Дай ему шанс», – сказала она себе. В конце концов, он же пришел сегодня и явно пытался все исправить.
– Да. Я ездила в Нью-Йорк.
– Я так и понял. Как твои родители?
– Они в порядке, но я виделась с ними недолго. Вообще-то я остановилась на Манхэттене с другом.
Дэниел наклонил голову. Эми поняла, что заинтриговала его.
– Да неужели? И где же?
– В «Плаза Афины», – сказала она как можно небрежнее и с удовольствием заметила, как удивленно дрогнули его брови.
– Что за друг? Тот самый, у которого есть водитель?
– Дэниел, прекрати. Звучит так, словно ты ревнуешь.
– А может быть, и ревную, – тихо произнес он. – Когда моя девушка исчезает из города на Рождество и начинает рассказывать о богатых друзьях с шоферами, я просто не могу не ревновать.
– Я ездила в Нью-Йорк с Джорджи Гамильтон.
– Это кто еще такой? – крикнул Дэниел, начиная краснеть от ярости.
Эми пришлось ущипнуть себя под столом, чтобы не рассмеяться. Его ревность была так очевидна, что ей на миг захотелось продолжить историю с «Джорджи», чтобы его проучить. Но это было бы кратковременное удовольствие, которое противоречило ее желанию дать ему второй шанс.
– С Джорджией, Дэниел. Это женщина. Ей за семьдесят. И она довольно известный издатель, если ты об этом не знаешь.
– О!
Теперь, убедившись в том, что у него нет соперника, Дэниел быстро взял себя в руки. И все равно Эми видела, что он не сводит с нее глаз, и начинала ощущать собственную власть над ним.
– К тому же я больше не твоя девушка, Дэниел. И могу делать, что захочу.
Дэниелу хватило порядочности изобразить раскаяние.
– Да, кстати, – сказал он наконец, – по поводу происшедшего в ту ночь… Я облажался по всем статьям. И именно об этом хотел поговорить с тобой сегодня.
Эми заставила себя молча ждать продолжения.
– Я был не прав, отпустив тебя вот так. И позволив своим родителям заставить тебя решить, что тебе нет места в моей жизни. Они ошибались. Я все Рождество очень скучал по тебе, и, когда ты позвонила, я понял… я понял, что люблю тебя.
Эми не впервые слышала от него эти слова. Дэниел бормотал их несколько раз после секса и множество раз в других обстоятельствах, предполагавших постель. Эми всмотрелась в его ясные голубые глаза, пытаясь определить степень его искренности.
– Ты мог бы мне позвонить, – сказала она, решив осторожно проверить его намерения.
– Я знал, как ты на меня злишься, и, честно говоря, я тебя в этом не виню. Но все это в прошлом. Мы сейчас здесь, вместе. Давай насладимся моментом.
К нему возвращалось спокойствие. Эми взяла меню и начала его просматривать.
– Почему бы не начать с вина? – спросила она, сохраняя сдержанный тон. – Как насчет «Шираз»? Южноафриканское красное, – добавила она, не задумываясь.
Дэниел не смог сдержать изумление. Эми никогда раньше не выбирала красное вино вместо белого.
– Хорошо, – сказал он. – Почему бы и нет?
Они заказали вино и еду, и Дэниел сдвинул руку по скатерти, чтобы их пальцы соприкоснулись.
– Расскажи мне о Нью-Йорке.
И за вкусным обедом Эми рассказала. Рассказала о картине Гольбейна в галерее Фрика, о «Серендипити», о рождественской ночи, проведенной со своей семьей. В ответ Дэниел рассказал ей о своем повышении, о выходных, которые провел в Оксфордшире, посещая пабы Костуолдса и катаясь на лошадях с отцом.
– Я с трудом дождался возможности сбежать, – признался он. – Чертовски хотелось вернуться к тебе!
Правда это была или нет, но Эми приятно было слышать такие слова. Дэниел определенно вернулся к своему обходительному, очаровательному образу. К тому себе, в которого она влюбилась почти двенадцать месяцев назад. К Дэниелу, с которым она могла часами прогуливаться по паркам и у реки, держась за руки и разговаривая. К Дэниелу, который был внимателен, умен, интересен; к Дэниелу, которого выбрали в дипломатический корпус за то, что он умел заставить человека почувствовать себя умным и интересным, просто слушая его. Эми всегда думала, что конфликты между странами вполне можно улаживать на вечеринках и в пабах. Неудивительно, что к тому времени, когда подали холодные закуски, Дэниел сумел заставить ее почти забыть об их ссоре в Тауэре.
– Пойдем, – сказал он наконец, прикончив свой «биф веллингтон». – Я не хочу возиться еще и с пудингом. А ты? Давай просто уйдем отсюда.
Когда они встали и вышли из ресторана, вопрос о том, будут ли они снова вместе, уже не требовал ответа. Эми знала, что они уже вместе. Это чувствовалось по тому, как Дэниел прикасался к ней, как вел ее по отелю, как его пальцы сжимали ее руку.
