который стал насчитывать тридцать семь тысяч человек, было полторы тысячи сотрудников, которые занимались обеспечением безопасности. И помимо охраны города, по всей территории Тьер в небе кружили дирижабли, которые тоже занимались этими же вопросами.
Безопасность в Балакина была ещё одним пунктом, на который я потратил много сил и средств. Во-первых, после строительства гидроэлектростанций было проведено освещение большинства улиц, и работа по этому направлению ещё продолжалась. Во-вторых, были организованы патрули и группы быстрого реагирования, которые выдвигались к месту происшествия, откуда в воздух светил артефактный луч красного цвета. Это был условный сигнал, что в этом месте нужна помощь.
— Что интересного пишут? — спросил я у Ланель, когда во время завтрака заметил, что она что-то хмурясь читает.
И весь её вид говорил о том, что новости мне не понравятся.
— Это снова Владимир, — ответила Ланель.
Я вопросительно изогнул бровь, ожидая продолжения, но вместо слов она передала мне письмо.
'Дорогая принцесса Исаврийская! — начиналось письмо, хотя Ланель уже давно носит фамилию Тьер . — Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал твоей красивой улыбки и сияния глаз. Твоя красота поразила меня в самое сердце и болью разносится по всему телу от того, что мы не вместе.
Я понимаю, что твоя свадьба — это долг перед своей страной. Но зачем нести этот тяжкий груз без личного счастья? Скоро император будет давать бал в честь годовщины победы в гражданской войне. И я надеюсь, что к этому времени ты примешь мои чувства, и мы сможем с тобою встретиться. Одно твоё слово, и я организую наше свидание.
С искренней любовью, Владимир Рюрикович.'
— Неплохо пишет. Только стиль слегка изменился, — прокомментировал я, бросая пергамент в камин.
— Согласна, — ответила Ланель. — Прошло уже два года, а он всё никак не успокоится. Однако я ничего не знала про бал.
— Мне тоже не поступало пока приглашение. Но это лишь значит, что в скорости оно придёт.
Наследник императорского престола не прекратил искать встречи с Ланель. И мне даже пришлось бросить перчатку в лицо Владимира, когда он в очередной раз приехал встречать нас после занятий в Академии.
Однако дуэль отменил император и на какое-то время Владимир исчез. Не знаю куда его отправил отец, но полгода мы о нём не вспоминали. Вернее, мы не вспоминали о самом Владимире, но тот факт, что я посмел бросить вызов наследнику, журналисты мусолили ещё очень долго. Начали появляться статьи, в которых обсуждалось какой длины у меня рога и многие другие неприятные мне вещи.
Такое терпеть я не стал. Три звезды энергетиков за одну ночь подожгли семь полиграфий, и помогли совершить суицид девятерым самым ретивым журналистам. А также мне принесли имя заказчика этих проплаченных статей.
И ею оказалась Вера Рюрикович.
За поджоги в любые времена казнили не только самого поджигателя, но и его семью, поэтому сотрудники правоохранительных органов тем же утром пришли ко мне под двери.
Выслушав их голословные обвинения, я создал огромную волну и смыл их со своей территории. Предъявить обвинение мне могут только в дворянском суде или сам император. Но, разумеется, этого не последовало.
Естественно, через пару часов ко мне приехал Орлов. С ним мы вели неспешную беседу обсуждая погоду и превосходный сорт чая. И только напоследок он с усмешкой сказал: «чисто сработал».
Несколько раз Орлов говорил про императрицу, что она любит такие пряники к чаю. Или такая погода её не устраивает. Таким образом он мне дал понять по чьей указке он приехал ко мне. И хоть он не подчиняется императрице, но и отказать они ей не может.
В итоге уже на следующий день не было ни одной статьи, в которой упоминалось бы моё имя. А самые умные прислали денежную компенсацию в шестизначном эквиваленте.
Именно с этими конторами я в будущем стал иметь дело. Через них я сообщал о новинках в Балакина или об очередном наборе молодых людей на работу в моём городе.
— Может его лишить способности размножаться? — задумчиво произнёс я, на что Аяна подавилась чаем.
— Хм… а что, хорошая идея. Но сможешь ли ты сделать это незаметно?
В ходе изучения акупунктуры, с использованием игл с целительской энергией, я открыл побочные эффекты. Самым простым был понос, который буквально мог свести человека в могилу. Нужно было направить всего одну иглу в район поджелудочной железы, и через пару часов подопытный уже не мог себя контролировать.
Тоже самое касалось эрекции. Используя энергию в иглах можно было сузить кровоток в определенном месте, и «лучший друг» никогда не примет боевого состояния. Конечно такое применение игл было очень широким. Ведь кровоток можно было уменьшить в любом месте. Просто нужно было попасть иглой в нужную точку.
— Смогу, — ответил я. — Нужно вместо одной иглы использовать две. Первой обезболю участок, что вызовет у Владимира лишь небольшое желание почесаться, а второй завершу задуманное.
— А как ты обойдёшь артефакты? — спросила Ланель.
На что я ухмыльнулся, и резким движением пальцев метнул в неё крошечную изумрудную искру.
— Никто не создаёт артефактные щиты, которые сдерживают целительскую энергию, — ответил я, наблюдая за тем как Ланель трёт место, куда я попал своей магией.
— Что ты только что сделал? — тут же спросила Аяна.
— Заряд бодрости. Вы же собирались потренироваться? — спросил я у девушек.
— Но ты же раньше не мог использовать целительскую магию на расстоянии? — спросила Ланель. — Как тебе удалось?
— Я нашёл многие ответы в записях Гавриила, — произнёс я и, сделав глоток чая, продолжил. — Как я и думал ранее, мне просто не хватало знаний о рунах. В основе всех рун лежит стихийная магия. Тогда как целительских рун очень мало. А те что есть, являются по сути своей нейтральными. Однако в записях Гавриила я нашёл рунический алфавит целителей.
— То есть, — выслушав меня до конца, начала спрашивать Ланель, — против твоей магии нет защиты?
— Ты правильно поняла, — усмехнулся я. — Однако стоит внести несколько цепочек в щитовые чары, и моя магия тоже не будет действовать против них.
— Это… пугает, — подумав сказала Аяна. — Но что касается Владимира, вы не считаете, что это жестоко?
— НЕТ! — одновременно ответили я и Ланель.
Аяне оставалось лишь пожать плечами, а после того, как они допили чай, ушли тренироваться.
Я же отправился и дальше проводить исследования над мышами, и выискивать магические конструкты, которые использовались при начертании ритуалов по созданию средоточения.
Не сразу я смог включиться в работу. Мне запомнилось испуганное лицо Ланель, которой не понравилось, как легко я прошёл её магическую защиту. Но давать свои разработки по целительской магии я не
