— Глянь-ка, Длинная Мег! Смотри, что нам принесла река.
На нее устремилось множество глаз, налитых кровью, с желтыми белками. Ухмыляющиеся рты зияли черными дырами, от запаха немытых тел и перегара у Тео закружилась голова. Вдруг она увидела Сильвестра у стойки бара с кружкой в руке.
С минуту он смотрел на нее как на привидение. Алый бархатный капюшон ее плаща был откинут назад, являя разительный контраст с иссиня-черными волосами. На загорелом лице напряженно сверкали глаза, губы были чуть приоткрыты, словно она собиралась что-то сказать.
Пока он мучительно пытался осмыслить это видение, Тео, не обращая внимания на тянувшиеся к ней руки, которые хватали ее за плащ, и грубые голоса, сулившие ей несказанные удовольствия, протолкалась к нему.
— Сильвестр, мне надо кое-что тебе сказать. — Она, улыбаясь, положила руку ему на плечо. — Я на самом деле не считаю, что ты причинил мне боль, мне кажется, я просто была…
Сильвестр наконец обрел дар речи.
— Я, наверное, сошел с ума. Что, черт возьми, ты здесь делаешь?
— Следую за тобой, — невозмутимо ответила Тео. — А что ты пьешь? — Она подняла кружку и понюхала содержимое. — Какой-то дешевый джин! Пахнет отвратительно, но что еще могут предложить в таком заведении?
Она с любопытством осмотрелась, чувствуя себя в безопасности, поскольку Сильвестр был рядом.
— Зачем ты пришел сюда, Стоунридж?
Сильвестр в этот момент стоял перед дилеммой: что предпочтительнее — свернуть ли ей шею на месте или отложить эту операцию и проделать ее дома на досуге?
— Как ты посмела меня преследовать? — выговорил он наконец, понимая, насколько плохо слова выражают его чувства.
— Я хотела только сказать тебе, что не сержусь на тебя за обман, — ответила она.
— Что ж, рад это слышать, — иронически заметил граф. — Такая жизненно важная информация, конечно же, не могла ждать более подходящего места и времени.
— Да, не могла, — заявила Тео. Она пригубила напиток. — Фу, какая гадость!
Сильвестр выхватил у нее кружку и стукнул ее по руке. Это немного успокоило его.
— Я не могу здесь выяснять с тобой отношения, но, клянусь, с удовольствием займусь этим дома, — хмуро проговорил граф, кидая шиллинг на стойку бара. — Ты расстроила мои планы, подвергала себя опасности…
— Вовсе нет, — возразила Тео, когда он схватил ее за руку и потащил к двери. — Ты же знаешь, что я прекрасно справляюсь с трудностями.
— Да, я должен это признать, дорогая моя девочка. Но с трудностями, которые я собираюсь уладить, ты справиться не можешь, — заявил граф, подталкивая ее к двери.
— Какие планы я разрушила? — поинтересовалась Тео, спотыкаясь на неровных булыжниках и хватая его за руку. — Ой, ты должен заплатить за меня извозчику. Я не захватила с собой денег.
Сильвестр возвел глаза к небу и, попросив у Бога терпения, полез в карман в поисках кошелька.
— Ты заметил того человека в углу зала? — не унималась Тео. — Он тоже здесь не к месту… я хочу сказать, как ты или я. Что он тут делает, Стоунридж?
Стоунридж остановился около ее экипажа с недоуменным выражением на лице.
— Какой человек?
— Я покажу тебе, если мы вернемся. Он был укутан шарфом, но шарф из хорошей шерсти, у него высокие сапоги, а у плаща шелковая подкладка.
Сильвестр уставился на нее в темноте:
— Когда ты все это успела разглядеть?
— Я очень наблюдательная. Как и Рози. Даже при слабом зрении немногое ускользает от нее.
— Вы заплатите, сэр, или будем болтать здесь всю ночь? — Возница наклонился с козел. — Два шиллинга.
— От Керзон-стрит! Да это грабеж!
— Но он должен был следовать за тобой и ехать так, чтобы не упускать тебя из виду.
— Ужасно трудная задача. И я у него в неоплатном долгу, — рявкнул Сильвестр, но вручил кучеру требуемые два шиллинга.
— Давай вернемся, и я тебе покажу того человека!
— Нет. — Граф помог ей сесть и забрался сам, откинул кожаную занавеску и уставился на входную дверь.
— Кто этот человек?
— Если бы я знал!
— Это все, что ты можешь мне сказать?
— Да. И если этим ограничится наказание за твое безумное вмешательство, считай, что счастливо отделалась.
Тео посмотрела на его профиль и решила, что ей нечего особенно беспокоиться. Что-то в голосе Сильвестра заставило Тео усомниться в суровых намерениях мужа.
Она перестала вертеться и снова подумала о том, что могло занести Стоунриджа в эту глухомань.
Вдруг ее осенило.
— Те парни сегодня днем! Кто-то указал им на тебя, и они проболтались, что этот человек сегодня будет здесь.
А она догадлива, подумал Сильвестр, но ничего не сказал, а лишь продолжал неотрывно следить за дверью.
Его терпение было вознаграждено. Из двери выскользнул высокий мужчина и остановился, чтобы поправить шарф, который прикрывал его лицо. Когда он поворачивался, мелькнул белый шелк подкладки плаща. Он взглянул направо, потом налево.
Сильвестр не видел его лица, но уже знал, кто это. Было нечто очень знакомое в осанке, в манере держаться. Сильвестр учился с Нейлом Джерардом.
— Боже мой! — пробормотал Сильвестр.
Нейл заметил его в таверне, но не думал, что Сильвестр узнал его. Он видел, как вошла Тео и как они вместе покинули таверну. Он ожидал нанятых им людей с отчетом, но когда те не появились, а вместо них пришла жертва, он догадался, что произошло.
Но он не был уверен, что Джилбрайт видел его. Своим вторжением Тео оказала Сильвестру двойную услугу. Усыпила бдительность Джерарда и одновременно опознала его.
— Кто это, Стоунридж? — тихо спросила Тео, когда граф приказал вознице трогаться в путь.
— Не знаю, — солгал он.
Но для Тео головоломка осталась неразгаданной. Она была слишком импульсивна и непредсказуема и напоминала Сильвестру петарду, готовую в любой момент взорваться тысячей разноцветных огней. Трудно было предположить, что она еще предпримет, если дать ей волю.
— Но должны же у тебя быть хоть какие-то предположения, — не унималась Тео.
— Иди сюда. — Граф потянулся к ней и посадил к себе на колени. — Скажи-ка лучше, что тебя заставило рвануться за мной по пятам.
— Потому что кто-то хочет навредить тебе! Ты не можешь делать вид, словно ничего не происходит.
— Да? А мне кажется, что могу, — холодно заметил граф. — Совсем так же, как моя сверхлюбознательная жена сует свой нос в мои личные дела. Так ты скажешь мне, что тебя побудило сделать эту глупость?
Тео обиженно замолчала, и Сильвестр, улыбаясь, прижал ее к себе.
— Ты проделала этот дальний путь, цыганка, чтобы что-то мне сказать. Я с удовольствием выслушаю тебя теперь, когда могу сосредоточиться.
