Я округлила глаза, уставившись на Джули.
— Моча вампиров?!
— Ага, было сложно раздобыть, но донор нашёлся, — ответила Джулия.
— Бедный Скай! — заржала Мира.
Эх, что не сделаешь, чтобы избежать излишнего внимания настырного дракона. Прости, Скай. С этими мыслями я открыла баночку с уриной вампира и, стараясь не принюхиваться, брезгливо вылила содержимое в котёл.
— Полевые цветы, ну это для аромата, — Джули протянула мне цветы. — Последний шаг — харчок ведьмы, которая готовит зелье.
Набрав в рот слюны, да побольше, я от всей души плюнула в котёл и вода, точнее уже зелье, приобрело прозрачный вид.
— Уф, надеюсь, Скай не знает, из чего готовится отворотное зелье, — я тяжело вздохнула, заканчивая приготовление.
— Надейся, — кривы улыбаясь, ответила Джулия.
— Это как понимать? — чуть повысив голос, задала вопрос я.
— Так и понимай, — девушка пожала плечами, а потом посмотрела на меня и объяснила: — Алекс, конечно, Скай знает, что такое отворотное зелье и из чего оно готовиться.
— Если он узнает, то тогда тебе капец, Алекс, — не утешила лучшая подруга.
— Если он узнает, — нервно сказала я. — Тогда мне не жить!
После приготовление отворотного зелья, мы направились по своим комнатам, чтобы лечь по кроваткам и поспать хотя бы оставшиеся часы до начала утренних занятий, а у меня ещё к тому же основы боевой магии. Всю ночь ворочалась, переживала почему-то, хотя вот Скай о моих чувствах точно переживать не стал бы. Как он выразился, ему вообще плевать на моё мнение. Тиран, деспот…с-сволочь бесчувственная! Чего там! Он даже не собирался останавливаться, когда я сделала над собой усилие и заплакала, а мои слёзы, между прочим, дорогого стоят. Перевернувшись на другой бок, представила, как Скай выпивает отворотное зелье… Скривилась от тошноты. Если он узнает, мне кранты!
Снился мне довольно странный сон: ни Данил и даже ни Скай, который в последнее время частенько появлялся в моих снах, прожигая взглядом лазурных очей, которые бушевали ярким пламенем. Казалось бы, внешне такой холодный и жестокий, как глыба льда, а природа его напрямую связана с огнём, ибо дракон! И тут я вспомнила! Аж резко подскочила, сев на кровати. «Данный этап твоей жизни — сплошные противоречия и противопоставления. Начиная с того, что вскоре столкнуться два совершенно разных мира, отличаемые друг от друга культурами, традициями и законами. Ты похожа на яркое, сияющее пламя, возгорающееся от одной искры, несмотря на то, что огонь не является твоей стихией, тебе будет подвластно любое пламя. Но, как я уже упомянула, твоя жизнь сплошные противоречия, поэтому на твоём пути появится такой человек, который похож на глыбу льда. Внешне холодный, жестокий и расчетливый, но стихия огня является неотъемлемой частью его природы» — это были именно те слова, которые предсказала мне золотая рыбка, прямо перед отъездом в институт.
Мля…рыбка, как будто в воду глядела. Точнее, она и так живёт в воде, просто предсказание её, оказывается, сбылось. Я ведь тогда в серьёз не приняла слова озёрной жительницы, а теперь мне просто необходимо узнать, что будет дальше. Вот произошло столкновение двух разных миров и двух разных противоположностей, а дальше-то, что? Обычно после любого столкновение происходит война, в процессе которой нужно решить: будешь ли ты воевать или сдашься, поднимая белый флаг. Если я поднимаю белый флаг, то участь моя будет не слишком радушной. Нет, против детей я ничего не имею, но не в восемнадцать же лет!
А снилось мне, что я гуляю по неизвестным широким улочкам какого-то королевства, совсем отличающегося от Западного. Палящее дневное солнце, от которого безумно жарко и пот течет рекой, песчаные бури в небе, уходящие вдаль, каменные дорожки и роскошные дворцы, по-нашему виллы. На мужчинах лёгкие белые рубашки и брюки, а на женщинах роскошные одеяния, расшитые драгоценными камнями. Правда, все одеяния полностью закрывают тело, но зато облегают фигуры, а головы девушек покрыты платками, у некоторых даже лица не видно, только разрез глаз! Я знаю, что в нашем мире в восточных странах женщины так одеваются, но это не наш мир, уверенна абсолютно.
Местные жители что-то бодро обсуждали, жестикулируя руками. Одни были чем-то недовольны, другим, наоборот, улыбались, доказывая свою правоту. Я подошла поближе, что прислушаться.
— Все знают, законы нельзя нарушать! — ругался мужчина, судя по всему местный торговец, потому как стоял поблизости от лавки с глиняными чашами, посудой и домашними украшениями. — Она будет наказана справедливо!
— Какая никакая, но жена, — не согласился второй спорящий. — Мог бы наказать её дома, но избивать прилюдно… Зверство!
— Заслужила! — продолжая настаивать на своём, сказал торговец. — Это будет остальным женщинам уроком. В наших законах написано: женщина — украшение мужчины, а если женщина ведет себя неподобающим образом, позорит своего мужа и ведёт себя не так, как положено законом, такую женщину следует прилюдно избить плетями и да не меньше десяти ударов!
Я задохнулась от возмущения! Плетями? Десять ударов? А затем я услышала различного рода возгласы неподалёку и рванула, чтобы спасти несчастную! Ну, или хотя бы попытаться спасти, поскольку свои магические возможности я ещё не научилась использовать должным образом. Людей было много, больше всего мужчин, которые почему-то не скрывали удовольствия от происходящего, а все женщины стояли поблизости от своих мужчин, стараясь не вздрагивать. Расталкивая людей, я бежала вперед, откуда разносились женские, едва сдерживаемы всхлипы. Передо мной предстала ужасающая картина: полуголая женщина, раздетая таким образом, чтобы оголялась вся спина, привязана руками к деревянному столбу, а над ней стоит мужчина, крепко сжимая в руках… Свист рассекаемого ветра, и плеть жёстко касается обнажённой кожи.
Я чуть ли не кричу, но неизвестная, молча, всхлипывает, стараясь быть гордой, терпеть… Оливкового цвета кожа, подобна моей, вся окровавленная и израненная. И в каждой ранке боль и ненависть к этому жестокому миру. Длинные тёмные волосы, которые вьются, развиваясь на ветру… Женщина поворачивает голову и я громко кричу. Мамочка! Яркие зеленые глаза, наполненные слезами, искусанные до крови губы, которые кричат мне убегать, убегать быстро, не оглядываясь. Мужчина, избивающий мою мамочку, поворачивает голову и пристально глядит на меня, впрочем, как и все присутствующие.
— Алекс! — кричит мама в последний раз и я просыпаюсь, чувствуя, как по щекам текут слёзы бурным потоком.
Согнув ноги в коленках, я обхватываю их руками и уткнувшись лицом, начинаю судорожно рыдать, чуть сдерживая всхлипы, чтобы не разбудить Мируську. Кусаю губы, заглушаю собственные рыдания, но в глубине души понимаю, что каждый мой сон, как знак к преддверию чего-то угрожающего, опасного. Даже не знаю, когда у меня появилась эта странная способность — видеть сны, которые чему-то учат или что-то предсказывают. Ведь, когда мне приснился Скай на поляне, это частично сбылось и способности, которые я использовала во сне, пришлось применить наяву.
