Читаем без скачивания (Не)люди (СИ) - Елена Сидоренко

Он позвал дроидов и протянул им руки, потому что самостоятельно подняться не смог. Эммы, не задавая лишних вопросов, привели его в одну из квартир и усадили на голую кровать, ожидая, пока он оклемается. Медленно парень приходил в себя, осматривался и пытался понять, что же в этой квартире было не так, как в других. И вскоре понял: эта квартира была не жилой. Аккуратно прибранная декорация.

— Проверьте ящики, — попросил Оз, и Эммы послушно принялись открывать все шкафы подряд. И впали в ступор: пусто. Пятая, велев парню сидеть на месте, поехала осматривать весь этаж, сетуя, что они со Второй не проверили ящики в других квартирах, которые исследовали.

Оз и Вторая остались вдвоем, и в комнате повисло подобие неловкого молчания. Эмма избегала зрительного контакта. Оз рассматривал ее затылок. Самая уязвимая часть дроидов. Если снять защитный обод и открутить всего один болтик, можно добраться до самой сути — электронного мозга. Оз ни разу не видел его в живую и слабо представлял, что это вообще такое, помня лишь картинки, но понимал: это и есть Эммы. Маленький, умещающийся в ладошках мозг с миллионами не поддающихся его пониманию связей, которые и делают Эмм Эммами. Связи, которые возникают сами по себе и исчезают, стоит чуть потревожить.

— Как это все происходит? — спросил Оз, дотрагиваясь до обода Второй. — Что в ваших головах? Почему вы стали такими разными?

Эмма, не ожидавшая разговора, удивленно обернулась, но, встретившись взглядом с Озом, решила не уходить от ответа.

— Я не знаю. Может быть, из-за влияния окружения и поставленных задач… Так говорил Смотритель. Мы не знаем, что мы такое и как работаем.

— Я тоже не знаю, как я работаю и что я такое, — улыбнулся Оз. Вторая внимательно посмотрела прямо в глаза парня. Будто заглядывая куда-то глубоко, в самую душу.

— Но ты человек. А мы машины. И если бы мы хоть что-то знали о том, что вот тут, — она указала на свою голову, — а не только вот тут, — палец ткнулся в стальную грудь, — мы могли бы…

Эмма недоговорила и отвернулась. Послышался вздох, тяжелый и горький. И тихое откровение:

— Мы могли бы воссоздать Третью.

Повисла тишина. Не неловкая, как вначале, а тяжелая, густая. До Оза дошло, что творилось с Эммой-02.

— Ты пытаешься сейчас заменить ее? — в голосе против воли зазвенел металл. Вторая покачала головой.

— Нет. Я знаю, что не получится. И собрать ее заново не получится, даже если достать ранние копии системы, новый корпус и все такое… Мы не можем. Мы сломаемся, если попытаемся собрать себе подобного. Такова программа.

Оз слышал об этом впервые, но отчего-то не удивился. Ведь если бы Эммы могли, Город давно заполонили бы дроиды. И рядом с ним была бы целая армия нянек.

— Наверное, это все правильно. И то, что произошло с Третьей, тоже. Надо отпустить ее, чтобы двигаться дальше. Как Смотритель отпустил Юко.

— А в тебе проснулся философ. Долго спал, — съязвила Эмма и, поднявшись, изобразила вздох. — Второй раз уже. Тебе не идет. Это тебя Третья напичкала такими мыслями? Или Смотритель?

— Я тоже могу иногда быть серьезным. Мне надо быть недалеким идиотом?

— Мечтательным идиотом, — подняв палец, поправила его Вторая. Парень рассмеялся.

Они болтали о какой-то ерунде, смеялись и даже попытались бороться, но Оз, в запале перенеся весь вес на левую ногу, рухнул и начал скулить от боли. Вторая долго извинялась. А Пятая все не возвращалась, и Оз понял это, только когда ему в ухо пропищало уведомление о том, что воздуха в баллоне осталась ровно половина, то есть на три часа. Спохватившись, он принялся звать Пятую по рации, но Эмма не отвечала. Не сговариваясь, парень и дроид бросились прочесывать этажи, докладывая обо всем Первой. Эмма-01 ответила, что не может подъехать — сломает разложенные батареи. Она велела Второй действовать по ситуации. Самой ей оставалось только заблокировать люки и ждать.

— Надо найти Пятую! — паниковал Оз, ковыляя по всем этажам и заглядывая в каждую квартиру. Он безостановочно звал Эмму-05 по рации, которая, казалось, не работала вовсе, дышал чаще, чем следовало бы. А стук ходули врезался в уши.

— Надо вернуть тебя в трейлер! — твердила Вторая, следуя по пятам за парнем, который напрочь забыл о том, что обещал не бежать впереди. Она пыталась его остановить, но Оз вдруг оказался на порядок сильнее. Он не шутил, как в борьбе или тренировках — он отбивался от ее рук на полном серьезе. И летал по этажам, не помня себя и не обращая внимания на ногу. Но в этом доме Пятой не оказалось. Вторая, звавшая ее вслух, выругалась.

— Давай в соседний дом! Одна ты ее не найдешь! Я помогу!

И Эмма-02, растерявшаяся, запутавшаяся в приоритетах, едва не зависшая, решила его послушаться. Оз человек, он чувствует, как будет лучше. Не зря же Первая сказала «по ситуации».

Они выстрелили из подъезда, и Вторая тут же засекла следы гусениц Пятой, убегавшие за угол. Странные петляющие по траве дорожки навели Оза на мысль: с Эммой было что-то не так. Будто она, несшаяся на полной скорости, уворачивалась от выстрелов. Оз отбросил лишние мысли и, перехватив ходулю и сцепив пальцы со Второй, поковылял за угол дома. Пятиэтажка, выглядящая так же жалко, как и предыдущая, встретила их такой же дырой в подъезде, грязью и пылью. И таким же тошнотворным чувством ужаса. В траве под единственным уцелевшим балконом на втором этаже на солнце подозрительно блестело что-то металлическое, и Оз указал туда пальцем. Вторая приблизилась и, разобрав, что это, резко перегородила обзор и обернулась. Голос сорвался:

— Платформа Пятой…

Парень, сглотнув и отправив кислоту обратно в желудок, отвернулся, не желая видеть это, и медленно отошел. Заходить в подъезд резко расхотелось, но разумом он понимал: теперь точно надо. Оз отдал ходулю Второй, а сам двумя руками сжал шокер. Снятый предохранитель щелкнул пугающе громко и гулко. В голове не к месту пронеслась мысль: хорошо, что он успел справить нужду перед выходом. В наушнике беспокойно раздался голос Второй:

— Эй, успокойся! У тебя пульс зашкаливает! Оз, все нормально, слышишь? Пока все нормально. Разожми пальцы…

Оз кивнул и, еще раз сглотнув, ослабил хватку, осознав, что пальцы уже болят. Приволакивая ногу, он медленно шел по следам Эммы-02, которые отпечатались на бетоне ступенек остатками темной и влажной земли, и следам Эммы-05, которые уже подсохли и были менее заметны. Оз постоянно оглядывался, освещал фонариком каждую щель, стараясь не дышать. Пятая заехала сюда сама, а потом… Ее платформа внизу, будто кто-то выбросил ее с балкона. Где сама Эмма? Располовиненная, обездвиженная, лишенная средств связи… Оз почувствовал, что вот-вот разревется. Только не Пятая. Только не еще одна коробка с металлоломом в его комнате.

Следы вели в один из проемов на втором этаже, и Оз с Эммой, застыв по обе стороны от темной дыры, переглянулись — под балконом этой квартиры лежит платформа. Оз снова сжал шокер двумя руками, пытаясь унять дрожь и скулеж. Огляделся, запомнив каждый уголок площадки. И перевел взгляд на проем. Из-за планировки он видел только мрак.

— Эмма! — сипло позвал Оз в рацию, но вновь не получил ответа. Вторая, оглянувшись, боязно позвала вслух. Что-то в квартире за стеной коридора звонко рухнуло. Оз сам чуть не рухнул, резко побледнев и чуть закатив глаза. Зов Второй не позволил ему свалиться в обморок.

Эмма-02 никак не могла определиться: оставить Оза в подъезде, а самой зайти, или взять с собой. Но парень выглядел плохо: его начало колотить. И спустя тринадцать секунд раздумий Вторая на свой страх и риск решилась:

— Минута. Стой тут, а я туда, — она отдала ходулю и, дождавшись лишенного осмысленности кивка, запустила программу захвата. Маленькие прожекторы в глазах отключились, вернув обычный приглушенный свет, мощность модуля снизилась до десяти процентов. Отточенным движением Эмма молниеносно сняла предохранитель со своего шокера, достала нож, закрепила его на запястье и заехала в квартиру. Повисла гнетущая тишина.

Не прошло и десяти секунд, как наушник Оза взорвался ее воплями:

— Беги! Оз, Беги!

Эмма заорала так, что у парня заложило в ушах, и он дернулся прочь до того, как понял, что вообще делает. Выронив шокер, он полетел, стуча ходулей, хватаясь за стены и скрипучие перила и чувствуя, что вот-вот задохнется. А в голове пульсировала мысль, выраженная одним нецензурным словом. По внутренней связи слышались обрывки воплей Первой и Второй, какая-то возня… И чей-то чужой голос.

Озу казалось, что он вот-вот умрет от страха. Завыв, он швырнул ходулю за спину, будто пытаясь попасть в невидимого преследователя, и начал прыгать на одной ноге, но поскользнулся на влажной земле, которую они со Второй притащили с улицы на своих подошвах и гусеницах, и чудом не разбил шлем и баллон, когда покатился по ступенькам. Все тело ныло, и он даже встать не смог, достигнув первого этажа — такого же темного, пыльного, грязного и страшного. Просто сжался в комок, зажмурившись, втянув голову в плечи и проклиная момент, когда решил вылезти из трейлера. Краем сознания он улавливал далекие крики Эммы-01, что пыталась достучаться до Оза через внутреннюю связь, но не разбирал слов.