Читаем без скачивания Странствия мага (Том 1) - Ник Перумов

Фесс сперва отвечал, потом, потеряв терпение рыкнул – бесполезно. Его выручила только сама Рысь вынырнувшая из зарослей с тяжёлым мешком за плечами.

– Остальное закопала, – объяснила она свою задержку.

Телега двинулась – по широкой давней просеке густо заросшей травами, сейчас жёлтыми и мёртвыми.

– На тракт выезжать не будем, – пояснила Рысь. – Если святые братья и в самом деле за вами гонятся, то можно не сомневаться, оданы, – все заставы будут подняты. И на границе тоже… так что телегу бросать придётся рано или поздно. А я уж как-нибудь к эльфам вас постараюсь доставить. – Она хитро улыбнулась.

То, что в жилах Рыси текла изрядная толика эльфийской крови, Фесс почти не сомневался. Но вот что странно – о полуэльфах ещё какие-то слухи ходили среди ордосских студиозусов, а вот о полуэльфийках… кто-то всерьёз доказывал, что, мол, таких нет и быть не может.

Похоже, сказал себе Фесс, очень даже может.

Весь день Рысь ловко вела телегу на восток малоприметными лесными дорогами, сейчас, в это время года, совершенно пустынными и заброшенными, что, конечно, было только на руку беглецам, но, с другой стороны, их колымага оставляла чёткий, прекрасно видимый след.

Оставалось только надеяться, что сюда ищейки Инквизиции доберутся не скоро.

Рысь молчала. Маг Воздуха то краснел, то бледнел, то придвигался к девушке, то вновь отодвигался, так и не решившись заговорить. Фессу это в конце концов надоело, и он велел Эбенезеру помочь ему с ранеными. Гном и орк так и не пришли в сознание, лежали в забытьи; раны источали зловоние и гной, несмотря все промывания и частые смены повязок. Магия их не брала тоже: отцы-инквизиторы постарались на совесть, составляя своё снадобье.

К вечеру, однако, Рысь решительно повернула к большой дороге. Становилось совсем холодно, облака принялись обильно сеять снегом, так что их тяжеловоз начал выбиваться из сил.

Фесс стиснул зубы – сбывались его худшие подозрения. Погода испортится окончательно, и они вполне могут застрять где-нибудь здесь, в самом сердце Эгеста, почти наверняка оказавшись в плотном кольце отцовэкзекуторов.

– Дальше нам не пробраться, – объяснила девушка. – Тут болота, зыбуны, бучила, не успеешь глазом моргнуть, как провалишься. Придётся рискнуть, горловину по тракту проехать…

«Если Этлау понял, в чём дело, ждать нас он станет именно там», – мрачно подумал Фесс. Он старался поменьше обращаться к магии в последние часы – не хватало только самим навести погоню на собственный след. В способностях и силах Этлау он больше не сомневался. И неважно, собственные это силы или заемные,

– Эбенезер, помочь можешь? – повернулся некромант к Джайлзу. – Нужна твоя магия. Магия Воздуха. Очень желательно было б узнать, поджидает нас там кто-нибудь или нет.

– Поджидает ли, нет – дорога тут одна, – философски заметила Рысь. – И, оданы, если за вами гонятся, но ещё не успели сильно перегнать, то штурмовать надо именно сейчас, покуда они там как следует не укрепились.

– Так что, коллега? – Фесс в упор взглянул на молодого чародея.

– Я… я попытаюсь, – пробормотал тот, не сводя глаз с деловито правившей Рыси. – Но, но… я не уверен… и, кроме того, применяя сейчас магию, мы легко можем раскрыть наше местонахождение…

– Придётся рискнуть, – пожал плечами Фесс. – Мне самому эти заклинания недоступны. Такое по силам только Ветру. – Он дружески хлопнул волшебника по плечу. Парня надо подбодрить. – Но опять же – одно дело слепо совать голову в капкан и совсем другое – неожиданно атаковать врага, зная его число и где он засел. Давай, давай, чародей, колдуй! Не зря ж ты Академию оканчивал!

Джайлз тяжело вздохнул и покивал головой. Вид у него при этом был, словно его вот прямо сейчас собираются четвертовать.

– Мне нужна тишина… и сосредоточенность. Давайте остановимся где – нибудь…

– Нет вопросов, оданы, – откликнулась Рысь, натягивая вожжи.

Джайлз повертел головой по сторонам.

– Вон там, – указал он. – На горке. Магии Воздуха нужен простор… Нет-нет, вы за мной не идите. Оставайтесь с ранеными. Мне… э-э-э… надо…

– Да не объясняй ты ничего, – усмехнулся Фесс. – Раз надо, значит, надо. Я в чужую волшбу не вмешиваюсь. Действуй, брат!

– Я тебе не брат, – буркнул маг Воздуха, поворачиваясь спиной к Фессу и воительнице. – Не брат я тебе, некромант. Я Тьме не служил.

– Ладно тебе, – примирительно отозвался Фесс. Сейчас было не время для ссор и демонстрации оскорблённого самолюбия. – Делай, что должно, случится, что суждено… вернее, что сами заставим случиться. Я, знаешь, во всемогущество судьбы как-то не верю.

– И напрасно, – бросил через плечо маг Воздуха, поднимаясь вверх по склону. – Кто не оглядывается на судьбу да на волю её, первым в Серые Пределы попадает…

Фесс хмыкнул. Спорить не имело смысла; он по вернулся к Рыси и замер – воительница вся напряглась, сверля яростным взором спину Джайлза. Руки ее крест-накрест лежали на рукоятях мечей, готовых в любой миг вырваться из ножен.

– Что с тобой? – удивился Фесс.

– Что со мной? – прошипела Рысь, точно и в самом деле разъярённая кошка: оставалось только выгнуть спину дугой и выпустить когти… то есть обнажить клинки. – Как смел он так разговаривать с рыцарем Храма?! Как смел он…

– Рысь, – перебил её некромант. – Успокойся, пожалуйста. Я уже сто раз говорил тебе, что никакой я не рыцарь Храма, но ты мне упорно не веришь. Так что угомонись. Эбенезер меня не задел ни в малейшей степени. Пусть говорит. Ему сейчас скверно… от своих, похоже, ушёл, а к кому прибиться, не знает. Магия моя его пугает, вот и…

– Как скажет рыцарь Храма, – сдержанно поклонилась Рысь.

– Лучше расскажи о себе, – попросил Фесс. – В Ордосе часто говорили о Храме, но никто никогда там не бывал и не мог толком ничего сказать…

– Рассказывать о Храме рыцарю Храма? – усмехнулась Рысь. – А, понимаю, понимаю. Конечно, одан совершенно прав. Всякий, ловко машущий мечом, мог назваться стражем. Разумеется, проверка необходима. Я права? – И она с надеждой заглянула Фессу в глаза – ну точь-в-точь примерная ученица, от которой любимый учитель ждёт в очередной раз отличного ответа, в назидание всему остальному классу.

– Я здешняя. Родилась и выросла в Эгесте, это мой родной город. Родители… родители умерли. Давно уже. – Глаза Рыси нехорошо блеснули. – Инквизиция. Мама занималась «недозволенной волшбой». Её сожгли. На площади. Я смотрела. Нас заставили смотреть. Папа… его потом арестовали за пособничество. Не сожгли, сослали на галеры. Что с ним стало – не знаю. Никогда его больше не видела.

Глаза Рыси были сухи и блестящи, голос – холодным и спокойным.

Огонь, вспыхнувший в ней не так уж и много лет назад, ещё не выжег дотла её душу.

– Нас – меня, старшую, двух братиков и меньшую сестричку – отдали в приют. Славное было место, скажу я тебе, одан. Милое да славное, такого и в страшном сне присниться не может.

– Обращались плохо? – осторожно спросил Фесс ожидая услышать что – нибудь о скверной еде и регулярных порках. Однако Рысь только усмехнулась – криво, нехорошо, злобно – и покачала головой.

– Нет, одан рыцарь, знаю, о чём ты сейчас подумал… кормили нас на убой, и пальцем нас там ни один монах не тронул. Собственно говоря, там и монахов-то не было. Странные такие личности в серых плащах, на инквизиторов смахивают, но не инквизиторы. И… когда я сказала, что кормили на убой, то это значит не только что от пуза жрать можно было. В еде никто не ограничивал. Ешь и пей хоть весь день, слова никто не скажет. Ни тебе молитв, ни занятий. Делай что хочешь. Малышам, помню, это очень даже понравилось. Играли целыми днями, носились как угорелые…

Мало кто из нас, старших, понимал, в чём тут дело…

Она сделала паузу. Фесс, заслушавшись, ждал продолжения.

– Так вот, одан рыцарь, оказалось, что и на самом деле заправляет там какой-то сверхтайный орден. Не знаю уж, какую магию практикуют его адепты, но… но детей там приносили в жертву. И приносят до сих пор.

– Что-о? – вытаращил глаза Фесс. – В жертву: Детей?..

В принципе жестокая и циничная некромантия человеческие жертвоприношения допускала. Магия крови, самая мощная и самая запретная из известных Древним. Для того чтобы остановить большую беду – да, могли пожертвовать и ребёнком. Даэнур рассказывал о давно ушедших в небытие странах, где ритуальная жертва делала несчастного ребёнка богом. Его родителя оказывались царские почести. Но это – только в том случае, если исчерпаны все остальные средства. Так учила некромантия. Совесть и чувства самого Фесса с этим как-то не соглашались. Но чтобы детскими жертвоприношениями занималась Святая Инквизиция… или некто с её ведома и согласия – знали ведь отцы-экзекуторы, куда посылать осиротевших детей ведьм и прочих врагов рода человеческого, значит, не могли не догадываться о том, какие дела там творятся.